Пустошь (СИ)
Улица встретила его всё тем же мелким дождём. Здесь пахло прохладой, мокрой землёй и выхлопами машин. И всё казалось до ужаса реальным.
Не было Саске. Не было того иллюзорного мира, в который Учиха так плотно втянул его. Не было людей-картонок…все казались настоящими и даже прохожие, что иногда толкали слишком медленно бредущего парня, были из плоти и крови. Призраки, на которых наплевать, пропали.
Его мир рухнул, погребённый под обломками реальности. Противный, беспокойный голосок внутри продолжал повторять: ты, Узумаки Наруто, взрослый парень, любящий другого настолько сильно, что готов подохнуть ради его жизни. Ты на самом дне из-за своих чувств.
Блондин сам не заметил, как оказался в трамвае. Он сел на самое последнее место, прижавшись плечом к окну и глядя в макушку сидящей впереди него женщины. Высветленные волосы тонкими перепутанными паутинками забавно покачивались, когда трамвай дёргало. На её оттянутых мочках висели крупные шарики серёжек из какого-то зеленоватого камня, лёгкая бежевая курточка была усыпана мелкими каплями. Наверное, она бежала, спасаясь от дождя. Отсюда и сбившаяся причёска, и капли…
Наруто прикрыл веки. Они почему-то горели, и хотелось спать, но, как он уже понял, это желание было ненастоящим. Его тело отказывалось погружаться в пучину сна, окутываемое странным беспокойством. Как будто что-то вот-вот должно было произойти, но всё не спешило падать на голову гранитным камнем.
Трамвай, свернув, проскрежетал своим железным нутром, останавливаясь и впуская внутрь поток пассажиров. Кто-то встал рядом с ним, нависая и дыша перегаром, слева пахнуло резким ароматом женских духов, в спину ударил звонкий смех.
Наруто вновь прикрыл глаза, желая отрезать себя от всех этих слишком реальных людей. Он до безумия хотел вновь почувствовать их картонками, очутиться по другую сторону границы и не переживать о том, что придётся стать одним из них. Рано или поздно.
Трамвай вновь остановился, и, кажется, половину остановок Наруто провёл в странном состоянии, близком к полудрёме. Бросив быстрый взгляд в окно, Узумаки поднялся и протиснулся сквозь набившихся в вагон людей к открывающейся двери.
Конечная остановка.
Он замер, провожая взглядом сине-красный вагон, осыпаемый мелкой моросью, пока тот не скрылся из виду, став размытым пятном. Пришлось обнять себя руками, унимая холод, который пробирался даже под его ярко-оранжевую ветровку.
Неделю назад лето умерло, вспыхнув напоследок самым жарким днём-агонией. Это было похоже на прощальный выстрел в затылок, это было похоже на последний горячий глоток чужого воздуха. И вот…страница перевёрнута, перед тобой совершенно новый лист и чернила. Что хочешь написать в этой книге новой осени?
Одинокая остановка из новомодных, экологически чистых тонких железных прутьев и светло-жёлтого стекла, была приглушённо-ярким островком в океане хлынувшей со всех сторон серости. Не смотря на прозрачные стены, её всё равно пробивал отвратительно холодно-тёплый ветерок. Он превращал ветровку в остывающий кусок ткани, который до сих пор таил в себе тепло и почему-то запах сигарет.
Наруто сильнее сжал кулаки в карманах, чувствуя уже подступающую заунывную боль в сердце. Ещё час, и он не сможет ничего с собой поделать: вновь вспомнит.
Чёрные глаза.
Холодные пальцы.
Тонкие, изломанные презрительной улыбкой губы.
- Эй, пацан, прикурить не найдётся?
Наруто даже вздрогнул, подняв глаза на говорившего. До этого ему казалось, что он один на остановке, но сейчас перед ним, словно из-под земли, вырос высокий худощавый мужчина. Он смотрел на Узумаки прищурившись каким-то знакомым взглядом. Или же ему просто показалось…
- Я не курю…
- Спорт, лыжи, здоровье? - хмыкнул мужик.
- Что-то вроде, - пожал плечами Наруто, отворачиваясь от него и вглядываясь в серую хмарь. Вот-вот её должно было прорезать светло-голубое тельце автобуса.
- А я вот спортсменом был, - как-то мечтательно начал мужчина и подошёл ближе. От него тянуло едва заметным коньячным духом.
Блондин скосил глаза на него. Одет тот был прилично: деловой костюм, тёмное осеннее пальто, начищенные ботинки и вовсе не заляпанные грязью лаковые туфли. Значит, приехал сюда на трамвае…или на машине.
- А потом меня погнали…просто взяли и выкинули из команды, - цокнул языком мужчина. - Предали, понимаешь?
Узумаки медленно кивнул. Ну, вот…разговоры из вежливости. Был бы рядом Саске, он бы послал этого…мужчину ко всем чертям. Но Саске нет. И не будет.
- И спрашивается…в какой херне мы живём, Наруто?
Парень аж вздрогнул, резко повернувшись к мужчине лицом и уставившись на него так, будто бы кожа того вдруг начала просвечиваться.
- Мы знакомы?
Тот улыбнулся шире, опуская руку на плечо блондина и заглядывая в глаза.
- С тобой хочет поговорить Мадара.
Наруто отшатнулся было, но пальцы сдавили сильнее.
- Не дёргайся, пацан. Говорю ж, спортсменом был…догоню.
- Что ему надо? - с вызовом выпалил Узумаки, краем глаза замечая, как к остановке вместо автобуса подъезжает чёрный джип. - Я больше не общаюсь с Саске…
- Да? - вздёрнул тёмные брови мужчина и, подтолкнув его в сторону джипа, резко хохотнул у парня за спиной.
Наруто нервно посмотрел на открывшуюся дверь, на мужчину, что сидел на сиденье и приглашающе похлопывал по нему. На переднем месте сидел широкоплечий охранник, а водитель тоже был размером с типичный шкаф, что не вылезает из спорт зала.
Сердце сделало бешенный удар.
Но это был не страх…волнение.
Что-то случилось с Саске?
- Залезай, - бросил Мадара. - Помоги ему, Спортсмен.
Наруто подтолкнули в спину, заставляя забраться в салон. Тут же двери за ним закрылись, и всё погрузилось в какую-то жужжащую тишину.
- Поехали, - кивнул Учиха, легонько хлопнув водителя по плечу.
Мужчина вновь повернулся к Узумаки, оглядывая его лицо, задерживая пронизывающий взгляд на глазах и безразлично усмехаясь:
- Вижу, ты не полностью понял моё предупреждение.
- Я бросил Саске, - раздражённо выпалил Наруто. - Что с ним?
А это было спрошено слишком резко, слишком взволнованно. Ну, и чёрт с ними! Они говорили бросить, но не перестать думать… Мыслей ему не отнять.
Или же и это в его силах?
Захотелось отодвинуться, словно бы невидимые щупальца могли присосаться к его мозгу, выкачивая все воспоминания, стирая всё о тех днях, что они с Саске провели вместе. И, хотя Наруто запрещал себе думать о нём, он всё равно хранил эти воспоминания ближе к сердцу. Они грели…как будто бы он забрался в печь крематория и закрыл за собой тяжёлую дверцу.
- С ним всё в порядке. Он жив.
Узумаки с трудом сдержал вздох облегчения. Ведь Саске тогда не шутил…он был готов умереть, выпив столько таблеток разом…
- Тогда зачем…
- Ты всё равно продолжаешь пересекаться с ним, - перебил его Мадара. - Это недопустимо. Он должен забыть тебя. А для этого не видеть.