Бредущая по мирам (СИ)

Я так долго не слышала, чтобы она смеялась.
- А вот и мы! – с этим восклицанием, я выбежала из-за поворота.
Они так увлеклись, что даже не заметили нашего прихода.
- Всемирный потоп закончился? – улыбнулся Ферлан.
- Перестань,- раздраженно велел Алан.
- Идемте,- Дениза отвлекла их от ссор.
Спустя несколько километров, мы увидели легкокрылых, призрачных девушек. На них были плетеные сандалии, и легкие туники светлых цветов.
- О, люди,- и одна из них полетела к нам.
- Привет,- сказала я ей.
- Это небесные,- заметила Дениза.- Они помогают моим тетушкам, и имеют привычку завлекать людей в облака. Многие тонут, но кое-кто выживает,- и она странно посмотрела на меня.
- Да, это мое вечное место обитания,- ухмыльнулась я в ответ.
Вот так мы и дошли до заоблачного города
  
Глава тридцать третья. Заоблачный город
 
Впереди виднелись дома, словно сотворенные из небесного сахара, и замок на пушистом холме, своей белизной пронзал небеса. Его готические башни напоминали льдистый иней. Он весь словно состоял из острых углов.
Люди выбегали из домов при виде нас. Здесь были и хрупкие небесные, и солнечные с глазами на пол лица чистейшей голубой лазури, из спины которых вырывались сполохи света.
И еще много разных созданий. В том числе
И Ангелы с мечами и суровыми лицами стерегли вход в замок.
Мы пошли по дорожке к замку. Она змеилась под нашими ногами голубым льдом.
- Мне уже надоело путешествовать,- пожаловалась я Алану, - хочу домой.
Дома – вечно взбалмошный и веселый братец, мама, усталая и печальная, серьезная и молчаливая, и Гелик, мой маленьких прелестный хвостик, бегающий за мной по всему дому.
Он кивнул.
- Ты же все знаешь,- вздохнула я.
Он все понимал.
- Поэтому люблю, - ответил он.
- Почему? – не поняла я.
- Потому что ты моя Мери, Мери, которую я так долго ждал,- ответил он.
В один прекрасный, невыносимый миг все вспыхнуло ослепительно - белым светом. Осталось лишь его лицо, его лицо…
- Я…я никогда не думала, что ты будешь таким…- я не могла найти слов, проще нарисовать,- таким несбыточным.
Его брови вопросительно искривились.
- Таким замечательным. Хотя я мечтала о тебе каждую секунду своей жизни. Я даже бы… и вышла бы – за тебя замуж.
- Это предложение? – спросил Алан. В его глазах множились искорки смеха.
Я сердито мотнула головой:
- Просто мне всегда внушали, что замужество сродни рабству. Бегай вокруг и все делай. За тебя я бы не испугалась. Тем более я всегда боялась, что муж будет мешать мне рисовать. И того, что будет... потом... вдруг он превратится в кого-то незнакомого.
И я не могла решить, что мне дороже... Но он никогда не узнает.
- Я не буду никогда,- шепчет он мне на ухо серьезно, искренне,- клянусь!
- Так когда? – он сразу же перешел к делу, и его голос был серьезен.
Ох, зачем я про это ляпнула!
- Лет через десять…
- А я ведь буду помогать тебе,- он подарил мне невесомый поцелуй,- и ты не откажешься, а иначе....
- Что иначе? - спросила я.
- Ш-ш-ш, не мешай, я придумываю страшную кару,- сообщил мне Алан, с цветущей, но хитрой улыбкой на лице и провел пальцем по моим губам, предлагая замолчать, словно запечатывая их.
Похоже, меня шантажируют…
Или соблазняют?
Не могу решить.
- Только лет через шесть,- выдавила я. Нет, через восемь! Моя паника растет.
- Мы еще поспорим,- заметил он.- А я-то дурак все думал, как сделать тебе предложение. Ведь мне осталось учится всего лишь год.- Э-э-э, мне всего лишь восемнадцать,- я шутливо толкнула его в грудь. - Почти девятнадцать.
- Зато я старик – мне скоро будет двадцать!
- И я буду зарабатывать не менее тысячи риалов,- продолжал соблазнять он меня.
Я фыркнула.
- Меня деньгами не купишь!
- А чем же можно тебя смягчить? - продолжал он.
- Любовью…- выдохнула я, поднимаясь на носочки в ожидании поцелуя и не сводя с него глаз.
 
