Ведьмочка в пролёте (СИ)

Также мне скоро понадобится метла. Я долго не понимала, зачем перемещаться на таком неудобном предмете, но мне объяснили, что летать я могу на чем угодно, даже в ступе, как Баба-Яга. Однако в отличие от других видов транспорта, метла – средство передвижения, которое можно быстро изготовить практически в любой критической ситуации: охапка прутьев, каждый из которых заговаривается на холодный поток, палка – и лети себе, удирай от желающих водрузить тебя на костер. Думаете, костры отошли в прошлое вместе с инквизицией? Ха! Если бы.  
Недолго я парила в своих финансовых мечтах – из фантазий меня резко выдернула Велемира. Подруга схватила меня за руку и потащила на пару, крича, что к Инге Аровской опаздывать нельзя ни на минуту. И действительно ровно в пятнадцать ноль-ноль в аудиторию вошла высокая молодая дама.
Ух, какая же это была красавица! Стройная, с плавной, женственной фигурой и осиной талией, с копной белокурых локонов, спадающих до лопаток и ясными голубыми глазами. Ее платье было особой темой для разговора, плотное, облегающее фигуру, из серебристой ткани.
— Моя пара – тот предмет, ради которого все вы, по сути, поступили в Академию, — низковатым, вибрирующим контральто, от которого у меня побежали мурашки по спине, заговорила профессор Аровская, стоя у доски. — Вы можете стать фрилансерами или домохозяйками, членами правительства или магами-отшельниками, но предназначение ваше – поддерживать Баланс. Слишком много сил в этом и других мирах заинтересовано в нарушении Равновесия. Помните об этом. Начнем с вводного материала. Любой визард, сам владеющий Дивинацией или пользующийся услугами профессиональных предсказателей, начинает с построения точек или узлов на временной линии…
Я сидела, обалдело глядя на преподавательницу и с трудом концентрируясь на теме лекции. Это вообще законно – топ-моделей в преподы нанимать? А парни как учиться будут? Обливаясь слюнями? К своему глубочайшему удивлению, однокурсники явно не разделяли моих восторгов. Кажется, никто из присутствующих на лекции (кроме меня) не обратил внимания на то, как хороша профессор Аровская. Я внимательно оглядела мальчишек. Ну вы-то хоть заметили? Нет? Неужели сия фея так страшна в преподавании, что ее дивность гаснет под тяжестью нехороших ожиданий? Она съедает визардов живьем на экзаменах?
В аудитории собрались все группы курса. Это был один из тех предметов, которые мы, светлые и темные визарды, могли некоторое время (в данном случае, весь первый семестр) изучать совместно. Было заметно, как делятся наши ряды: светлые держались справа, а темные – слева. И только я умудрилась сесть между светлым визардом (толстеньким парнем, который чуть не съел все бутерброды с семгой в столовой в тот день, когда Велемира учила меня бытовой магии) и какой-то старательной, но немного испуганной девочкой-волшебницей.
— Вот не повезло же, — пробормотал толстячок, со страхом глядя на Аровскую. — Наш курс мог взять магистр Реверсус, но старик ушел на пенсию. Нам всем крышка, мымра в первый же семестр укокошит нас своими жуткими практикумами.
Я только рот раскрыла. Мымра? Еще раз с восхищением посмотрела на преподавательницу и икнула от неожиданности: Аровская глядела прямо на меня. Прищурилась, продолжая говорить, подняла одну соболиную бровь, словно что-то прикидывала и…уф!.. отвернулась к доске.
После лекции я попыталась прошмыгнуть в коридор, но преподавательница поманила меня к себе. Профессор покосилась на вход, и дверь с грохотом захлопнулась за последним вышедшим из аудитории студентом. Мы остались одни.
— Итак, — проворковала Аровская. — Ты – Ада.
— Ага, — выдавила я. Вблизи преподавательница просто ослепляла.
— Хранительница де Азиль предупреждала насчет тебя.
— Леди Анабель наверняка известно то, чего я не знаю, — немного ворчливо получилось, но меня и вправду начало все это напрягать. Какие-такие «примечания к общей рекомендации» внесла в свиток призрачная Хранительница?
— Хм, возможно. Даже наверняка, — невозмутимо заметила Аровская. Она присела на край стола и с любопытством поинтересовалась: — Ну? Как я тебе? Говори откровенно.
 
