Ошибка (ЛП)

Засунув руку под подушку, я сжимаю пальцами бритву, и смотрю на дверь. Я не слышала, чтобы он закрывал её на замок. Это должно быть легко. Просто перерезать ему горло и убежать. Чёрт! Если бы. Смогу ли я хладнокровно убить парня? Он сам предоставил мне этот шанс, но что, если меня поймают? Что, если я не смогу убить его, а только причиню боль? Грудь сжимает, а пульс начинает сильнее стучать в моих венах, когда уровень адреналина повышается. Если он поймает меня, то убьёт. Честно говоря, я бы предпочла умереть в бою, чем просто принять это, как какая-то бедная жертва. Я должна попробовать.
Вытягиваю бритву из-под подушки и медленно сажусь, пытаясь создавать так мало шума, как только возможно. Кровать немного скрипит, пока я двигаюсь. Я пялюсь на Джуда, который лежит на спине, закинув одну руку над головой. Я могу просто справиться с ним в темноте. Его грудь — обнажённая, вздымается и опадает размеренным темпом. Я пробегаюсь взглядом по линиям татуировок, которые переплетаются на его груди и переходят на руку. Он воплощает власть, но также пугает меня. Я бы солгала, если бы сказала, что часть меня не восхищается этой властью. Он источает её с каждым дыханием, с каждым маленьким движением. Он дышит и живёт ею.
Я глубоко вздыхаю, собираясь с силами, когда встаю на колени рядом с ним. Если я собираюсь сделать это, мне придётся использовать весь небольшой вес моего тела.
Моя рука дрожит, когда я подношу лезвие к нему. Представляю, как будет выглядеть линия на горле, когда я перережу его яремную вену. Лезвие уже у в миллиметрах его горла, когда я начинаю колебаться. Чёрт, да просто сделай это! Мой разум кричит, чтобы я собралась и спасла себя. Это всё, что нужно сделать, но я снова сомневаюсь. Я смотрю на лезвие в своей руке, желая начать действовать, когда ощущаю, как его пальцы не спеша накрывают моё запятьте. Мне хочется заплакать. Я даже недостаточно сильна, чтобы убить парня, который собирается убить меня. Я не шевелюсь и даже не пытаюсь с ним бороться. Он убьёт меня, и в этом будет только моя вина, ведь я засомневалась перед убийством бессердечного ублюдка, преступника и убийцу.
Он подставляет бритву ближе к своему горлу.
— Чего ты ждёшь, Тор? Сделай это, — мои глаза встречаются с его, сверкающими в темноте. — Ну же, — настойчиво повторяет он, прижимая лезвие к коже.
— Я…
Не могу… я не могу этого сделать. Да что со мной не так?
Внезапно он хватает меня за бёдра и переворачивает на спину. Его огромное тело нависает надо мной, вжимая в матрас.
— Ты хочешь убить меня? — шепчет он, и его лицо так близко, что я могу ощутить его дыхание на своих губах, а запах виски и сигарет поглощает меня. — Ну, это твой шанс, Тор. Перережь моё чёртово горло.
Я до сих пор держу бритву у его гортани, и могу это сделать. Его взгляд по-прежнему удерживает мой, изучая меня, бросая мне вызов. В этом оглушительном молчании мы оба ждём того, смогу ли я это сделать — убить человека.
Медленно скользя рукой вокруг моего запястья, он поднимает её над моей головой и вжимает в подушку. Он зарывается носом в мою шею, и вдыхает вдоль горла.
— Ты не можешь сделать этого, потому что не такая как я, — шепчет он. Температура моего тела начинает подниматься, когда его губы еле-еле касаются моей шеи. — Ты спасаешь жизни, а я их забираю. — Я не хочу, чтоб он на меня влиял. Я ненавижу его и хочу убить, но то, как его тело прижимается к моему, как он прикасается ко мне, словно владея мной — от этого лёгкие сражаются за воздух, а моё сердце так бешено бьётся в груди, будто хочет сбежать. В этот момент я ненавижу себя больше, чем думала.
— Ты убьёшь меня? — мне удаётся набрать воздуха.
Убирая лицо от моей шеи, он освобождает запястье и запускает пальцы мне в волосы, тяня их так, что это почти причиняет мне боль.
— Я ещё не решил, — бормочет он так близко у моих губ, что я чувствую, как они почти касаются моих. Моё дыхание ускоряется, а он выдыхает с усмешкой. — Страшно?
