Ведьмочка в пролёте (СИ)
— Сыворотка правды? — удивилась я.
— Не совсем. Просто зелье усиливает скрытую мотивацию вплоть до того, что вдохнувшим его нестерпимо хочется поделиться наболевшим. Бывают, правда, побочки, вроде вспышки проницательности и противодействия морокам. В общем, когда будешь распылять, старайся не дышать. Это пока экспериментальный образец.
— Послушаешь, какие цели у напомаженного красавчика. Заодно выяснишь, обычная ли он сволочь языкатая или хранит для тебя персональный камешек за пазухой. Говорят, у Либериуса рыльце в пушку, — мечтательно проговорил Тенет. — Кое-кто, не будем разбрасываться именами, в буквальном смысле выбил ему должность в Академии.
— Ага, — мрачно кивнул Крофф. — Дальше – больше. Сначала расисты и сторонники Разделения, раскачивание и хаос, потом выдача разрешения на обучение колдунов и колдовок, разумеется, с благородной целью стабилизировать ситуацию. Арчи, как думаешь, среди донниц могут попасться симпатичные? В журналах их всегда рисуют с длинными носами.
А вот у Светки был обычный нос, мрачно думала я, направляясь на пару к Либериусу, но это не делает ее более приятной. Не буду я ничего распылять. Попробую сегодня добиться допуска честным путем.
По дороге мне встретилась Инга Аровская, как всегда ослепительная. В ответ на ее вопросительный взгляд я состроила виноватую гримаску. Увы, магистр. Не знаю, что вы там химичите, но ваши эксперименты пока не принесли результата: я вижу вас такой, какая вы есть на самом деле. Преподаватель сухо кивнула и со вздохом прошла мимо. Все остальные визарды смотрели на нее с плохо скрываемыми страхом и неприязнью. В отличие от меня они видели Аровскую в образе злобной, придирчивой старой девы.
В зале для тренировок было людно: мастер Либериус собрал весь курс. Выглядел преподаватель как никогда разодетым и напыщенным. Завитые локоны казались особенно неестественными в беспощадном дневном свете из высоких витражных окон зала. На щеках и висках препода была заметна пудра. В глазах Либериуса горел нехороший блеск.
— Генрих Фаррел – выбыл! Тикати Дроуз – дисквалификация, передайте привет матушке! Она у вас из гоблинов, смею предположить? Ора Ле’Алато – вон! И не надо так на меня смотреть – в Академии запрещена темнейшая магия! Ада Бартеньева! Могли бы и не приходить! Стыдно даже смотреть на ваши потуги!
— Но почему?! — я подлетела к преподавателю и зависла рядом, плывя вдоль ряда визардов с метлами. — У меня был мягкий отрыв! Мягкий! И потоки, ледяной и холодный, я смешала, как надо.
— Не много ли вы себе позволяете, визарда Ада? — высокомерно фыркнул Либериус. — Возомнили, что знаете, как идеально смешивать потоки? Изволю напомнить: преподаватель здесь я. Только я решаю, что соответствует требованию силлабуса, а что нет. Не нравится – идите и жалуйтесь, хоть самому ректору!
— И пожалуюсь! — взвинченно заявила я. — Вы придираетесь! К младокровкам и представителям других рас!
— А это уже обвинение, — прошипел преподаватель, развернувшись ко мне всем корпусом.
Остальные студенты притихли. На нас обратились взгляды всего курса.
— Вы ленивы и бесталанны, визарда Ада, но в своих неудачах вините кого угодно, но не себя. Будь вы хоть немного одарены магически, не тянули бы вниз всю группу! Я не допускаю вас к зачету! Это означает, что вы его уже не сдали! Нет зачета – нет сессии. Отправляйтесь домой, в свой несвед-мир, и займитесь чем-нибудь… несведским, вместо того, чтобы тратить ценные ресурсы уважаемого учебного заведения!
— Я напишу заявление, — сказала я упрямо. — Я знаю свои права. Если нужно, пусть будет назначена специальная комиссия.
— Ваше право! — рявкнул препод, эффектно подняв руки, словно призывая в свидетели весь курс. Но, наклонившись затем ко мне, тихо произнес, плюясь слюной мне в ухо: — Имей в виду, девочка, скоро здесь не останется таких, как ты. К Академии вернется былая слава. Никаких выскочек. Только элита, только лучшие визарды. Чистая темная кровь. Ты занимаешь чужое место, несведка. Есть более достойные маги, лишенные возможности обучаться высшей магии.
