Пустошь (СИ)
Саске тяжело вздохнул, садясь на кровати. Тело саднило со всех сторон, но больше всего ныли рёбра и, кажется, лёгкие за ними.
На языке появилась какая-то горечь, когда Учиха облизнул губы.
Ты никогда не будешь одним из них, если попросишь помощи.
Поднявшись, брюнет пошатнулся, хватаясь рукой за угол стены и замирая, чтобы выровнять задрожавшую перед глазами комнату. Взгляд сам собой упал на спящего соседа, который так беззаботно выдыхал, морщился во сне и иногда подрагивал.
- Придурок, - тихо выдохнул Учиха, чувствуя, как всё внутри сдавливает лишь от одной попытки вдохнуть воздух.
Хотелось опять уйти, но ведь он найдёт его и опять начнёт нести всякую чушь про дружбу.
Захватив со стола сигареты и зажигалку, Учиха тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Коридор общаги утопал в темноте и тишине. Когда переваливало за двенадцать, свет в проходах гасили, погружая этот суетливый мир в холодную темноту.
Придерживаясь пальцами за холодную гладкую стену, Саске направился в сторону кухни, где можно было растянуться на затёртом диване и выкурить несколько сигарет разом. Никто не будет мешать.
Зайдя в небольшую комнату, пропахшую едой и гарью, брюнет опустился на диван, закуривая.
Темнота расслабляла.
С каждым выдохом из тела уходило что-то важное, словно сигаретный дым разъедал всё и превращал в сероватые облака. Саске смотрел, как они замысловато перекручиваются в непонятных узорах и растворяются.
Всё вновь вернётся к исходной точке или резко станет хуже?
Учиха сел, вытягивая перед собой руку ладонью вверх. Белая кожа в темноте выделялась каким-то инородным пятном. Говорят, что эти линии могут сказать всё о человеке, но Саске не верил. Лишь скривил губы в презрительной усмешке и зажал сигарету пальцами, поднося к руке. А что, если опять?
Тлеющийся кончик с шипением въелся в центр ладони, и брюнет резко дёрнул рукой, отряхивая искры. Боль была. Пока ещё была.
Парень откинулся на спинку дивана, закрывая глаза и закусывая губу.
Сейчас можно было попытаться быть собой, но тело до того привыкло выставлять перед собой сотню масок. Даже тогда, когда Саске думал, что давно снял их, разбив вдребезги.
Учиха чувствовал эту пугающую пустоту. Он знал, что стоит ей открыться и она вновь заполнит череп своим вязким холодом. И тогда не будет разницы между победой и поражением. Всё станет ледяным, бесцветным и обратится в картонные декорации.
- Саске?
На голое плечо легла чья-то тёплая рука, заставившая Учиху вздрогнуть всем телом и обернуться на знакомый голос. Ему на миг показалось, что он увидит Её… но ведь голос принадлежал Наруто…
Блондин с совершенно потерянным выражением на лице сидел рядом. Нелепый, растрёпанный, с блестящими глазами, в которых Саске пытался заметить блеск жалости. Но его там не было. Вновь не было.
Рука соскользнула с плеча, падая на затёртый диван, и Наруто замер, ожидая реакции от друга. За этот день он видел столько оттенков эмоций, что уже запутался и бросил попытки угадать следующее действие Учихи.
Можно было просто сидеть в этой чужой холодной кухне, куда запустили удушающий плотный мрак. Он отрезан от жизни снаружи, заставляя верить в то, что ничего нет помимо этого старого дивана, запаха сигарет, и большого окна здесь не существует.
Учиха хотел уйти, но мрак не пускал. Он всё-таки потянулся за очередной сигаретой и зажал фильтр в зубах, даже не подумав чиркнуть зажигалкой. Взгляд просто плавал где-то перед ним, ловя замысловатые образы, существующие лишь в его голове.
- Это действительно неправильно.
