Пустошь (СИ)
Наруто прошёл в комнату, замечая, что в руках Учихи зажат револьвер. Внутри всё похолодело.
- Ты спрашивал, почему я ненавижу тебя, - глухо проговорил Саске, смотря под ноги Наруто и усиленно отгоняя от себя навязчивые голоса в голове.
- Ты… зачем ты это притащил?
Взгляд застыл на чёрном металле.
- Я тебе отвечу, - не слыша его, продолжал Саске.
Учиха медленно поднял глаза на блондина, и они показались какими-то матовыми.
- Я ненавижу тебя, потому что ты жив.
========== Принятие. Глава 1. Broken Inside. ==========
Принятие.
Глава 1.
Broken Inside.
«The thinning line between
You and my sanity
Is quickly fading
Takes just a breeze to cause a storm
Takes just a breath to cause a scream
It takes me to cause a tragedy».
Broken Iris - Broken Inside.
«Тлеющая меж нами грань
Ты и мой рассудок
Быстро угасаете…
Нужен всего лишь ветер, чтобы породить шторм,
Вдохни, чтобы закричать,
Нужен лишь я, чтобы вызвать боль».
* Большое спасибо A.D.F за эту прекрасную группу и их прекрасную музыку.
Орочимару вышел из операционной.
Очередная спасённая жизнь, новая кровь на тонкой белой резине перчаток, которые тут же отправились в урну.
Он подошёл к раковине, выдавил на руки мыла и тщательно намылил пальцы, ладони, желая смыть с них этот отвратный запах резины. Холодная вода слегка обжигала кожу, но ему нравилось это ощущение. Кто-то, проходя мимо, похлопал его по плечу, поздравляя с новой спасённой душой.
Губы скривились в ухмылке. Спас…
Орочимару оглянулся на операционный стол, с которого санитары аккуратно перекладывали такую хрупкую девушку на обычные каталки, чтобы перевести её в палату интенсивной терапии. У неё были прекрасные сине-зелёные глаза…
Мужчина выкинул использованное бумажное полотенце к перчаткам и вышел из операционной, неторопливо вынимая сигареты из внутреннего кармана пиджака, что прятался под белым халатом. Его тоже нужно было снять и не пугать пациентов да посетителей пятнами крови, но пока ещё можно было позволить себе задержаться в прошлом.
Длинный светлый коридор, ведущий из операционной, закончился, и Орочимару всё-таки стянул халат, выбрасывая его в урну к двери. Всё предусмотрено, всё, как по расписанию.
Девушка будет жить. Но какой ценой?
Какую цену мы все готовы заплатить за свою жизнь? А за чужую?
Мы жестоки. В угоду своему эгоизму мы готовы обречь близкого на подобие жизни. Мы готовы запереть его душу в клетке из его собственных костей и увядающей плоти, мы готовы закрыть глаза на то, что он будет простой куклой в наших руках. Полная покорность, полная зависимость. Такой близкий никогда не будет перечить, никогда не скажет «нет». Он всегда будет смотреть на своего опекуна глазами, полными пустоты и отрешённости. Он будет смотреть, но будет ли видеть? Что видят эти люди, запертые в своём теле?
А мы будем довольны. Он остался, он рядом, он жив.
Эта девушка с сине-зелёными глазами никогда уже не улыбнётся, ничего не скажет, но её родители были рады услышать, что она осталась жива, что страшная опухоль удалена…
Орочимару выбросил окурок в кадку с разлапистым растением и направился в свой кабинет. Однако его за руку ухватила молоденькая перепуганная медсестра, требуя немедленно пройти с ней.
Комната пациента выглядела весьма странно. Мужчина сорока лет сидел в углу и мерно покачивался, а перепуганная бледная медсестра стояла в другом и боялась даже пошевелиться, зажимая порезанную руку.
- Это он вас? - спокойно поинтересовался Орочимару.
Девушка боязливо кивнула.
- Понятно, - выдохнул Орочимару. - Позовите санитаров, вколите успокоительное. Без меня, что ли, не знаете?
С этими словами доктор вышел из палаты и продолжил путь в свой кабинет.
Тот мужчина сорока лет убил свою жену. Болезнь окончательно извратила его разум, заставив нанести десять колотых ран ножницами…
Его не посадили лишь потому, что жить ему осталось месяц, а смерть - это куда хуже тюрьмы.
Хотя в его случае - это избавление.
Дверь кабинета закрылась за спиной Орочимару, и доктор устало провёл по лицу рукой.
Иногда такие больные представляли опасность не только для себя, но и для окружающих.
Бомбы с замедленным действием…
***
Брюнет с трудом поднялся со стула, вставая напротив Наруто и склоняя голову набок, рассматривая это загорелое лицо, полные живого огня голубые глаза. Он ненавидел каждую эту черту, которой было суждено стать старше, покрыться морщинами…
- Саске, - осторожно произнёс Наруто, глядя в матовые глаза парня. Сейчас из них пропал всякий блеск, - убери это, и давай поговорим.
Учиха слышал его голос, в котором билось быстро сердце. Он, кажется, даже мог видеть, как стремительно течёт кровь по его венам…
- Тебе не понравился мой ответ? - скривил губы Учиха. - Ты ведь так хотел его услышать.
- Ты не в себе.
Стало действительно жутко рядом с этим бледным существом, которое было так похоже на того, кого ещё вчера целовали губы, и так разнилось с ним.
Неужели это то же самое, что было тогда с Карин? Наруто совсем не хотел оказаться на месте девушки, которую Учиха едва не убил…
- Скажи мне, Узумаки, - тихо проговорил Саске, приближаясь. - Кому мне нужно вынести мозги, чтобы всё это прекратилось?
Револьвер опасно дрогнул в его руке, взлетая к его же виску. Наруто похолодел, чувствуя, как тело покрыл холодный липкий пот. Он было ринулся к Учихе, чтобы перехватить его руку, но парень отшатнулся на шаг назад, предупреждающе взводя оружие.
- Себе? - выпалил он, замирая и глядя в упор на Узумаки.
Всё произошло слишком быстро. Щелчок, рухнувшее вниз сердце.
- Нет!
Но парень остался стоять, всё так же держа пистолет у своего виска.
- Ещё пять, - широко улыбнулся Учиха, крутя барабан и взводя курок.
- Саске, - тяжело выдохнул Наруто, цепляясь за руку друга и пытаясь вглядеться в эти непроницаемые глаза. Сердце глухо било о рёбра, отдавая болью. - Не надо.
- Твоя очередь.
Наруто отшатнулся, ударился спиной о дверцы шкафа, когда дуло револьвера устремилось прямо ему в лоб. Взгляд метнулся к лицу Саске. Узумаки не мог поверить… нет. Такого быть просто не могло… Учиха прикусил нижнюю губу, наблюдая, как всё вокруг расплывается, меняя свои очертания. Картонный мир… это всё нереально.
И Белокожая, что внезапно сменила Наруто.
- Что ты здесь делаешь?! - выпалил парень, смотря в её варёные глаза.
Она оскалила иглы зубов в приветливой усмешке, протягивая к нему влажную руку. Пахнуло тиной…
Щелчок, но выстрела не последовало.
Белокожая исчезла…
Наруто так и остался стоять, вжимаясь в шкаф, чувствуя, как дрожит сердце.
Медленно опустив револьвер, Саске взглянул на блондина так, будто впервые увидел, скользнул взглядом по побледневшему лицу, заглянул в большие глаза…