Ошибка (ЛП)

Я могла бы пойти в полицию и рассказать о том, что я не умерла, но в ту же секунду Джо узнает, что я жива, и тогда это будет только вопросом времени.
Я могла бы сбежать, но у меня нет ни денег, ни друзей, которые бы мне помогли. Я совершенно одна и чувствую себя такой одинокой, какой не чувствовала никогда в жизни. Одно дело быть одинокой, но совсем другое быть ходячей мёртвой девушкой. Я больше не существую. Меня не существует за пределами собственности Джуда. Джуд и Калеб — единственные, кто у меня остался. Разве не драматично звучит?
Слёзы текут по моим щекам, когда я понимаю, в какой бардак на самом деле превратилось моё существование. Моя прежняя жизнь кажется далёкой мечтой, сном, который можно едва вспомнить, и нет никакого способа вернуться к нему обратно.
Если я убегу сейчас, то вероятно, умру.
Я на секунду прислоняюсь к ближайшему дереву, слушая счастливое пение птиц на ветках. Помню, когда я была ребёнком, то всегда рано утром прокрадывалась к маме в кровать, и она говорила мне, чтобы я прислушалась к пению птиц. Я всегда воспринимала этот звук как само собой разумеющееся, но теперь не припомню, когда в последний раз останавливалась и слушала его. Иногда самые крошечные вещи в жизни заставляют тебя жить. Она хотела, чтобы я жила. Хотела, чтобы я сделала лучший выбор для своего выживания, потому что когда всё это закончится — а я должна верить в то, что это закончится — жизнь будет продолжаться.
Джуд — мой единственный вариант, потому что он защитит меня от Джо. По какой-то причине, я доверяю ему и верю во всё, что он делает и говорит. Если он говорит, что защитит меня, я знаю, что он выполнит это. У него нет причин лгать мне, и всё, что он сделал, он сделал из-за Джо. Джо отнял у меня всё и разрушил семью Джуда. В некотором смысле, нас объединил наш общий враг.
Мне нужна защита Джуда, но это только на данный момент, не навсегда.
Развернувшись, я иду обратно к дому. Топая через подлесок, уже представляю себе самодовольное выражение его лица.
Выйдя из посадки, я смотрю на фасад дома. Дома, который был моей тюрьмой последние две недели.
На крыльце находится длинная фигуру, и густой клуб дыма, который подхватывает бриз, витает вокруг её лица
Когда я подхожу к крыльцу, Джуд смотрит на меня, делая ещё одну затяжку сигаретой.
— Я… — я не знаю, что сказать. — Я не могу… мне некуда… — я давлюсь всхлипом, и слёзы наворачиваются на глаза.
Сделав ещё одну затяжку, он резким движением бросает сигарету на землю.
— Хммм, — он прижимает руки ко рту, поглаживая щетину пальцами, и смотрит на меня. — Ты не можешь что?
— Я не могу уйти, — тихо отвечаю я.
Он тяжело вздыхает.
— Так не уходи, — он прищуривает глаза, глядя на меня, и встаёт.
Опустив взгляд, я киваю больше себе, чем ему.
Поднявшись со своего места, он шагает в мою сторону.
— Ты можешь чертовски ненавидеть меня, — он протягивает руку и накрывает мою щёку, — но я защищу тебя от этого ублюдка, — он делает паузу и глубоко вздыхает. — До тех пор, пока ты будешь хотеть этого. Я обязан тебе.
Я взрываюсь слезами. Боже, я такая плакса. Джуд смотрит на меня, и ему явно не по себе, затем он подходит ко мне и обнимает. Замерев на мгновенье, он опускается на ступеньку, притягивает меня к себе на колени, как ребёнка, и прижимает к своей огромной груди. Его присутствие заставляет меня чувствовать себя безопаснее, чем когда-либо.
Глава 25.
ДЖУД
Я сижу с Тор, я не знаю, что, чёрт возьми, делать. Я пытаюсь отстраниться от неё, но она впивается пальцами в мою рубашку, прижимаясь ещё ближе.