Саске скосил глаза на заговорившего тихим хриплым голосом Наруто. Блондин смотрел себе под ноги и нервно поджимал пальцы на босых ногах.
- Мы это уже выяснили, - напомнил Саске. - Незачем возвращаться к этой теме вновь.
Наруто молча кивнул, ещё сильнее опуская голову.
Саске едва слышно хмыкнул, разглядывая поникший профиль парня.
- Ты… ты меня ненавидишь, - глухо.
Чёрные брови сошлись над переносицей. Ненависть? К чему он это? Да и зачем говорить такие фразы, на которые всей душой желаешь услышать опровержение?
- Ненависть, - задумчиво повторил Саске, - это слишком много для тебя.
Очередной кивок.
- Только я не понимаю почему.
- Что? - не расслышал Саске, ибо голос Узумаки вовсе стал походить на тихий фоновый шум. Он вытащил бесполезную сигарету из губ, комкая её в пальцах.
- Почему ты меня ненавидишь? - вскинув на него глаза, выпалил Наруто.
Кажется, Узумаки боялся смотреть прямо прежде, но сейчас требовательно прожигал глазницы Саске в ожидании ответа.
Учиха склонил голову набок, рассматривая это упрямое лицо, в котором ему не нравилось ровным счётом ничего. Да и не могло нравиться.
Пальцы цепко ухватили вздрогнувшего Наруто за подбородок, притягивая его лицо ближе к своему. Учиха выжидающе замер, когда между их губами оставалось всего несколько сантиметров. Этот придурок опять ничего не сделает, опять позволит?
Наруто опасливо вцепился в запястье брюнета рукой, смотря настороженно и как-то непривычно резко. Его взгляд метался между глазами Учихи и его же губами до тех пор, пока они не коснулись его. Узумаки дёрнулся назад, но Саске не позволил отстраниться, сильнее сжимая подбородок блондина.
Учиха мысленно ругнулся, когда Наруто нерешительно положил свою руку ему на плечо.
Значит, это неправильно?
Это всё неправильно…
Зачем усложнять ситуацию ещё и этим? Зачем добавлять проблем в и без того огромный список? Чтобы стало ещё хуже, больнее?
Саске сам не заметил, как слишком сильно прикусил губу парня, и тот всё же отстранился, прислоняя руку ко рту и весь будто сжимаясь.
Осознание происходящего накатывало волнами, которые разбивались об обхвативший этих двоих мрак. Ведь за мраком больше ничего нет? Ни мира, ни правил, ни людей, которые могут осудить?
Учиха тряхнул головой. Это всё бред. Бред, и ничего больше.
Он откинулся на спинку дивана, роняя на неё голову и прикрывая глаза. Выдохнул и даже попытался усмехнуться.
- Я ненавижу тебя за то, что ты тряпка, - проговорил он.
Наруто поджал губы, борясь с желанием уйти отсюда, подгоняемый каким-то холодным стыдом, но прибитый к месту совершенно иным чувством.
Он потянулся рукой к руке брюнета и осторожно накрыл холодные подрагивающие пальцы с торчащими костяшками ладонью. Саске дёрнулся, чтобы высвободить руку и положить её чуть поодаль от Наруто.
- Я ненавижу тебя за то, что не останавливаешь меня.
Узумаки смотрел на него и не хотел слушать или слышать.
Он сам не понимал себя и того, что творилось. Да, слова Нагато успокаивали, но лишь в теории. Когда дело дошло до практики, стало не так просто воспринимать сдвиги в собственной голове.
Наруто всё-таки потянулся к брюнету, утыкаясь горящим лбом в угловатое плечо и прикрывая глаза.
- Мне плевать на правильность или неправильность, - продолжал тихо говорить Саске, беседуя скорее с темнотой перед глазами, чем с Наруто. - Это то, что есть в твоей больной башке, Узумаки.
Учиха тяжело выдохнул, подозревая, что субстанция в его черепе ненамного здоровее.