Пустошь (СИ)
Дрожь словно поселилась в кончиках пальцев, но Узумаки всё же справился с молнией.
Что-то говорило перехватить его руки и остановить, но Саске прошила настолько острая волна жара, что тело отозвалось жгучим желанием продолжить всё это не смотря ни на что.
Учиха отклонился в сторону, укладываясь на кровати и заставляя Наруто нагнуться ближе, чтобы прижать того к себе. Много ли слов нужно, когда все они уже сказаны, когда большая часть из них обратилась острейшими лезвиями, впившимися и изрезавшими тело, наивно открывшуюся душу?
Короткие, скомканные и слишком быстрые поцелуи Наруто были похожи на точные удары тонким стилетом. И с каждым ударом жизни становилось всё меньше, она просачивается в другого, но ты готов отдать её полностью.
Рука Наруто, протиснувшись между ними, плотнее обхватила горячую плоть, и Саске пришлось закусить губу, чтобы подавить желание выдохнуть громче. Рыкнув, он приподнялся, ловя губы и укладывая уже Узумаки на лопатки.
Руки дёрнули за джинсы, стягивая их, губы прильнули к подрагивающему животу, прочертили дорожку быстрых ударов-поцелуев к горлу и, наконец, впились в приоткрытый рот, позволяя языку найти другой.
С этого момента больше не существовало ничего, кроме пропасти. Огромной, чёрной и затягивающей. Она забирала душу, выжимая её вместе с каждым тихим сдержанным вздохом.
В какой-то момент Саске стянул с себя джинсы, и руки белобрысого легко прошлись по холодным бёдрам, желая согреть.
Эта пытка затягивается. Ты готов подставить грудь для последнего, выверенного удара стилетом, но лезвие лишь вскользь царапает кожу, пуская по ней чёрные капли крови.
Саске потерялся в ощущениях, совершенно запутался в своих действиях и в касаниях Наруто, которые в какой-то момент стали сплошным водопадом из горячих искр, осыпающих тело то тут, то там. Узумаки пах дождём, его волосы пропитались влагой и приятно холодили щёку, висок под губами отозвался быстрой пульсацией.
Чужое сердце за рёбрами рвалось и обливалось кровью, замирало в ожидании и срывалось в быстрый ритм от очередного поцелуя.
Хмеля было недостаточно много, чтобы причину и оправдания всему этому можно было искать в опьянении. Ответственность…даже она сейчас казалась удовольствием, которого телу так не хватало.
Наруто как-то нетерпеливо вздохнул, привлекая к себе взгляд: слегка покрасневшие щёки, блестящие глаза. Опьянел ли Узумаки от вина или же?
Додумать Учиха не успел, его притянули к себе, поцеловав так жарко, что вопрос отпал за ненадобностью. Наруто ответил…
- Здесь? - хрипло спросил Саске, прикусывая нижнюю губу парня и слегка отстраняясь, чтобы вопросительно вздёрнуть брови. Наруто как-то странно покосился на замкнутую дверь и уверенно кивнул, проводя рукой по низу живота Саске, отчего позвоночник того ощутил на себе будто все двести двадцать вольт.
- Подожди… - вывернувшись, Узумаки потянулся за брошенными на пол штанами.
Откуда у этого придурка внезапно взялась такая рельефная спина с мелкой россыпью тёмных веснушек по плечам и лопаткам. Выдохнув, Саске прильнул к загривку парня, обдавая прохладную кожу горячим дыханием. Наруто понял всё без слов, перевернувшись на живот и подставляя спину для поцелуев, похожих на прикосновение расплавленного металла.
Саске потянул на себя, заставляя подняться на коленях и откинуться спиной на его грудь. Узкая ладонь провела линию от груди к низу живота и пальцы зацепили напрягшийся орган. Пришлось извернуться, вцепившись в губы Учихи, чтобы подавить громкий вздох, когда рука всё-таки пришла в движение.
Наруто был вынужден напоминать себе, удерживаясь на грани здравого смысла - родители.
А закрытая дверь ещё не делает комнату звуконепроницаемой.
Как так выходило, что, не смотря на всю боль, что Саске дарил ему, рядом с Учихой Наруто был готов провалиться в любую Бездну?
