Пустошь (СИ)

Странно, но что-то заставляло Саске сдерживаться. Он спокойно прошёл за стол, опустился на прежнее место и вновь принялся выкладывать мелкие предметы в ряд.
Сдерживался ли?
- Что-то случилось? - спросил Ирука, поднимаясь из-за стола и подходя к сыну.
Саске краем глаза видел, как мужчина нахмурился и остановился всего в одном шаге от блондина, так и не решившись ни обнять, ни протянуть руку. Чего опасался? Что зараза его, Наруто, ненормальной любви перекинется и на него? Изгрызёт, заставит поменять уютную жену на неизвестно что?
  
Саске усмехнулся, привлекая внимание опустившегося на стул по ту сторону стола Нагато.
- Да не, па, - отмахнулся Наруто, снимая с плеча сумку и опуская её на столб вешалки. Рука его машинально прошлась по ней, проверяя: застёгнуты ли замки, не выглядывает ли откуда кусочек листа.
Наруто тоже не протянул руку для рукопожатия.
Не попытался обнять отца.
Боится? Чувствует себя испачканным?
И не хочет пачкать собой воспоминания о детстве, о тех отеческих объятиях, что никогда уже не станут прежними?
Телефон, упав слишком громко на стол, закончил линию границы, и Саске поднял глаза, встречаясь с внимательным фиалковым взглядом.
Нагато оценивал, как делал это несколько вечностей назад и Ирука.
Чего они все от него ждут?
Все эти настороженные взгляды, словно бы мужчины находятся перед распахнутой клеткой с опасным хищником, больно скользили по коже. Особенно по голове и растрёпанным волосам, будто бы ощупывают острыми скальпелями, полосуя на лоскуты.
Они ждут, что Саске поведёт себя как псих? Сделает что-то?
Но Учиха оставался поразительно вменяемым. Лишь вновь и вновь поправлял границу посреди стола, отчего-то раздражаясь, если один из «кирпичей» выступал слишком сильно за невидимую линию дозволенного.
- Ты…ты как? - всё-таки решился Ирука, явно желая поговорить с сыном без лишних ушей.
- Да не стесняйтесь вы, - громко сказал Саске, поправляя телефон и придирчиво осматривая край границы. Ровно ли? - Говорите как есть. Все свои…
И, бросив взгляд на Нагато, ухмыльнулся:
- Кроме этого.
Наруто нервно облизнул губы, понимая: общество людей всё-таки довело Саске. Или начинало раздражать.
- Да всё хорошо, - улыбнулся он, вновь поворачиваясь к отцу и пытаясь выглядеть полностью счастливым. - Вы с мамой как?
Так и разговаривали, застыв посреди комнаты. Нелепо, как разговаривают внезапно столкнувшиеся бывшие друзья на вокзале за три секунды до отправки поезда. Оба поменялись: один не хочет принимать нынешнюю жизнь сына, а второй просто не может вернуться назад, пришпиленный к новой реальности. И нет интереса, как там всё на самом деле по ту сторону баррикад.
- Скучает, - ответил Ирука.
И за рёбрами у Наруто протяжно заныло. Нет, не сердце, что-то зыбкое, что не схватить руками. Она скучает…
Конечно, скучает! Ведь её мальчик чёрти где, чёрти с кем и звонит раз в месяц. Ей мало, Сузо просто хочет обхватить его вниманием полностью, огородив от всех ветров.
Вот только от того, что с запахом вереска, защитить уже не может.
- Ты знаешь, у неё день рождения скоро. Она зовёт…
Ирука осёкся, бросив быстрый обжигающий взгляд на Саске.
- Тебя.
Жестоко. Учиха улыбнулся, наслаждаясь идеальной ровностью линии.
Ждут Наруто, светлого мальчика, а не чёрную тень, что вечно таскается за ним, как пришитая. И правильно делают, нечего теням делать рядом со светом. Тут или она пожрёт его или же свет истончит первым.
