Ошибка (ЛП)

Мой пульс скачет, как бешеный, пока он скользит своими губами по моим. Боже, я не могу этого сделать.
Открыв глаза, я встречаюсь с его пристальным взглядом.
— Джуд, я думаю, что люблю тебя, — выдыхаю я, прежде чем понимаю, что сказала это. Я никогда не собиралась признаваться ему в этом, но по-другому он не позволит мне уйти. Мне нужно, чтобы он осознал, насколько искажён путь, который мы выбрали.
Он отпускает мой подбородок и делает маленький шаг назад, создавая столь необходимое расстояние между нами. Его взгляд становится холодным, и в нём невозможно ничего прочитать. Сейчас передо мной стоит тот человек, которого я встретила в первый день, войдя в этот кабинет. Человек, который пугает меня — это тот человек, которого мне нужно было увидеть, прежде я уйду отсюда без оглядки.
Он вышагивает передо мной и проводит руками по волосам. Молчание кажется таким оглушительным в свете моей исповеди. Наконец-то он обращает свой взор на меня.
— Ты права. Ты должна уйти.
Я киваю, и боль, словно ножом, пронзает мою грудь. Это же то, чего я так добивалась, вымаливая, чтобы он меня отпустил. Так почему же тогда так неимоверно больно?
Я киваю ещё раз, опуская глаза в пол.
— Хорошо, — шепчу я, хотя в моём горле стоит ком. Я не жду его ответа, а просто покидаю офис. Завернув за угол коридора, я стремглав бегу в комнату Калеба. Я даже не стучу, просто поворачиваю ручку и открываю дверь, а затем падаю, закрывая её за собой.
В комнате никого нет, чему я очень благодарна. Конечно же, Калеб узнает об этом. Ему придётся, потому что ночевать сегодня я останусь здесь. Приподнявшись, я скольжу вниз по стене, пока слёзы предательски катятся по моему лицу. Дерьмо! Я должна была держать свой чёртов рот на замке. Почему я сказала ему об этом? Потому что я — идиотка, вот почему. Я сказала ему об этом, потому что на подсознательном уровне знала, что это выбьет его из колеи и заставит отпустить меня. Предполагаю, глупая девушка во мне убивается из-за отказа.
Я со злостью стираю слезы. Я зла на себя, очень зла. Это не его вина, серьёзно! Кто влюбляется в человека, который похищает тебя, а затем насильно удерживает? Я — та девушка, которая подверглась мучениям, и в результате сломалась. Девушка, которая пыталась приспособиться, чтобы выжить, даже если это означало стать кем-то, кого она никогда больше не узнает.
Я остаюсь в комнате Калеба, пока не начинает темнеть. Он заходит, когда я лежу на кровати в позе эмбриона.
— Я подозревал, что ты можешь быть здесь, — тихо говорит он. — Джуд искал тебя и просил, чтобы я проверил здесь.
Но не пришёл и не проверил сам, конечно же.
— Ну, я здесь, — мой голос звучит хрипло и опустошённо.
Он садится на кровать рядом со мной.
— Что происходит, Рия? — он заправляет непослушную прядь волос, лежавшую на лице, мне за ухо.
— Я попросила твоего брата отпустить меня, — шепчу я в ответ.
Он прищуривается.
— Вот как. Он не упоминал об этом. И как всё прошло?
— Это прошло так, как и всегда, когда Джуд не получает желаемого. Он хватает меня за горло и приказывает подчиниться ему, — я делаю паузу. — Только на этот раз всё закончилось не так, как обычно, — я дергаю за нитку в одеяле, в которое завёрнута.
У него расширяются глаза, и выражение беспокойства появляется на лице.
— Что ты хочешь этим сказать?
Подняв взгляд, я встречаюсь с его тёмными, полными сострадания глазами, которое не присуще его брату.
— Я сказала ему, что люблю его, Калеб, — даже для себя я звучу по-детски и сломлено. Жалко.
Он тяжело вдыхает, прежде чем продолжительно выдохнуть.
— И что он ответил? — Калеб даже не выглядит удивлённым. Как он мог видеть, а я нет?
— Он сказал, что я была права, и могу уходить.
— Чёртов козёл, — бормочет он, вставая и отворачиваясь от меня. — Ты же не собираешься этого делать, не так ли? Это не очень-то безопасно.