— Донники и придонники? — так же тихо поинтересовалась я, остро понимая, что мне уже нечего терять.
Глаза Либериуса загорелись нехорошим огнем, он усмехнулся. А ведь я еще не разбрызгивала зелье.
— Вон! И не возвращайтесь без разрешения на создание комиссии, Бартеньева.
Ну хорошо. Закусив губу, я словно бы ненароком облетела препода по дуге. Выпустила в воздух крошечное облачко из пульверизатора. В этот момент к Либериусу подскочила Ева Старинова. Что-то защебетала, с нескрываемой злорадной радостью косясь в мою сторону. Либериус наклонился к ней, приняв вид довольного кота.
В этот же момент в дверь сунул голову Юджин Сальди.
— Визарду Аду к магистру Серениусу! — громогласно сообщил демон, найдя меня взглядом и как всегда подмигнув.
Но я медлила. Аккуратно поставила метлу у стены, поправила юбку-брюки, несмотря на ситуацию, почему-то оставаясь совершенно спокойной. И тут началось.
Первой встрепенулась Ева. Она небрежно оттолкнула с дороги Либериуса и направилась к двери. Юджин, прислонившийся к косяку, немного напрягся.
— Что тут у вас происходит? — с подозрением наблюдая за приближением бывшей, спросил он.
Я пожала плечами. Какая разница? Отличный день сегодня. Такой... спокойный. Меня, кажется, перед этим что-то расстроило. Что? И не припомню. Ну уж точно не мастер Либериус, который с сосредоточенным видом стоит посреди зала, покачиваясь с пятки на носок. Он просто... чудаковатый препод, помешанный на своей внешности. На такого не стоит обижаться.
Тем временем Ева вплотную приблизилась к Юджину. Выглядела она, прямо скажем, необычно: глаза ее горели, грудь вздымалась. Сальди даже попятился, но ретироваться не успел: Старинова... запрыгнула на него, обвив демона ногами, словно хищная лиана, и впилась губами в его рот.
— Уф! — выдохнули все.
Весь зал смотрел теперь на целующуюся парочку. И только демон умоляюще таращился на меня поверх макушки зверски терзавшей его рот красотки. Бедный рогатик. Так тебе и надо.
— Юджин Сальди! Ты скотина! — громко сообщила Юду и заодно всем присутствующим Ева, оторвавшись губами от вконец растерявшегося парня, но продолжая на нем висеть. — Почему ты не вернулся?! Я ждала! Я ждала тебя каждый день! Каждый демонов день, мутная топь!
— Мы же с тобой... это… разбежались, — Юджин попыталась разжать ноги Евы на своей заднице. Не тут-то было. — Зачем тогда было меня прогонять?
— Потому что ты недостоин!!!
— Так мы на этом и сошлись. Мы больше не вместе. И меня это полностью устраивает.
Напрасно ты это, флегматично подумала я. Не время для прямолинейности.
— Но ты должен был понять и вернуться! — с яростью в голосе заявила Ева. — Понять, что я самая лучшая! Что лучше меня ты не найдешь! Ты должен был все преодолеть! Убедить меня, уговорить… заставить!!! Унизиться, если бы потребовалось!!!
— Ах так? Еще что-то? — нелюбезно поинтересовался Сальди. — Евушка, милая, слезь с меня. У меня срочное дело.
— Какие могут быть дела, если я здесь?! Ты презренный предатель старой крови! Ненавижу тебя!!! Давай займемся любовью прямо сейчас!
Далее со Стариновой случилась истерика. Парням с курса пришлось отдирать ее от Сальди. Юджин вырвался из страстных объятий бывшей живым, но изрядно потрепанным.
— Что за хрень тут у вас творится? — спросил он, непроизвольно облизываясь и дергая воротник рубашки. — Либериус отсыпал вам дури для раскрепощения?
— Ну… тепло, почти угадал, — сказала я.
Демон опасливо оглядывался на группу студентов, пытающихся привести Старинову в чувство. Раздался громкий звук пощечины. Молодец Ора! Успокоила истеричку… практически нокаутировав.
— Передоз налицо, — нервно констатировал Сальди. — Ты тоже какая-то… не такая.
— Познаю Равновесие, — если верить Шану, то под влиянием распыленного декокта, которого я тоже, кажется, вдохнула, распсиховавшись и подлетев слишком близко к преподу, мне положено было изливать на других свои скрытые желания и ожидания. Меня же словно валерьянкой накачали. Нехорошо это. — А ты чего?