- И ты должен приехать. Она твоя мать. Она скучает.
И опять это «скучает».
Что-то внутри Саске нехорошо натянулось, пальцы зависли над кружкой и парень облизнул пересохшие губы.
«Скучает».
Слово-то какое. От него веет всем: и теплом материнских объятий, и нежностью её взгляда, и невысказанными, но давящим упрёком.
Посмотри, Наруто, ты заставил мамочку скучать! Страдать в неизвестности.
Приложив пальцы к переносице, Саске прикрыл глаза, выдыхая через нос.
Тоненький подлый голосок в голове утих также внезапно, как и появился, погребённый под лавиной обрывочных мыслей. Его и не было.
Тебе показалось.
И стало лучше.
Ну да. Мать скучает. Она же…мать.
Наруто устало улыбнулся отцу в очередной раз. На лице Ируки застыло ожидание ответа и нежелание принимать отказ.
«Ты должен», - говорили его тёплые глаза.
- Да, па. Я знаю.
- Приезжай.
- Я попытаюсь…
В душе у Наруто кошки медленно снимали слой за слоем. Почему-то цеплялись они за мясо, оставляя эфирную субстанцию нетронутой. По мясу было больнее, да и смотреть на отца стало тяжело.
Наруто думал, что со временем какая-то придавленная неловкость исчезнет, но она ожила, даже под напором весомого аргумента:
«Мне всё равно».
Ему действительно было всё равно, что подумают о нём другие и даже отец. Но…от боли никуда не денешься.
- Наруто, - позвал Нагато. - Я, наверное, поеду. Вас подкинуть?
Взгляд на Ируку, и тот, стараясь не смотреть на Саске, рвано кивнул.
Красноволосый поднялся, задевая коленом ножку стола и тот пошатнулся. Телефон на оном двинулся, нарушая идеально ровную границу, и Саске поднял глаза на Нагато.
- Извини, - улыбнулся тот, протягивая руку и замирая. Учиха посмотрел на широкую ладонь, на загорелые пальцы в мозолях. Много работает.
И всё-таки протянул свою руку, пожимая достаточно крепко, но быстро, чтобы не успеть почувствовать отвратительного тепла и не захотеть врезать по улыбающейся физиономии.
- До свидания, Саске, - бросил Ирука.
- Уж лучше, прощайте.
Наруто ничего не оставалось лишь как вымученно улыбнуться отцу, будто бы извиняясь за поведение Учихи, и выйти следом за ними. Стоило хотя бы проводить…
***
Оставшись наедине со своей границей, Саске устало уронил лоб на столешницу. Стукнуло, кость отозвалась лёгкой болью…или же это кожа?
Да плевать.
Руки безвольно повисли по обе стороны от тела, и Учиха протяжно выдохнул весь воздух из лёгких. До ломоты за рёбрами.
Наруто болен.
Осознание.
Волнение. Какое-то блёклое, пока ещё не оформившееся.
«Пустяки», - скажет Узумаки.
Конечно, скажет.
Рука сама потянулась к телефону, щёлкнула клавишами, набирая забитый зачем-то в память номер.
Вот и пригодился.
Позвонить Джирайе и договориться о встрече с ним, чтобы прояснить насколько эти «пустяки» серьёзные. Ведь сам Наруто никогда не признается, чтобы не волновать, чтобы не жаловаться. У этого идиота хватит мозгов, чтобы забить на всё вокруг и наслаждаться «раем в шалаше».
Но пальцы зависли над вмятыми кнопками, так и не опустившись.
  
Встретиться с лесным отшельником и окончательно разрушить все песочные замки? Ведь…что узнает Саске? Правду. А нужна ли она сейчас?
Холодное и отвратительно липкое скользнуло за шиворот, прочерчивая дорожку по груди к сердцу. Кольнуло нехорошо, тягуче и Саске отодвинул телефон от себя.