— А должно быть? — выдыхаю я, и мой голос дрожит. Да, должно быть, и так оно и есть, потому что я нахожусь здесь с психопатом, который прижимается ко мне между бёдер и с лезвием в нескольких сантиметрах от моей головы.
 
Он крепче сжимает мои волосы, поворачивая голову в сторону. Его губы двигаются у моего уха, заставляя меня дрожать под ним.
— Определённо, — рычит он.
О, мой Бог. Я не могу дышать и говорить. Всё, что я чувствую — это он. Я не хочу его чувствовать, и мой разум взрывается тысячами вопросов, а именно: «Какого хрена ты творишь?» Думаю, моё тело предало меня и ведёт себя, как шлюха.
Его зубы мягко впиваются в мочку моего уха, и я теряю контроль. Я бросаю лезвие, и зарываюсь рукой в его волосы, притягивая за короткие пряди. Не знаю, пытаюсь ли я этим движением оттолкнуть его от себя или притянуть ещё ближе. Но он смеётся, и его горячее дыхание опаляет мою шею.
— Не так уж и невинно, да? — бурчит он, когда толкается своими бёдрами в мои, дразня.
Он перемещает свою руку от моих волос к челюсти и грубо сжимает её. Его губы так близко, и каждый гормон в моём теле кричит ему поцеловать меня. Я совершенно потеряна. И когда я думаю, что его губы уже касаются моих, Джуд отстраняется и встаёт с кровати.
Я слышу шорох одежды, прежде чем он открывает дверь.
— Ты играешь со мной, значит, я сыграю с тобой, — отвечает он, захлопывая дверь за собой.
Чёртов мерзавец. Всё, что я могу слышать — это пульс в моих ушах, когда пытаюсь осмыслить суть произошедшего. Да что со мной не так? Если бы он меня поцеловал, я бы не сопротивлялась. Чёрт, я даже могла бы раздеться и раздвинуть перед ним ноги. Мне точно нужно вылить на себя ведро с отбеливателем, чтобы смыть с себя эту шлюшку. Есть моменты в жизни, когда ты должен серьёзно задуматься о своём здравомыслии. И это один из них.
Глава 15.
ДЖУД
Я захлопываю за собой дверь. Мой чёртов член пульсирует. Он твёрд и налит кровью. Эта сука пыталась перерезать мне горло, и это, блядь, завело меня. То, как она ощущалась подо мной… Моя нога была вжата между её тёплыми бёдрами, а моя голая грудь прижималась к её полным сиськам… Чёрт! Остановившись на вершине лестницы, я провожу руками по своим волосам и оглядываюсь на дверь. Она была чертовски готова, и, если бы я попытался её трахнуть, она бы, блядь, мне разрешила. Что это за ебаное дерьмо? Чёрт! Она пытается соблазнить меня. Заставить хотеть её, почувствовать, будто я могу доверять ей, чтобы потом сдать меня в руки Джо…
Я качаю головой, продолжая спускаться по лестнице. Прямо сейчас я не могу думать об этом. Всё, что я знаю — это то, что мне нужно убраться нахрен подальше от неё. Проходя мимо гостиной, я замечаю Калеба, развалившегося на диване перед теликом.
— Я собираюсь в стрип-бар.
Посмотрев на меня, его губы кривятся в улыбке. Он хватает пульт и выключает телевизор.
— Я еду с тобой.
Двери «Элизиума» распахиваются, и громкий бас грохотом отдаётся в моей груди. Мы виляем в толпе, направляясь в сторону бара.
Бармен поднимает свой взгляд, кивая.
— Винсент звонил. Я устал от этого дерьма.
Подойдя к бару, я кладу руку на его плечо.
— Я — владелец чёртового клуба. Поной Крису об этом дерьме, ладно?
Я хватаю бутылку виски «Maker’s Mark», и наливаю в два больших стакана. Протягивая один Калебу, я обхожу бар и иду мимо сцены. Одна из полураздетых официанток проходит мимо, и я шлёпаю её по попке. Но она не обращает никакого внимания на это. Я поднимаю стакан, делая несколько глотков прохладного напитка, когда мы пропихиваемся сквозь толпу мужчин, собравшихся у сцены и протягивающих деньги танцовщице. Музыка исчезает, когда мы идём по коридору. Я останавливаюсь перед дверью, на которой написано «Только для персонала». Сделав ещё один глоток, я тянусь к ручке. Как только дверь открывается, нас встречают писком.