- Универсальная валюта,- ухмыльнулся он, целуя меня.
Мы поднялись по белым ступеням.
Дениза одним движением распахнула двери.Ни стражи, никого, кроме женщины в серебристых одеждах, сидящей на троне.
Мы подошли к возвышению. Дениза сказала:- Здравствуй, тетушка!
Тетушка кивнула ей равнодушно.
У нее были льдистые голубые глаза, резкие черты лица складывались в причудливую мозаику. Волосы густыми каштановыми волнами спадали на спину и плечи.
- Приветствую вас,- лениво сказала она, как будто мы были мелкими букашками под ее ногами.
- Здравствуйте,- ответила я ей.
- Это Керрит, моя тетушка,- сообщила мне Дениза тихо.
- Вы хотите остановиться у меня, и узнать то, что нужно вам, – заметила Керрит.- За это придется заплатить.
- Чем? – спросил Алан.
- Мария нарисует мне картину. Мой портрет,- улыбнулась Керрит.
- А зачем он тебе? – спросила Дениза.
- Я их собираю, смотрите,- и она взмахнула рукой, вставая.
Занавеси позади трона упали и мы увидели, что вся стена увешена портретами Керрит.
Керрит принимает дань, Керрит восседает на троне, Керрит вершит суд, а перед ней стоят истец и ответчик (наверняка в заоблачном царстве они назывались по-другому, но я то не знаю как!), Керрит с мечом летит над полем боя, а за ее спиной трепещут тонкие серые крылья.
«Почему они серые?» – собираюсь спросить я Керрит, но она опережает меня:
- Я срединная ведьма.
Воспоминание всплывает из темных глубин памяти. Ведьмы бывают черные, белые и срединные.
- Мы над светом и тьмой. Мы – выше неба.
Забавный парадокс.
- Я нарисую,- я улыбнулась, уже увидев Керрит в ледяных небесных полях. У ворот замка, на голубой дорожке.
- Ты, кажется, недоумеваешь, кто я? – едва не зевая, спросила Керрит.- Я самая старая из всех сестер. Мне десять тысяч лет. Я надзираю за этим миром. Я веду записи о нем, чтобы то, что происходит здесь, никогда не исчезло. Специальные записи,- и она улыбнулась,- ловлю мгновения отражая их в своем мече, пронзаю сердца тех, кто знает и умеет, и тогда они попадают сюда, перерождаясь.
- Мои сестры – Колита и Колдуневья, мир праху ее, и Ретира.
Зло, Милосердие, Память и Забвение, и…
- Истина и Красота,- добавила Керрет, и махнула рукой,- ладно идите.
Мы вышли, и перед нами возникла из ниоткуда печальная туманная девушка. Она плыла, указывая путь.
В ответ на все вопросы она молчала, отказываясь что-либо рассказать о своей госпоже.
Мы вошли в полупустые покои. Простая кровать, стул, стол – вот и все. Моя комната и Алана были соединены дверью.
Призрак увел Денизу прочь.
- Неспроста это все,- сказал Алан, позже,- зря ты согласилась.
Я пожала плечами:
- А что она может мне сделать с помощью картины?
- Потрясающая наивность! Этот мир за гранью разума, тут все возможно.
- Всегда хотела попасть в такой мир,- заметила я.
- Конечно, это все здорово, только бы вернуться без потерь,- вздохнул Алан, обнимая меня и прижимая к себе.
- Мы вернемся, как пришли. Вместе,- я погладила его по голове, поцеловала в щеку и попросила:
- Останься со мной. Я боюсь, что опять увижу кошмар.
И мы лежали до утра, обнявшись, тихо переговариваясь и изредка целуясь.
На следующий день я начала рисовать Керрит.
Пока я рисовала ее развевающиеся одежды, сегодня они были самых разнообразных оттенков, но одного тона от чуть голубоватого до яростной синей черноты, Керрит рассказывала мне свою историю:
- Сначала я была одна, и все мы жили здесь. А когда подросли сестры, отец дал им по наделу и велел править мудро. А меня оставили здесь.
Я набросала светлый блеск ее одежд и блики серебра на коже. Ее мрачные бездонные глаза, ее резкие черты лица, которые, казалось, вот-вот прорвут кожу, и ее мягкие пушистые волосы.