Бредущая по мирам (СИ)

- А вы ваше высочество думали, что я могу помочь делать ТАКОЕ?! - удивилась я.- Тем более мой долг уже исполнен.
Она покачала головой. В ее глазах – словно под налетом шевелящегося пепла я видела свое будущее. Темное, мрачное. Ужас.
- Тогда смотри,- равнодушно сказала Колита и крикнула,- стража!
Стража взяла меня за руки и поволокла вслед за ней.
Я безуспешно попыталась вырваться пару раз, даже провела серию ударов, которой учил меня Ежик, но это было бесполезно.
Я… увидела… его.
Боже мой!
Алан был закован в цепи, он сидел, привалившись к стене, и при нашем приходе приоткрыл глаза. У него была рассечена скула и кровь засохла, а на щеке цвел безобразный синяк, похожий на жирного паука, раскинувшего лапы. Его одежда вся измялась, испачкалась в пыли и грязи, и порвалась. Один рукав едва держался.
- Мери? - прошептал он.
Я застыла, как статуя, и не могла шевельнуться, не могла сказать ни слова, не могла…
Не могла ничего сделать. Для него…
Из-за меня.
Я сделала один шаг навстречу ему.
Нет, я не заплачу… Нет, я не доставлю им такого удовольствия.
Ни за что!
Бешенство – стальное, холодное, бушующее поднималось со дна души, опаляло, обжигало, крушило все на своем пути!
Ярость бурлила во мне. Мощным фонтаном. Едкой кислотой она выжигала все! Все!
Конец.
Мы не умрем побежденными…
Я бросилась на Колиту. Я кинулась на нее диким зверем, сорвавшимся с привязи.
- Мери! - крикнул Алан, но я не услышала
Не было ни мыслей, ни размышлений, ни фантазий..
Алая, алая ненависть!
Алая, алая ярость!
Смерть, смерть, смерть…
За Алана!
Я ловко пнула ее коленом в живот, отдавив заодно ее ноги, и повалив на землю, и кулаками стала молотить по лицу прямыми ударами.
Но через миг меня ударило воздушной волной и с молниеносной скоростью отнесло к стене и припечатало с огромной силой так, что я задохнулась, и слезы потекли из глаз.
Я билась в невидимых путах всем телом, и мои мышцы обжигала нестерпимая боль, а в затылке, ударявшемся о стену, взрывались кометы.
- Привяжите ее – велела Колита стражникам, прибежавшим на шум.
На ее прекрасном лице проступили алые пятна от моих ударов.
Она улыбалась:
- Не думала, что ты такая сумасшедшая…
- А ты,- я задохнулась от бессильной злости,- ты – лживая… мерзкая…
- Я – королева тьмы,- Колита опять изогнула губы в неискренней улыбке.
- Убью! - прорычала я.
Лучше так, чем рыдать.
Лучше так, чем молить.
О, как я хотела забыться в безудержном, неистовом плаче, чтобы весь ад моей души вышел через слезы…
Нет!
Я вновь вскинула, опустившуюся было голову, и посмотрела в глаза врагине.
- Что…тебе… от… него… надо? – выдавила я через судорожно стиснутые зубы. О, я уже начинала догадываться!
- Так проще управлять тобой,- Колита мечтательно сощурила глаза,- если ты не выполнишь мои требования, те, что ты категорически отказалась сделать, то… тогда…- протянула она,- ему будет очень и очень плохо.
Я тряслась в припадке ужаса. В моей голове уже роились тысячи мерзких образов, образов, вгоняющих в дрожь. То, как она будет убивать его.
И виновата в этом я. Ведь я привела его сюда.
Я в раскаянии дернулась и опять приложилась головой о стену.
Так мне и надо!
Да меня миллион раз убить мало!
- А ты, похоже, уже видишь, как это будет,- Колита читала все по моему лицу.
- Ты не посмеешь тронуть его,- я выпятила подбородок,- я тогда… вообще с тобой сотрудничать не буду!
- Еще как будешь – а иначе я испробую все пытки, изобретенные мной: и магические, и телесные, и душевные,- она говорила об этом так спокойно, будто перечисляла блюда на завтрак.
- А… почему … не …я? - спросила я хрипло, а мое тело сжалось в ожидании немедленного смертоубийства – долгого и мучительного.
- Мери,- застонал Алан
Колита ухмыльнулась и захихикала:
- Мы можем попробовать и это, если ты не согласишься. Но мне кажется, стоит мне ударить его, и ты уже будешь молить о том, чтобы тебе разрешили помочь мне.
Я заскрипела зубами – возразить было нечего.
 