— Калеб, я влюблена в Джуда. В человека, который убил бы меня, не раздумывая, если бы я его подтолкнула, — я больше не уверена в этом, но я влюблена в этого убийцу, и думаю, мой разум не совсем в том состоянии, чтобы делать выводы.
 
— Он никогда не убьёт тебя, Рия. Уж поверь мне.
— Я ни во что больше не верю, — бормочу я.
Калеб остаётся со мной. Это совсем не мило. Не думаю, что когда-либо испытывала истинное горе. Моё сердце просто разрывается на части, и такое ощущение, словно оно разбивается на тысячи осколков, истекая кровью внутри меня.
Я прижимаю ладонь к груди, пока моё тело дрожит от рыданий. Калеб прижимает меня к себе, разрешая моим слезам промочить его рубашку. Он ничего не говорит, тут и нечего, на самом деле, говорить. Моя собственная глупость привела меня к этому моменту. Я думала, что Джуд — моё освобождение в этом аду, но слишком болезненно осознавать правду. Мы лежим здесь в тишине, и мои рваные рыдания — единственный звук в комнате.
Я плачу до тех пор, пока меня не покидают силы. В ближайшее время я уйду отсюда, и весь этот кошмар будет позади. Моя жизнь никогда не будет прежней, но радует только то, что я жива. Я переживу это. То, что не убивает, делает нас сильнее, и я, из всех людей, знаю об этом.
Веки тяжелеют, и я засыпаю в кольце рук Калеба. Он — мой единственный оставшийся друг в этом мире, и от мысли, что я оставляю его так же, как и Джуда, легче не становится.
Я просыпаюсь от звука голосов.
— Просто оставь её в покое, — шепчет Калеб.
— Она моя, Калеб. Не забывай об этом, — угрожает Джуд.
Сильные руки прижимают меня к очень твёрдой груди. Открыв глаза, я вижу шею Джуда, пока он несёт меня по коридору.
— Что ты делаешь? — мой голос охрип от недавних слёз.
Он открывает дверь, захлопывая её за собой.
— Ты не будешь спать с моим грёбаным братом, — я знаю его достаточно хорошо, чтобы услышать едва сдерживаемый гнев за спокойными словами.
Он кладёт меня на кровать, укрывая одеялом. Его запах поглощает меня — тонкое сочетание сигарет и одеколона заставляет почувствовать себя в безопасности.
— Я не хочу оставаться с тобой, — шепчу я, усаживаясь на кровати. Я наблюдаю, как он стягивает рубашку через голову, татуировки играют в тусклом свете лампы.
Он наклоняется ко мне и запускает пальцы в мои волосы, приближая лицо к моему.
— Ты не останешься с моим братом. Ты переоцениваешь моё самообладание.
— Это Калеб! — Да что не так с этим парнем?
— Ты моя, Тор, слышишь меня? — рычит он.
Я хмурюсь.
— Я ухожу. Я не твоя, и никогда не была.
У него на губах появляется небольшая ухмылка.
— Я могу отпустить тебя, но ты навсегда останешься моей.
Он отчаянно пытается найти что-то в моих глазах. Не знаю, что именно, но впервые с нашей встречи он выглядит обеспокоенным и потрясённым. Эта уязвимость задевает что-то глубоко внутри меня, то, что изнывает по нему. Между нами существует особая связь, которая никогда не исчезнет.
— Я не могу сделать этого с тобой, — мой голос неуверенный, и я стараюсь отстраниться от него.
Он сжимает пальцами мои волосы, удерживая меня на месте.
— Речь идёт не о том, можешь ты или не можешь сделать это, куколка. Это просто происходит.
Он с такой нежностью и почтением целует меня, что моё тело мгновенно реагирует на него, а разбитое сердце снова становится целым. Он держит меня, словно никогда больше не отпустит. Это сладчайшая форма пыток. Я закрываю глаза, когда слёзы катятся по моим щекам.
Он толкает меня на кровать, нависая надо мной. Джуд изучает моё лицо, хмуря брови, и осторожно вытирает мои слёзы.
— Прости.
Я качаю головой, так как не хочу этого слышать. Слишком много всего произошло, но ему не за что извиняться. Я сама по глупости сделала это с собой, но даже в разгар своего отчаяния всё так же продолжаю хотеть его. Несмотря ни на что, я всё ещё нуждаюсь в нём.