Я знаю, как она чувствует себя в этот момент. Всё, что у неё было, разрушили и забрали. Именно так я себя чувствовал, когда убили мою маму и сестру. Это чувство беспомощности, ну а то, что съедает меня больше всего, это то, что я всё равно сделал это с ней, хоть и не намеревался. Я тяжело вздыхаю. Я не могу бросить её, и позволить жизни издеваться над ней так, как она поиздевалась надо мной. Её тело бьётся в конвульсиях, пока она оплакивает свою потерю. Прямо сейчас я не знаю, что ей сказать. Я не знаю, как ей помочь, и это меня бесит. Я — тот человек, который разрушил её, и ненавижу себя за это. Вздохнув, я вожу рукой по её густым волосам.
 
— Мне очень жаль, Тор, но я должен был это сделать, — шепчу я в её волосы, зарываясь пальцами в спутанные пряди.
Без предупреждения она прижимается лицом к моему плечу. Чувствую слёзы на моей коже и её бьющееся сердце напротив моей груди. Она цепляется за человека, который отнял у неё всё, потому что я — всё, что она имеет, и это просто чертовски трагично. Она сжимает пальцами мои плечи, пока громкие всхлипывая вырываются из неё. Я обнимаю её и прячу своё лицо в её волосах, обхватывая руками затылок. Знаю, это должно быть ошибкой, потому что так оно есть — это привносит совершенно новый смысл термину «облажаться», но часть этого ощущается слишком правильно. Рядом со мной она чувствуется на своём месте, и зная, что это опасно, я ничего не могу поделать с собой. Я полностью отдаюсь этому чувству, теряя над собой контроль.
— Я сделал это ради тебя, — шепчу я ей на ушко.
Что, чёрт побери, она делает со мной?
Мы сидим так, кажется, несколько часов. Я действительно не знаю, смирится ли она когда-нибудь с тем фактом, что всё потеряла, но, если бы мне дали шанс всё исправить, я бы сделал всё так же.
Глава 26.
ВИКТОРИЯ
Я цепляюсь за Джуда, чувствуя, что если не сделаю этого, то снова сорвусь вниз с воображаемого утёса, на краю которого отчаянно пытаюсь удержаться. Ничего из этого не является правильным или справедливым. Я просто хочу, чтобы всё было, как раньше. Мне хочется стереть последнюю пару недель из своей памяти.
Я не могу представить, как моя сестра хоронит тело какой-то бедной девочки, чья семья даже никогда не узнает, что она мертва. Жизнь настолько хрупкая вещь. Всё может измениться в одно мгновенье.
Джуд крепко держит меня, и всё в нём говорит о силе и мощи, но он касается меня так нежно и трепетно. Я отодвигаюсь от его шеи, подавляя и пытаясь унять свои слёзы. Но как только его взгляд встречается с моим, я даже не могу вспомнить ни одной сраной причины, почему должна оттолкнуть его.
Мне хочется ненавидеть его. Это место сломало меня и спустило с привязи те ужасы, о которых я могла только представлять в своих самых страшных кошмарах. Однако после всех этих кошмаров в момент, когда я сломалась и хотела сдаться, он заставил меня бороться. Он заставил меня взять контроль в свои руки. Возможно, за это время я испортилась, но лучше быть испорченной выжившей, чем жертвой.
То, что не убивает, делает нас сильнее, и иногда жизнь играет нечестно. Ты должен бороться, чтобы выжить, а это именно то, что я делаю. Я борюсь и становлюсь той, кем должна быть, чтобы выжить в этом, и эта девушка хочет мести, жаждет крови, а Джуд является воплощением и одного, и второго.
— Джо должен заплатить за то, что он сделал, — слышу я свой тихий голос.
— Он заплатит, — он кивает головой и гладит пальцем мою щеку, а лёгкая улыбка касается его губ. — Я обещаю.
Я киваю, зная, если Джуд даёт обещание, то он его выполнит, особенно, когда речь заходит об убийстве.
— Ты убил Эвана? — шепчу я.
— Ты бы предпочла, чтобы я был убийцей или лжецом? — небрежно пожав плечами, он смотрит на часы. — Он не был мёртв, когда я уходил, но, уверен, сейчас он мёртв, — его голос не передает совершенно никаких чувств.
— Хорошо.
Я ненавижу Эвана за то, что он сделал со мной. Я считаю парадоксальным то, что человек, который должен был любить меня, отдал меня преступникам, не раздумывая. Как бы дико это не звучало, но на данном этапе я думаю, что Джуд — единственный человек, которому я не безразлична.