Пустошь (СИ)

Только сейчас Наруто заметил, что у парня на плече висел чёрный рюкзак:
– Тут не теплее, чем на остановке.
– Грейся, – кивок в сторону бутылок, а сам Саске уселся на лавочку, закуривая.
Терпкий дым дешёвого табака резко ударил в нос Узумаки, заставляя того поморщиться. Он когда-то пробовал курить, но как-то не пошло – сразу стошнило. Уж отчего у его организма была такая странная реакция на никотин Наруто не знал, но проверять второй раз не тянуло.
  
И вот вновь о его присутствии забыли. Он, поджав губы, огляделся. Ночью беседка выглядела ещё мрачнее, чем днём. Разросшийся дикий виноград заплёл собой всё, напоминая какого-то лохматого огромного зверя, что в порыве непонятной нежности обнял хлипкое строение. Из-за сырости здесь слегка пахло грибами и землёй, а по ногам противно стелился холодок.
– Ты обещал дать телефон, – напомнил Узумаки, вставая рядом.
Учиха поднял на него глаза, в которых отразился красноватый отблеск огонька сигареты. Молча парень взял одну из бутылок, быстро откупорил её и сделал пару больших глотков. Поморщился, отёр губы и передал тару Наруто:
– Выпей.
Тот вздохнул, совершенно не желая напиваться. Вернуться домой поздно ночью или рано утром одно, а предстать перед родителями с явным запахом спиртного – это совсем другое.
Но деваться было некуда. Выдохнув, Узумаки сделал первый нерешительный глоток. Жидкость, кажется, едва коснувшись языка, тут же испарилась, обдав горло и пищевод жгучим пламенем.
– Кха, – только и смог выдохнуть Наруто, хватаясь за горло. Коньяк. Он никогда не любил коньяк за его убойную крепость.
Саске любезно забрал бутылку из разжимающейся руки парня и вновь приложился к ней.
– З-закуска? – проговорил Узумаки, всё ещё прибывая в прострации.
– Листиком зажуй, – отозвался его собутыльник.
– Телефон давай! – отдышавшись выпалил Наруто. Почувствовавший себя полноправным хозяином в пустом желудке, алкоголь начал медленно проявлять интерес к его мозгу.
Удивительно, но телефон ему протянули. Блондин, выхватив оный, быстро набрал номер отца.
– Па, – выпалил он в трубку, – я опоздал на автобус… опять.
Учиха заинтересовано скосил взгляд на меряющего беседку шагами парня.
– Где я? Да… с другом, – неуверенно сказал Наруто, взглянув на собутыльника. – Ну… не то чтобы с другом… учимся вместе.
Саске прыснул, вновь затягиваясь сигаретой. Друг…
– Сейчас у него… я на первый автобус сяду. Да… и маму успокой…
Учиха, не дождавшись конца разговора, выхватил трубку у того из рук.
– Ты чего?! – возопил Узумаки.
– Пей.
И снова бутылка под носом.
– Пей и потом позвонишь ещё, если надо.
– Да что б тебя! – зло рыкнул Наруто, понимая, что оборванный разговор тоже не особо порадует отца. А телефон, кажется, этот мерзавец вырубил.
Снова обжигающее горло пойло. В этот раз он сделал аж три глотка, прежде чем закашляться. Алкоголь радостно встретил подмогу и всё-таки нанёс свой удар. Ноги стали ватными, и Узумаки поспешил опуститься на лавочку, обхватывая голову руками.
– Ты козёл, – пьянее выдохнул он. – Не мог дать поговорить нормально…
Ему тут же под нос был сунут телефон, но в голове прилично шумело, а язык начал заплетаться, и Наруто оттолкнул руку.
– Как хочешь.
Рядом опустились. Послышались глотки и тяжёлый вздох. Узумаки поднял глаза на небо, на котором звёзды начали странно подпрыгивать.
– Ты вообще кто такой? – прошипел Наруто, переводя пьяный взгляд на Саске. – Нормальные люди ночью не шляются…
– А кто шляется ночью?
– Придурки всякие, – безапелляционно заявил Узумаки, – у которых в голове рамэн вместо мозгов!
Наруто не сразу понял, чем вызвана усмешка на губах Учихи.
Отпив из бутылки, Саске выдохнул:
– Значит, и ты придурок.
– Почему это?!
От негодования Наруто даже вскочил на ноги, уставившись на собеседника так, будто тот обвинил в самых грязных делах всю его семью.
– Ну, ты же шляешься ночью, – безразлично пожал плечами Учиха.
– Это другое! – махнул рукой Узумаки. – Ты меня заставил!
– Я? – взгляд тёмных глаз устремился куда-то на лоб Наруто. – Я тебя сюда силой не тянул. Ты был волен остаться там на остановке. Но ты настолько тряпка, что попёрся за мной следом…
Узумаки понял: опять купился. Опять попал в эту замысловатую сеть из слов, которую так умело плёл этот… Саске. Словно он знал заранее каким будет следующее слово, какой будет его реакция… Вместо оправданий Наруто выхватил из руки парня бутылку и ненадолго приложился к ней.
– Ты настоящий придурок, – фыркнул Узумаки, раздражённо ставя полупустую бутылку на лавочку. Внутри всё горело то ли от спиртного, то ли от осознания того, что с ним играли в какую-то непонятную игру.
Смерив Учиху уничижительным, как он надеялся, взглядом, Наруто развернулся прочь, стремясь быстрее покинуть злосчастную беседку. Куда он пойдёт, что будет делать до пяти утра – Узумаки не знал. Но он был точно уверен, что находиться рядом с этим сумасшедшим ему совершенно не хотелось.
Его никто не останавливал. Лишь странный смешок полетел в спину, и что-то булькнуло – кажется, тот открыл вторую бутылку.
Не то чтобы Наруто ждал извинений, всё-таки они не были друзьями, но, когда Саске не попытался его остановить, внутри что-то неприятно завозилось. Он не был уверен, что это такое… возможно просто алкоголь…
Хотя бы в одном Узумаки оказался прав сегодня – ночью по улицам тихого пригорода действительно бродили придурки.
– Эй, белобрысый, закурить есть?
Наруто поднял глаза на заслонившего выход из беседки парня или мужчину: фигура была высокой и широкоплечей. Из-за того, что позади незнакомца светил фонарь, он не смог разглядеть его лица, только красноватый огонёк сигареты то и дело тлел, когда мужчина затягивался.
– Не курю, – буркнул Узумаки, стараясь обойти верзилу. – Да и ты уже, похоже, куришь.
– А он наблюдательный! – донеслось из-за спины курящего.
– Слушайте, я не в настроении, – выдохнул Наруто. – Давайте не будем…
  
– А то что?
Третье действующее лицо появилось внезапно, откуда-то сбоку. Кажется, он просто перепрыгнул через низкие перила беседки, обходя Узумаки со спины.
– Я просто не хочу бить вам морды, – самоуверенно заявил Наруто. Алкоголь придавал смелости… и глупости.