- Даже, если он тебе безразличен, ты все равно не вынесешь такого – чтобы человек, друг,- Колита выделила это слово,- страдал из-за тебя…
- Нет, я сам пошел на это,- перебил ее Алан.
- Заткнись,- бросила Колита ему пренебрежительно, словно кость собаке,- а то,- и она махнула рукой.
Я кинула на него взгляд.
Его тело внезапно задрожало в судороге, глаза закатились, но он не издал ни звука, хотя лицо его было маской мучения.
- Не смей! Не трожь его! - крикнула я, пытаясь порвать свои путы. Меня била крупная дрожь,- лучше мучь меня, если хочешь!
- Ты согласна? На нашу новую сделку? - строго спросила Колита, нависая надо мной. В ее глубоких глазах бился мрак.
Я кивнула, пытаясь скрыть боль, которая пылала во мне, подобно бушующему костру, вздымавшемуся до неба.
- Ладно, можете поговорить пять минут,- разрешила Колита, уходя она махнула рукой и веревки, связывающие меня, упали.
Мы остались одни и дверь с шумом захлопнулась.
- Алан,- я бросилась к нему и упала на колени рядом.
Я плакала, низко опустив, голову, пытаясь скрыть это от него.
- Не бойся, я жив,- сказал он мягким, слабым голосом и погладил меня по волосам. Цепь зазвенела.
Я подняла глаза.
- Я виновата,- прошептала я, желая исчезнуть, испариться.
Чтобы меня не было никогда и нигде…
- Нет,- тихо и устало пробормотал он.
- Я тебя вытащу,- пообещала я со стальной уверенностью.
- Не рискуй собой,- попросил он, смотря на меня напряженно и сердито.
- Нельзя чтобы ты умер из-за меня,- на моих глазах выступили слезы,- нельзя чтобы кто-то умер из-за меня. Нельзя, чтобы тебя пытали…
-Так, я придумаю выход, но ты … пообещай мне,- попросил он.
Я покачала головой.
- Мери, пожалуйста.
- Нет! - отрезала я.
- Согласись,- прошептал он.
И тут вошла стража, и меня поволокли из камеры. Правда, им было трудно отлепить меня от дверного косяка. Я вцепилась в него пальцами, как будто вросла в него.
Один из них ударил меня, ругаясь матом. Я не видела, что делал Алан, но судя по звону цепей, он пытался освободиться и бросится на выручку.
Я ловко пихнула стража локтем в живот.
В итоге, меня свалили на землю. От первого пинка я увернулась…
Вдруг дверь распахнулась и явилась Колита, спасая меня.
- Вы что сдурели?! - рявкнула она, поднимая меня с пола.- Ее не трогать!
Стражи пали на колени, прикрывая головы руками.
Их вымело из комнаты ветром, хорошенько приложив ко всем углам по дороге.
Меня поволокло прочь.
Я даже не могла оглянуться.
За спиной глухо хлопнула дверь.
  
Глава двадцать четвертая. Тень
 
Сегодня был ясный, солнечный день.
Сегодня был последний день Денизы.
Она не могла убежать – заклятие не давало. Она могла лишь молиться. Она помнила, как Дениза создала ее, свою копию.
Тень, морок.
Даже не думая о том, что у нее тоже есть душа.
Она ведь тоже была Денизой. Частью ее. Ее созданием.
У нее были ее лицо, ее голос, ее воспоминания.
Она помнила, как они с Ферланом гуляли по осеннему лесу.
Как листья пели нежные песни по ветру. Как он взметал их охапками и бросал ввысь, и они летели, трепетали невесомыми крылышками бабочек.
Как Ферлан остановился напротив нее, и улыбнулся.
Как он прошептал:
- Знаешь, Дени, я уже давно… влюблен в тебя. Ты – мой самый лучший друг.
- Ты тоже,- ответила она,- мой лучший друг.
Был поцелуй – как блеск солнца, как ярость и печаль.
Единственный поцелуй, а потом…
Ада Витовна, их наставница, сухонькая старушка.
- Как вы могли! Чем вы думали! Да, это, это кровосмешение! – она была очень недовольна,- он твой двоюродный брат, Дени!