Пустошь (СИ)

– Ой.
– Пьянь, – шикнул Саске, скользнув по парню взглядом. Судя по всему, Наруто намеревался уснуть прямо здесь, за столом.
– Что-то меня… развезло, – с трудом выговорил Узумаки.
– Ребёнок.
Учиха страдальчески вздохнул и, подойдя к пытающемуся сесть ровно Наруто, подхватил его подмышки, помогая встать. Тот было сопротивлялся, но затем просто перекинул руку через плечо Саске и повис на нём мёртвым, а точнее пьяным грузом.
  
Узумаки был неожиданно тяжёлым, и Учихе пришлось приложить все усилия, чтобы не завалиться где-то в коридоре под чужим весом.
– Стой, – Наруто зацепился рукой за стену, и Саске пришлось замереть. – Мне… в ванную… умыться.
– Спи так.
– Ну блин… жарко.
– Я окно открою, – недовольно буркнул Учиха, скрипя зубами и пытаясь удержать тяжёлое пьяное тело.
– Нет! – выпалил Узумаки. – Давай я домой пойду. Поздно уже… я не хочу тебя обере… орбе… обременять. Вот.
– Да, блин, я тебя сейчас вырублю на хрен. Виси спокойно.
С этими словами Саске кое-как дотащил всё ещё вяло протестующего Наруто до зала и разжал руки, совершенно не заботясь о том, что Узумаки рухнул на тонкий матрац мешком и мог что-то себе повредить.
Пьяным обычно везёт.
Сам Учиха уселся рядом, раздражённо вытаскивая из-под тела парня покрывало. Укутавшись в него, Саске привалился к стене, чувствуя противную дрожь, что начала бить замерзающее тело. Кажется, поднималась температура. Стоило бы отдышаться, потому что Наруто оказался действительно тяжёлым, но каждый вздох отзывался глухой болью в затылке.
– Учиха…
Саске не сразу понял, что его лежащую на матрасе руку накрыла чья-то ладонь, а когда понял, торопливо убрал свою конечность.
– Спасибо, что не выгнал… я не пью особо…
– Оно и видно. Заткнись и спи, – сквозь зубы прошипел Учиха.
– Ну… я действительно благодарен. И буду звонить иногда. Если не захочешь видеть. Правда, ты не должен быть один. Ну, ты понимаешь, да?
Пьяное и полусонное бормотание было едва слышным, но Саске различал каждое слово. Завтра Узумаки уже и не вспомнит этих обещаний, сказанных в хмельном бреду.
– Не обещай того, чего не сможешь сдержать.
Наруто ещё что-то сонно бурчал, но его слов было уже не расслышать.
Дрожь усиливалась. Первая мысль была – пойти и выпить таблеток. Но, вспомнив, что последние он допил вчера утром, Учиха со сдавленным стоном повалился на матрац, утыкаясь головой во что-то твёрдое, кажется, это были ноги Узумаки. Было как-то безразлично. Потому что тело вновь начала бить крупная дрожь, глазные яблоки казались раскалёнными углями, что норовили прожечь тонкую кожу век, а мозг то раздувался, то сжимался, заставляя сердце замирать от боли.
Саске закусил край покрывала.
Эта ночь будет долгой.
***
Наруто проснулся от нестерпимого желания пить. Он проспал всего десять минут, но ещё толком не протрезвевшему мозгу показалось, что давно наступило утро.
Первым делом Узумаки кое-как выпутался из простыни, которую каким-то чудом сумел намотать на себя за короткий промежуток сна.
Сев на матрасе, он удивлённо уставился на лежавшего где-то у него в ногах парня. Тот сейчас напоминал мумию, которую по ошибке обмотали пледом.
– Эй, – прошептал Наруто, трогая подрагивающую «мумию» за плечо. – Ты спишь?
– Нет, – донеслось до него глухо.
– Чего с тобой?
– Забей.
– Учиха, не строй из себя принцессу. Что случилось?
– Таблетки.
– Ну… какие?
– Да любые, блин! Любые от головы.
– Хорошо, – торопливо отозвался Узумаки, кое-как подымаясь на ноги и выходя в коридор, и уже оттуда громче добавил: – Я, кажется, видел по пути сюда круглосуточную аптеку.
Обувшись, Наруто вылетел из квартиры, лишь за дверью понимая, что по ошибке накинул куртку Саске.
Алкоголь выветрился ещё не полностью, да и штормило прилично, поэтому идти пришлось аккуратно, рискуя свалиться с лестницы.
***
Джиробо и Кидомару успели изрядно заждаться, пока Учиха выйдет из подъезда. Их ожидание скрасила бутылка пива, которую они на последние деньги таки купили.
– Во, идёт.
– Кто это? – прищурился Кидомару.
– Да Учиха, кажись. Куртка точно его.
– Ну, пошли. Счас согреемся.
Джиробо и Кидомару быстро настигли натянувшего на голову капюшон и явно куда-то спешащего парня.
– Эй, – Кидомару положил руку на плечо Учихи. – Куда собрался?
– Стой, стой. Поговорить надо, – подхватил Джиробо, обходя парня спереди.
– Блин, ребят, не до вас, – каким-то чужим голосом отозвался Саске.
– А нам до тебя, – подтолкнул его сзади Кидомару.
– Что дружок твой за цветами послал?
– Да какой дружок? Сгиньте, – раздражённо огрызнулся парень.
– Он ещё и хамит нам. Слышь, Кидо? – хохотнул Джиробо.
Толстяк явно чувствовал, что преимущество на его стороне, и кулаки с каждой минутой чесались всё сильнее и сильнее. Первый удар пришёл откуда-то сзади, под коленки, заставляя ещё не отошедшее ото сна и алкоголя тело рухнуть на землю. Наруто больно ударился коленками о разбитый асфальт и тут же попытался встать, зашипев от боли.
Кажется, сейчас его будут бить.
Он раздражённо скинул с головы капюшон и уставился на парня, которым внезапно оказался толстяк Джиробо. Не успел Узумаки удивиться, как кулак больно врезался ему под рёбра, сгибая пополам.
Наруто знал, что мог бы увернуться, убежать, ударить в ответ… но треклятый алкоголь притуплял реакцию, делал движения излишне мягкими и неуклюжими.
От очередного удара он увернулся и тогда услышал басистый голос:
– Кидо, держи его. Вертится, как сопля.
Узумаки было дёрнулся, понимая, что сейчас будет, но тело пришло в движение слишком поздно: руки уже скрутили за спиной, а в лицо летел очередной удар.
Вспышка. Боль.
Вкус крови на губах.
– Да вы совсем… – договорить Наруто не успел, дёрнулся, но тут же получил в живот. Теперь пришлось беззвучно разевать рот, надеясь протолкнуть хоть немного воздуха в горло.
Удар. Живот. Скула. Живот.
Узумаки рванул, чудом сумев заехать лбом в лицо зачем-то приблизившегося к нему Джиробо. Толстяк схватился за разбитый нос, но Наруто пнул его ногой куда-то в пузо, заставляя согнуться. На этом его свобода быстро кончилась.
  
– Держи его! – прогундосил Джиробо.