- Вот, - с трудом выдохнул он, ловя вторую руку Саске и вкладывая в неё небольшой тюбик. - Я не планировал…но…
Учиха усмехнулся в затылок парня, прихватывая вкусно пахнущую кожу зубами и вызывая очередной тихий стон.
Не планировал…
Наруто почувствовал, что некоторая доля смущения всё-таки трепыхнулась внутри, когда пальцы Саске с нажимом прошлись по линии позвоночника вниз и надавили на вход в его тело. Неприятно, непривычно…
Но разве можно к такому привыкнуть?
И нужно ли?
Переждать, перетерпеть и, возможно, попытаться найти в этом что-то…
И Наруто с удивлением понял, что находит это действо, если не приятным, то любопытным, а любопытство подогревает разгорающееся внутри желание.
Тугая цепочка из логических последовательностей медленно осыпалась, оставляя в голове лишь требовательный голос, говорящий о том, чтобы Учиха не вздумал остановиться на полпути.
На некоторое время пришлось выпустить Узумаки из своих рук, жарко дыша между лопаток. Потому что ожидание было уже невыносимо, внизу живота болезненно ныло, а все сдерживающие нити уже давно лопнули под напором огня.
Тягучая субстанция без запаха была прохладной, но, покрыв собой орган, в котором, кажется, собралась вся тяжесть и всё тепло тела, слегка потеплела.
Поведя носом по шее Наруто, Саске осторожно надавил тому на спину, а когда парень лёг, то перевернул того на спину. Удивлённый взгляд голубых глаз вызвал усмешку, и Учиха быстро коснулся губами подбородка парня, а затем и губ, когда головка члена толкнулась в плотное кольцо мышц.
Наруто сдавлено простонал в поцелуй, крепко цепляясь пальцами за предплечья брюнета и пытаясь не выгибаться.
- Тсс, - шикнул Саске, продвигаясь вперёд.
Тёплая теснота обхватила его, пьянящая волна разлилась в груди, заставляя качнуться сильнее, с большим напором, но тут же вновь застыть, открывая глаза.
Ещё один толчок, и Наруто всё же выгнулся. Ощущение растягивающей боли и внезапное движение руки на плоти едва не унесли голову далеко в какую-то пьяную дымку. Но Узумаки заставил себя остаться в этом мире, следить за глазами Саске и запоминать…
Запоминать…
Саске судорожно выдохнул, медленно ускоряя темп. Отчего-то было больно где-то за рёбрами. Осознание давило, оно не давало покоя.
Ведь скоро…
Учиха сильно зажмурился, двигаясь быстрее и увереннее. Выбить из своего тела эти мысли удовольствием, заставить себя поверить, что этот момент единственно существующий во всей жизни. Реальный.
Утопать, захлёбываться и задыхаться. Ловить чужие вздохи на губах и ронять свои тихие, сдавленные стоны, цепляться руками за мягкий плед, вдыхать знакомый, такой ненавистный запах.
Ненавидеть.
Ненавидеть всем сердцем.
Душой.
И хотеть эту жизнь, желать.
Чтобы она продолжалась, не обрывалась никогда.
Откуда в груди горечь? Её там быть не должно. Ей там не место.
Слишком отчаянный толчок, словно это сможет помочь, прикусить губы до боли, до рваного стона, полного удовольствия. Ему нравится? Или же…
Нравится…
Нравится до мурашек, до холодных тисков, сжимающих сердце так приятно, до волн безумия, охватывающих разум. Наруто притянул к себе брюнета, вновь деля вздох на двоих. Рука Саске двигалась быстро, так же как и он сам. Боль ушла, оставив после себя странные ощущения, которые нельзя описать, сравнить или понять до конца. Горячие, обволакивающие, уносящие…
Саске прикусил кожу на плече Наруто, чувствуя, что вот-вот упадёт в пустоту. И ничего больше не будет…
Ни горячих пальцев, ни рваного тихого дыхания, ни едва сдерживаемых стонов.
Он исчезнет, заберёт с собой…
Волна удушающего удовольствия прошла по телу Наруто, заставляя прижаться сильнее, обхватывая руками Учиху за талию и почувствовать, как тот внезапно напрягся каждой мышцей, вцепился в плечи сильнее.