Вечная ложь (ЛП)

Я ждал почти до полуночи. В доме еще горел свет, но улица затихла, и мои нервы были стальными. Я дважды проверил свое оружие, сняв его с предохранителя и убедившись, что патронник заряжен, вышел из глубокой тени и направился прямо к входной двери. Как и предполагалось, дверь была не заперта.
Я вошел внутрь и обнаружил, что никчемный бандит спит на диване с включенным телевизором, а на его груди лежит пакет с чипсами. Не желая ничего принимать на веру, я бесшумно маневрировал по маленькому дому и проверял, нет ли других жильцов. Убедившись, что он один, я подошел к дивану, направил на него пистолет и пнул ногой, чтобы разбудить.
  
Он испуганно проснулся, но быстро замер, когда его взгляд упал на мой пистолет, который я держал в крепкой хватке. — Кто ты, парень? — Его глаза метались по комнате в поисках ответа.
— Для тебя я никто, просто еще один человек с улицы.
— Тогда почему ты держишь пистолет у моего лица? — выплюнул он в ответ, демонстрируя вынужденную браваду.
— Потому что ты не заслуживаешь жизни. Я следил за тобой, Джейкоб Мартинес, или лучше называть тебя Сквиз? — Ночь за ночью я следил за Сквизом в убогих барах и на темных углах улиц, где он делал свой бизнес — продавал наркотики и развращал девушек, некоторые из которых выглядели не старше Ари. Насколько я мог судить, он не обладал ни одним положительным качеством.
Капельки пота выступили на его бровях, когда Сквиз начал понимать интенсивность моего взгляда. — Йоу, чувак, чего ты хочешь? У меня есть деньги, мужик, просто опусти пистолет.
— Деньги этого не исправят, Сквиз. Я хочу того, чего ты не можешь мне дать.
— Тогда что? Ты просто убьешь меня?
— Да.
Ночной воздух огласился удовлетворительным хлопком, когда пуля глубоко вонзилась в череп Сквиза. Кровь и мозговое вещество забрызгали диван и соседнюю стену, точно так же, как кровь моей матери на холодном зимнем тротуаре.
Его жизнь в обмен на ее.
Это был нечестный обмен, но он должен был подойти.
Я окинул комнату еще одним случайным взглядом, засунул пистолет в карман брюк и покинул место преступления так же легко, как и пришел. На этот раз я вышел с задней стороны дома, держась в тени, когда обогнул фасад и вышел на залитый лунным светом тротуар.
Я думал, что буду чувствовать себя по-другому после того, как дело будет сделано — либо из-за чувства вины за отнятую жизнь, либо из-за облегчения от свершения правосудия, которого я добивался последние шесть месяцев. Я ошибался. Сейчас я чувствовал себя не иначе, чем за час до этого. Более того, я чувствовал себя несколько потерянным. Мое внимание было настолько сосредоточено на идентификации, обнаружении и убийстве Сквиза, что я не подумал о том, что буду делать дальше.
Не то чтобы у меня было много вариантов. Я устроился на работу на местный металлургический завод и подал прошение об опеке над Ари, как только мне исполнилось восемнадцать. В офисе генерального прокурора мне неожиданно помогли — добрая пожилая женщина, которая помогла мне связаться с юридической службой. Теперь Ари была моей единственной целью.
Я испытал бы облегчение, получив ее обратно, но перспектива была также пугающей. Как я буду содержать нас обоих с моими мизерными заработками? Как, черт возьми, я должен был ее воспитывать? Я понятия не имел, что делаю, но я не был своим отцом — я не стал бы убегать от своих обязанностей. Я решительно сжал кулаки и пошел по тротуару, когда позади меня раздался голос.
— Эй, парень. Не хочешь рассказать мне, почему ты это сделал? — Голос принадлежал пожилому мужчине и не звучал особенно расстроенным, но его слова заставили меня замереть на месте.