— Вы интересно и грамотно подаете материал, — честно выпучив глаза, отрапортовала я. — Только очень быстро.
— Я не об этом. Ты ведь меня видишь, да?
— Э-э-э?
— Вот туда взгляни.
У входа в аудиторию стояла вешалка для верхней одежды, а рядом с ней висело настенное зеркало. Профессор подошла к нему и встала, скрестив руки и загадочно улыбаясь. Ее отражение заставило меня вздрогнуть. В зеркале была совсем другая Аровская. Сходство было несомненным, однако женщина в отражении была хоть и ненамного старше, но гораздо некрасивее. Слишком высокий надменный лоб, неодобрительно поджатые губы, сухощавая и невыразительная фигура, очки с толстыми стеклами. Типичный академический сухарь в юбке. И юбка серая, длинная в пол, а блуза – со старомодными рукавами фонариками.
— Да, именно так видят меня остальные визарды, — кивнула профессор в ответ на мой немой вопрос. — До сих пор все шло гладко, а на тебе я прокололась.
— Но… зачем? — выдохнула я.
— Видишь ли, Ада, — Аровская вздохнула. — Я сирена.
— Морской демон? С хвостом?!
— О боги, — профессор засмеялась. — Нет у нас никаких хвостов, ни рыбьих, ни птичьих. Я вообще-то светлая волшебница. Когда-то мои предки обитали на верхних Потоках, но затем спустились и смешались с людьми. Однако кровь не водица, так просто не разбавишь. Магистр Серениус взял меня в Академию лишь при условии, что я буду скрывать свою сущность. Иначе… — женщина покачала головой, — это будет не преподавание…
— А слюни до пола, — понимающе кивнула я.
— Любовные записки, дуэли, — профессор сморщила аккуратный носик. — Мало мне крови сирен, на мне еще и проклятие непреодолимой притягательности, которое можно снять лишь… долгая история. Ада, с тобой я разберусь позже.
— В смысле? — по спине у меня пробежал нехороший холодок.
— Нужно выяснить, где пробел в моем мороке. После Нового Года походишь ко мне на тестирование. Иди, никому не рассказывай. С языком как?
— К-каким?
— С твоим, который во рту. Подчиняется или норовит сболтнуть?
— Ха! Я могила! — я даже еще раз икнула, уже от возмущения.
— Ладно, обойдемся без заклинания неразглашения. И без фамильярности тоже. Ты меня считаешь… этой… мымрой, как и все, я тебя – ничтожеством, как и других. Ничего личного, образ есть образ. Договорились?
— Договорились.
Полный привет! Только этого мне еще недоставало! Я точно фрик! И притягиваю проблемы!
… После разговора с мадам Пруфф меня беспокоило нечто, что я никак не могла сформулировать. Побродив по коридору (и заметив Влада, подпиравшего стену и глядевшего в мою сторону), я, наконец, вспомнила смутившую меня фразу и ворвалась в кабинет кастелянши.
— Вы сказали, что я опекаемая! Простите, мадам Пруфф, но я совершеннолетняя! Это значит, что мне не дадут жилье, да? Потому что на момент подачи заявления мне уже исполнилось…
— Ада, не тараторь, — мадам Пруфф отложила в сторону гусиное перо. — Да, тебе восемнадцать, но по законам Магистеррениума, до окончания Академии ты под частичной опекой учебного заведения. Мне сложно объяснить всю систему, но полностью независимой ты станешь только после получения профессии. В магическом сообществе с этим строго. Маги живут долго. До двадцати пяти лет визард считается частично дееспособным. Именно в этом возрасте в организме полностью формируются ментальные, физические и магические потоки.
 
— Но если у меня… ну бывает же такое… случайно нарисуется отец?
— Он же умер, нет? Ну, если случайно нарисуется, это ничего не поменяет. На момент поступления в Академию ты считалась сиротой и имеешь право на субсидии и место после окончания. Максимум, что может сделать твой нарисовавшийся родитель  – это проконтролировать твой брак и всякие там обязанности, вроде обязательного представления королю и посещения ежегодных светских мероприятий при дворце. И то, только если ты действительно старокровка минимум в седьмом поколении с подтвержденным даром Четырех Глубин и титулом. Ада, не таращься так! У аристократов свои законы, закрепленные в Хартии. Но нас с тобой это не касается, правда?