Пустошь (СИ)
- А ты какую музыку любишь?
- Что за вопросы, Узумаки? - прищурился Учиха.
- Да, обычные вопросы…нормальные.
Наруто было стушевался, но лишь прямее посмотрел в чёрные глаза. Ведь действительно - он просто спрашивает.
- Ненормальные.
Саске поставил кружку рядом с отвергнутой тарелкой. Поразмыслив, добавил к линии вилку и замер, разглядывая скатерть.
- Почему?
- Ты раньше такие не задавал.
Саске потянулся за солонкой, чтобы добавить её к уже выставленным предметам, но в этот момент его схватили за запястье, придавливая руку к столу и заставляя поднять взгляд.
- Что ты делаешь? - спросил Наруто, глядя прямо в глаза.
- В смысле?
- Ты всё время выстраиваешь вот это.
Палец Узумаки ткнул в стол, рядом с кружкой кофе, и Саске вопросительно поднял брови.
- Линии эти строишь.
- Бред, - шикнул Саске, поднимая кружку и делая глоток. - Зачем тебе знать, какую музыку я люблю?
Наруто, проследив за тем, как кружка опустилась ровно в то место, где стояла раньше, укоризненно покачал головой. Линия опять была непрерывной, а взгляд Учихи рыскал по столу в поисках того, что можно было бы ещё к ней добавить.
- Интересно стало. Вроде бы люди так делают…знают, что слушают другие.
- Зачем люди так делают? - усмехнулся брюнет, всё же ставя ближе к вилке солонку.
- Не знаю, - замешкался Наруто. - Потому что им интересно. Важно это знать.
- Но зачем?
- Да, не знаю я!
- Я тебе расскажу, - хмыкнул Саске и одним глотком допил кофе. Поставив чашку на её место в линии, он откинулся спиной на стену и положил руки на согнутые колени.
- Ну и зачем же?
- Чтобы соответствовать.
- Чему? - поморщил лоб Узумаки.
- Шаблону приятного собеседника.
- Что-то у тебя всё на шаблонах…
- Потому что вся наша жизнь - шаблон.
Наруто, хмыкнув, поднялся из-за стола и забрал буквально из рук Саске вторую кружку, которую брюнет хотел уже приткнуть к своей странной черте из разношёрстных предметов. Получив убийственный взгляд, Узумаки принялся собирать посуду со стола и относить её на низкий холодильник, крышка которого служила чем-то вроде рабочей поверхности.
- Что такого в том, что я спрошу тебя о твоей любимой музыке? - чуть раздражённо выпалил Наруто.
- Скажи, - улыбаясь иронично, продолжил Саске. - Вот скажу я тебе про свою любимую песню. И ты побежишь её слушать? Сразу?
- Ну… - честно задумался Наруто. - Если буду свободен или…
- То есть вряд ли, - закончил за него брюнет. - Большинство людей никогда не послушают то, что нравится их собеседнику. Но обязательно спросят про музыку.
- И при чём тут шаблон этого…приятного собеседника?
- Тебя спросили, тобой поинтересовались, - презрительно бросил Саске. - Ты якобы не пустое место.
Наруто уставился на Учиху с таким видом, что впору было ещё и пальцем у виска покрутить. Саске в очередной раз красил мир в чёрный цвет, забыв про остальные краски.
- Ты безнадёжен, - устало вздохнул Наруто.
***
Женщина за сорок сидела в своём идеальном кабинете. Здесь всё было вымерено по сантиметру, подготовлено для того, чтобы радовать её подслеповатые глаза фальшивой идеальностью.
Даже стол, что стоял у большого окна, был неприлично блестящим, а бумаги на нём были выложены в чёткой последовательности: документы справа, заявления слева, а личные записи внизу, ближе к середине стола.
Весь её мирок мог поместиться в этом кабинете захудалого института, который особо престижным и не назовёшь. Но вот её мирок…его она считала уникальным и всеми своими увядающими силами облагораживала, ограждала от влияния извне, выстраивала хрупкую пирамиду своего величия в глазах подчинённых.
Но сегодня утром декан поняла, как шатка её власть, как эфемерны защитные стены, которые она возводила с такой старательностью, годной для девочки-отличности.
Стоило высокому темноволосому мужчине войти в её мирок-кабинет, как вся хрупкая защита разбилась о его темно-стального цвета деловой костюм, а всякая надежда на добрый разговор о непроницаемые тёмные глаза.
Декан ещё тогда, с первого взгляда, испугалась его взгляда. Так смотрят те, кто убивал. Конечно, женщина вряд ли когда-нибудь встречалась с настоящими убийцами, но по всем книгам, которые она прочитала, этот незнакомец здорово подходил под описание самого настоящего хладнокровного убийцы.
Следующий шок постиг её, когда мужчина вальяжно сел в кресло перед столом той. Он делал всё с таким видом, будто бы давно стал хозяином мира и каждая, даже самая захудалая вещь, принадлежит ему.
- Вы…вы по какому вопросу? - замешкалась женщина, зачем-то начиная перекладывать на столе ручки из одного угла в другой.
- По вопросу Учиха Саске.
Голос мужчины был глубоким, даже чарующим, если бы не вся его холодность. Наверное, женщины таким любовались издалека, предпочитая не приближаться к дышащему опасностью мужчине и на метр. А почему бы не любоваться? Высокий лоб, белая кожа, резкие черты лица - всё это создавало образ какого-то благородного древнего воина…
- Учиха…Саске… - задумчиво повторила женщина, пытаясь понять, откуда ей знакомо это имя. Оно оставляло какой-то неприятный осадок на корне языка, словно бы она съела самый горький шоколад.
- Он учился у вас, а затем ушёл в академический отпуск, - пояснил мужчина.
- Ах, Саске, - наконец, вспомнила женщина, и тело её прошило холодком.
Теперь, взглянув на своего незваного гостя, она могла заметить некоторое сходство с тем непутёвым, грубым студентом, на которого жаловались практически все преподаватели, а потом он ушёл. К счастью всех.
- Вы его родственник?
- Крёстный, - кивнул черноволосый. - Учиха Мадара.
- Рада знакомству, - дежурно улыбнулась декан. - Но…чем я могу вам помочь? Саске у нас уже не учится…
- Я не хочу, чтобы он учился у вас.
И, прежде чем женщина успела сказать хоть слово, мужчина быстро пояснил:
- Он болен. Психически. И…
Перед деканом легла ксерокопия какой-то справки, в которую та уткнулась, надев очки. Женщина сощурилась, вглядываясь в незнакомые слова, но всё же выцепляя то, что могло быть понятно не медику:
- Тут сказано, что Саске…опасен? - прищурилась она, поднимая глаза на Мадару.