Я медленно повернулся и увидел мужчину, прислонившегося к машине, мимо которой я только что прошел. Он был среднего телосложения и одет в костюм, но это было почти все, что я смог разобрать. Откуда, черт возьми, он взялся? Он знал, что я только что убил человека? Или он спрашивал о чем-то совсем другом?
— Вам придется уточнить, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.
Уголки его губ приподнялись от удовольствия, когда он встал и подошел, подавая сигнал, чтобы мы продолжали идти. — Я наблюдал за мистером Мартинесом в течение последних нескольких дней.
Мои вены превратились в лед при упоминании имени Сквиза, но я сдержал свои губы.
— Мы с коллегами подозревали, что он крадет у нас, — он пристально посмотрел на меня. — Что было бы весьма прискорбно для мистера Мартинеса. Как бы то не было, ты, похоже, решил за меня мою проблему. Я хотел бы знать, кто ты и на кого работаешь?
Мои шаги замедлились, и я задумался над ответом. Этот человек знал, что я сделал — если я скажу ему, кто я, он может обратиться в полицию. С другой стороны, похоже, что он работал со Сквизом, а в таком случае он сам был преступником. Готов ли я убить его, если он потребует назвать мое имя и дело дойдет до драки? Ответ был категоричным нет, что не оставляло мне выбора.
— Лука Романо.
Его глаза сузились. — Романо. Как Сальваторе Романо?
— Если предположить, что их не больше одного, то да. Мой отец — Сальваторе Романо. Мое отвращение к произнесению этих слов было ощутимым, и мужчина удивленно поднял брови.
— Я не знал, что у него есть дети.
— Это потому, что он бросил мою маму, когда мы были маленькими, и больше не возвращался.
— Понятно. Он никогда не был особенно благородным человеком, так что я не удивлен. — Он посмотрел на меня более пристально. В тусклом лунном свете я увидел, как на его лице промелькнула череда вопросов. — Какие дела у тебя были с мистером Мартинесом?
— Он убил мою мать.
Он благоразумно кивнул, как будто теперь все стало понятно. — Итак, это было личное дело. Как я понимаю, ты работал один?
— Да.
— Это нелегкое дело — отнимать жизнь. Похоже, ты справляешься с этим довольно хорошо.
— Он был подонком — не заслуживал того воздуха, которым дышал. Я оказал миру услугу.
Мужчина разразился смехом и похлопал своей толстой рукой по моей спине. — Ты просто душка, ты знаешь об этом?
— Спасибо, — язвительно сказал я. — Я ценю комплимент, но мне действительно пора идти. Полиция может быть здесь в любую минуту, и будет лучше, если мы оба исчезнем.
— Почему они должны приехать? Никто в этом районе не собирается вызывать полицию. Даже если бы они и вызвали, тебе все равно лучше быть здесь со мной. — Мой новообретенный друг вопросительно посмотрел на меня, его глаза светились весельем. — Ты веришь в судьбу, Лука?
Вопрос застал меня врасплох. Верил ли я в судьбу? Если да, значит ли это, что моя мать должна была погибнуть? — Я не уверен, что верю.
— А я верю. И знаешь, во что еще я верю? Я верю, что мы с тобой встретились здесь сегодня не просто так. — Он протянул руку, и я нерешительно сжал свою в его. — Меня зовут Майкл Аббателли, и мы с тобой станем очень хорошими друзьями.
15
АЛЕССИЯ
—Алессия, подожди!
Я сделала паузу, обернувшись на голос Джексона прямо у входа на работу. — Привет, Джексон. Дважды за неделю — ты уверен, что не преследуешь меня? — поддразнила я, когда он догнал меня.
— Нет, судья сказал, что мне больше не разрешено это делать. — Эти ямочки. Он был таким кокеткой. — Можешь уделить минутку, чтобы прогуляться со мной? Это не займет много времени, обещаю.
  
Что все это значит?
— Конечно. — Я пригласила его вернуться на тротуар. — Что случилось?
Он посмотрел на здание позади нас, а затем оглянулся на меня. — Я знаю, что уже кое-что сказал, и, наверное, мне следует держать рот на замке, но я не умею делать то, что должен. Я видел тебя вчера... с итальянцем.