Пустошь (СИ)
Ramus - First day of my life.
Мы никогда не задумываемся, когда люди приходят в нашу жизнь, зачем они, почему? Мы никогда не задумываемся о том, сколько они для нас делают, оставаясь в нашей жизни, цепляясь за нас. Но…
Но мы всегда задумываемся о том, каким был человек, вспоминаем его слова, читаем то, что он оставил после себя… Читаем его мысли, написанные тонкими электронными буквами.
Смешно.
Человека нет, а мысли его вот. Прочти, и в голове вновь услышишь его голос.
Саске отложил телефон, удалив перед этим последнюю смс с пометкой: «Микото».
Он никогда не звал её «мама» или строго официально «мать». Микото…
А она была не против.
Неужели, чтобы стать кому-то значимым, чтобы о нас вспомнили, нам надо всего лишь умереть?
Саске сделал большой глоток горячего чая, заставляя эту обжигающую жидкость приятной волной разлиться по внутренностям. Он даже глаза слегка прикрыл, откладывая телефон в сторону.
Ненужная пластмасса.
На лес опускалась темнота, а они сидели на кухне Джирайи и пили чай. С бубликами. За разговорами не заметили, как обед плавно перетёк в ужин. Хотя говорили в основном эти двое, а Саске молча отсиживался сбоку, чувствуя себя лишним на этом празднике жизни.
Вот так просто.
Узумаки о чём-то беседовал с мужчиной, Саске же витал в своих думах, которые каменным мешком нависли над головой, придавливая к земле. Их стоило разобрать, отдаться мыслям хотя бы на час, чтобы те перестали путаться в ногах навязчивым репейником.
Но то, что эти колючки будут так больно драть душу, Учиха не ожидал.
Ещё один глоток травяного чая.
Он действительно успокаивал или же свежий воздух делал своё дело?
Или изголодавшееся по спокойствию тело цеплялось за жалкие крохи того, что могла подарить эта сырая реальность?
Небольшую кухню заливало равномерное желтоватое свечение лампы, что висела под самым дощатым потолком, привлекая к себе шальную крупную моль. Её мельтешение привлекло внимание Саске, и парень надолго выпал из реальности, наблюдая за этими замысловатыми зигзагами.
- Вы друзья?
- Соседи, - ответил Саске прежде, чем Наруто успел осознать вопрос.
Размусоливать всю тяжесть их вынужденных взаимоотношений перед этим незнакомцем не очень-то и хотелось. Какая разница кто они друг другу?
- Саске, а откуда ты узнал о Джирайе? - задал давно терзающий его вопрос Наруто, беззаботно мотая ногами и попивая сладкий чай. Здесь Узумаки чувствовал себя как-то комфортно, словно знал этого мужчину уже не первый год.
- Мой отец знал твоего отца, а у Итачи… - Саске зло усмехнулся, - Итачи задницу себе порвёт, если я попрошу.
Говорить не хотелось. Не хотелось выпускать с воздухом то обманчивое спокойствие, которое уже трещало по швам.
Джирайя нахмурил белые кустистые брови, явно недовольный настроем спутника крестника.
- Так ты Учиха?
Саске молча кивнул, вновь поднимая взгляд к моли, что беспомощно билась о раскалённое стекло лампы. Многие поэты сравнивали заблудшие души с этими ночными мотыльками. Но Саске в этом существе видел лишь глупое насекомое, которое само убивало себя с каждым ударом.
- Минато знал его отца, - подтвердил Джирайя.
- Я очень за них рад, - шикнул Саске.
Наруто отставил кружку, искоса поглядывая на брюнета. С ним что-то происходило, и это «что-то» читалось во взгляде, в напряжённых длинных пальцах, что слегка нервно подрагивали, в сгорбленной над столом фигуре. Внутри Саске думал о чём-то очень нехорошем…
Или же не думал ни о чём.
- Вижу, ты остр на язык, - хохотнул Джирайя, притягивая к себе пустую тарелку Наруто. В отличие от Учихи его крестник съел целых две картошины, чем вызвал улыбку и желание положить третью.
Хотелось послать старика, но Саске сдержался. Он лишь сжал зубы на бублике, чувствуя, как на язык падает сладкая крошка.
- А как ты тут живёшь? Ну… один? - решил поскорее перевести тему Наруто, вглядываясь в Джирайю. - Тут же никого совсем.
- А мне никто и не нужен, - пожал плечами он, поднимаясь. - Жизнь тут простая… без всякой это вашей городской мишуры.
- Да нет там никакой мишуры, - пожал плечами Наруто. - В городе тоже жить можно…
Хотя на самом деле сам Узумаки обитал в пригороде, бывая в центре лишь по учёбе и прочим мелким делам. Упоминание об институте отозвалось волной стыда за прогулы, но Наруто тут же нашёл себе оправдание - новоявленный родственник. Наверняка Ирука поймёт… а там уже и матери объяснит…
- Не-е-ет, - протянул Джирайя. - Этот ваш город людей портит. Глянь на него.
Кивок в сторону Саске, что мрачно посмотрел на седого.
- Вон до чего довёл. И посмотри на меня.
Мужчина даже плечи расправил, став ещё шире и выше.
- То-то же.
С этими словами он вышел, унося с собой грязную посуду.
- Мыть, наверное, - сам себе пояснил Наруто, оборачиваясь к Саске и аккуратно тыкая его пальцем в плечо. - Ты как?
- Свали.
- И куда ты предлагаешь мне свалить посреди леса? - усмехнулся Узумаки, вновь тыкая парня пальцем.
- Достал, - шикнул брюнет привычное, но не крайнее. Поднялся, натягивая куртку.
- Ты куда?
- Пройдусь.
- Возьми зажигалку.
- Иди на хер.
Дверь со скрипом закрылась за его спиной, оставляя Наруто в полной тишине, лишь было слышно тиканье часов.
Узумаки недовольно нахмурился, выжидая, пока в груди успокоится волнение, но всё же потом вышел следом за Саске, выискивая взглядом тёмную фигуру, которая почти терялась на фоне леса.
- Ты куда? - крикнул Джирайя, возвращаясь от колонки с помытыми тарелками.
- Да сейчас, - отмахнулся Наруто, сам не понимая, куда он.
- Далеко не уходите. Заблудиться легко.
Узумаки лишь кивнул, в несколько шагов нагоняя брюнета.
- Ты куда на ночь собрался? - выпалил он, хватая парня за рукав и заставляя повернуться к себе лицом.
Саске упрямо выдернул руку из хватки Узумаки и упрямо направился вперёд.
- Ты в лесу заблудишься.
- Так не иди за мной.
Наруто тяжело вздохнул, шагая следом за Саске, едва различая дорогу под ногами. Пришлось двигаться быстро, чтобы не потерять из виду внезапно набравшего скорость Учиху.
- Почему ты рассказал мне про Джирайю?
- Просто.
- Просто так? - выдохнул Наруто, усмехаясь. - Это ведь…
- Что? - скосил на него глаза Саске, продолжая шагать куда-то. Присутствие Наруто вновь давило на нервы. Ведь хотел, чтобы всё было спокойно… чтобы Узумаки хотя бы в этот раз отстал от него.