Ведьмочка в пролёте (СИ)
Мы успели на ближайшую электричку и довольно быстро добрались до города. Я обменяла золото мастера Дебриса на рубли из кошелька Сальди, и мы потратили несколько приятных часов, выбирая бытовую технику для Даркроузов. Потом перекусили прямо в торговом центре. Демон забылся и снял шапку, но, как я и предполагала, никто не обращал особого внимания на его рожки во всклокоченной шевелюре. Наверняка люди думали, что это такие модерновые наушники.
Мы отправили покупки Даркроузам портальной доставкой, а сами еле живые добрались до техноложки и двери к горгульям. Однако Юд в общагу не пошел, а отправился по каким-то делам. Я поиграла с Малышом, выслушала отчет о произволе летучих мышей и собралась было спать, как вдруг…
На кровати с легким хрустальным сигналом портальной доставки возникли две коробки: большая и маленькая. Удивлению моему не было предела. На карточке поверх маленькой коробки была лишь лаконичная надпись с моим именем и адресом в Академии.
В маленькой коробке был… кулон. Золотой, с цветком в середине, выложенным крошечными рубинами. К кулону прилагался сертификат. Из него я и узнала, что это рубины и золото, работа мастеров из Фальвии. Фальвия? Где это?
А в большой плоской коробке, под несколькими слоями шуршащей упаковочной бумаги, находилось… платье. Шелковое, с гибким кринолином на застежках. Цветов Академии: бирюзы и золота. Я завороженно уставилась на чудное виденье. Сама не заметила, как стянула пижаму и нырнула в прохладный шелк. Очарованная собственным видом, долго стояла перед зеркалом. Кто эта тоненькая хрупкая красавица в отражении? Неужели я… такая?
Платье открывало плечи, облегало ноги, а ниже колен ложилось на кринолин и расходилось «лепестками» тюльпана. Рукава свободного кроя спадали до локтей. Шелк приятно холодил кожу.
Опомнившись, я быстро стянула платье и уложила его в коробку, постаравшись не помять. А к кулону второй раз прикоснуться побоялась, просто уложила на бархатную подушку, как сумела. Здесь опять какая-то ошибка. Завтра разберусь.
Но на следующий день я бродила по Академии, словно сомнамбула. Никто не подбегал ко мне и не требовал вернуть подарок. Я перебрала в голове всех возможных кандидатов в дарители. На первое место, конечно же, вылез отец. Но как он узнал? И почему сам не вручил подарок? У нас как раз назначена на сегодня встреча. Увижу – спрошу.
Но все вышло не так, как я предполагала. Бертолий Либериус выловил меня перед парами и заставил (где шантажом, где угрозами, где мольбой) показать второкурсникам мой «легендарный отрыв». С недобрым чувством я уселась на метлу, и оно, недоброе предчувствие, поспешило сбыться.
Сначала меня повело к стене. Я почувствовала, как «обмотало» холодными потоками ноги, и замерла. Метла рванулась вперед, развернулась, перевернулась (я вцепилась в палку и чудом удержалась) и устремилась к двери. Сзади раздались крики, на секунду передо мной мелькнуло искаженное паникой лицо Либериуса. Кажется, Томный Берти пытался остановить метлу пассами. Но они не помогли.
Меня вынесло в коридор и несколько раз ударило о стены. Не знаю, как мне удалось смягчить удары. Кажется, в панике я выпустила несколько горячих потоков и ослабила холодные на прутьях метлы. Но повторить фокус не удалось – у меня хватало концентрации, только чтобы держаться за древко и выпрямлять помело на резких поворотах.
Так я пронеслась от зала для тренировки до аудиторий на первом этаже, то взлетая к потолку, то опускаясь к полу. Тормозить ногами не получалось, я попросту не доставала ими до земли. Слава богу, пока обходилось без столкновений со студентами. На первом этаже как раз шли последние зачеты, и визарды шустро отпрыгивали к стенам, издалека заслышав моё залихватское:
— С дороги!!! Задавлю!!!
Впереди была лестница. Я понимала, что не впишусь в нее даже при самом удачном раскладе. Прыгать тоже было некуда.
Мысленно прощаясь с жизнью, я даже закрыла глаза. Однако метла начала вдруг тормозить… и застыла. Я сидела, не веря собственному счастью. Слегка придя в себя, открыла глаза и увидела две руки, вцепившиеся в палку рядом с моими. Под древком, распластавшись по полу, лицом ко мне висел Юджин Сальди. Он упирался в плиты ботинками с дымящимися подошвами. Один рукав его рубашки был оборван и пропитан кровью, на предплечье и плече бугрились напряженные мышцы.
Ко мне подбежали люди. Сквозь пелену перед глазами я с трудом узнала Аровскую и Дебриса. В толпе у самой лестницы стоял магистр Серениус. Он безостановочно складывал пассы, постукивая по ладони белым ногтем.
Меня аккуратно сняли с метлы, Юд отпустил древко, помело взлетело к потолку, ударилось о балку и рассыпалось. Прутья осыпались вниз. Аровская и Дебрис, понимающе переглянувшись, осторожно подобрали их с пола.
Меня трясло, Юд вытирал кровь со стесанных локтей.
— Спасибо, — выдохнула я.
Демон криво улыбнулся.
— Метлу заколдовали, — констатировал мастер Авар, тем временем изучавший упавшие на пол прутики.
Аровская подтверждающе кивнула:
— Веерообразное переплетение потоков, — сказала она. — При активации дает эффект раскрутки холодных масс.
Магистр Серениус молчал. Ректор смотрел в сторону лестницы.
Я проследила за его взглядом. О нет. От ступенек ко мне шел хмурый, мрачный Александр Громов в сопровождении эффектной шатенки в алом платье. Увидев ее, студенты вдоль стен принялись перешептываться. Шатенка мило улыбалась, в разрезе платья мелькала стройная ножка в туфельке на неимоверно высоком каблуке. Дама смотрела прямо на меня, не обращая внимания на ажиотаж в рядах студентов, вызванный ее появлением.
— Это Галада?... Верховная ведьма? Сама Галада?... Главная донница здесь? — донеслось до меня.
— Так значит, это правда?! — загремел голос отца. — Новое покушение?! Ада, я забираю тебя из Академии! Из этого небезопасного места! Мы немедленно уезжаем домой!
конец первой части