Седьмой Рубеж II (СИ)
— Мотыгу нашли утром с перерезанным горлом возле палаток семнадцатого десятка. — угрюмо произнёс Хираз. — Местные слышали разговор с новиком.
— Регдан. — коротко произнес Камид и названный боец тут же направился к переправе через канаву. Следом за ним отправился Милош и ещё один парень из нашего десятка.
Через какое-то время послышались вопли. Тройка бойцов волоком тащила за собой человека. Он пытался упираться и дико орал что-то про справедливость и ложные обвинения. Мужика протащили через весь лагерь и бросили под ноги его десятнику. Хираз всё это время стоял молча и сосредоточенно хмурил брови. Ситуация повернулась против него и бородач это очень четко понимал.
— Что происходит, десятник Хираз? — попытавшись подняться и заискивающе заглядывая в глаза своему командиру, спросил Верга. На лбу человека сияла здоровенная шишка от брошенного мной камня. — Я что-то нарушил? В чём провинился?
— Не знаешь⁈ — пнув подчиненного по рёбрам, зло спросил Хираз. — Паскуда!
— Закон одинаков для всех, Хираз. — негромко произнес Камид. — Он не просто напал. Он убил.
— Четырнадцатый десяток левого крыла гарнизона Седьмого Рубежа принимает долг и право десятника Камида за ложное обвинение. — глядя куда-то в землю, четко проговорил Хираз. — Мы уходим.
Толпа людей молча наблюдала, как пара бойцов Хираза подхватила своего бывшего соратника и потащила из нашего лагеря. Уже на первых шагах Верга начал тихо подвывать от ужаса, но на него никто не обращал внимания.
— Если что-то подобное произойдёт в будущем, то я должен узнать об этом первым, новик. — посмотрев на меня, жестко произнес Камид. — Помни, что теперь от твоих поступков зависит не только твоя жизнь.
— Да, десятник. — ответил я. — Разрешите вопрос?
— Спрашивай. — нехотя отозвался командир.
— Почему он это сделал? — непонимающе спросил я. — Перед тем, как уйти, я осмотрел обоих нападавших. Кроме пары ножей и какой-то фляги у них ничего не было. Зачем этот Верга убил человека, которого давно знал и с которым поджидал меня у той палатки?
— Потому что мог это сделать. — ответил офицер. — И потому что не подумал о последствиях. Мозгов не хватило догадаться, что его десятник перед выходом на передний край начнёт разбираться и искать свидетелей. Говоришь, у них были только ножи и фляга, новик? Теперь ты знаешь, чего достаточно, чтобы стать привлекательной целью для всякого сброда.
Народ начал расходиться. Представление закончилось и все возвращались к своим делам. Ко мне подошли Ридра и Джеро. Следом подтянулся Регдан, который стал постоянным спутником нашей троицы.
— Держи. — произнес молчун и сунул мне в руки мою походную сумку. — Он возился сильно и я решил его немного погулять.
Из сумки послышался яростный треск и через завязки пролезла голова Олуча. Зверёк обвел гневным взглядом всех присутствующих и выдал длинную трель в мой адрес.
— Это кто у нас тут такой симпатичный? — с интересом наклонился над сумкой Регдан.
— Это Эл. — представил я Олуча. — Мой питомец.
— Нужно предупредить остальных и десятника. — тут же ответил Регдан.
— Питомцы запрещены на территории седьмого Рубежа? — тут же спросил я.
— Нет. — покачал головой боец. — Но если наших не предупредить, то ты можешь обнаружить однажды своего друга в вечерней похлебке.
Олучь немедленно разразился яростным треском и попытался ухватить Регдана за палец. Поняв, что ничего не выйдет, тут же скрылся в своём убежище и испуганно затих.
— Учту. — затягивая горловину мешка, кивнул я. — Что значили слова того десятника? Насчёт долга?
— Много всего. — хмыкнул в ответ солдат. — Если коротко, то у нас появился ещё один шанс на ошибку.
— А подробнее? — уточнил Ридра.
— А подробнее узнаете при случае. — категорично ответил Регдан. — Можете спросить у десятника, если так хочется.
— Не так уж нам интересно. — пробормотал Джеро. — Жили без этих знаний как-то и дальше проживём. Верно?
Парень посмотрел на нас двоих в поисках поддержки, но её не дождался. Мы с Ридрой отлично понимали, что теперь от подобных знаний может зависеть очень многое. Например спасти жизнь себе или кому-то из своих.
Для меня как-то резко пролегла граница между нашим десятком и всеми остальными солдатами гарнизона. Я едва знал этих людей, но уже четко понимал, что нам повезло с сослуживцами. Уже одно то, что можно было спокойно спать в своей палатке стоило немало. Да и вещи парни оставляли на своих местах без всяких колебаний. А это означало, что среди бойцов десятка не только нападений можно не опасаться, но и краж.
На этой стороне вонючей канавы для меня находились свои, а другой стороне все остальные. И если придется делать выбор, то он для меня был очевидным. Если получится сделать так, чтобы для остальных моё мнение стало нормой, то это уже будет большим достижением.
— Отчасти. — наконец произнес я. — Но ты действительно прав, Джеро. Сейчас в этом нет особой необходимости.
— Верный подход. — одобрительно кивнул Регдан.
— Дир, я хотел тебя поблагодарить. — неуверенно произнес Джеро. — За то, что не бросил меня на марше. И за то, что вылечил. Я твой должник…
— Надеюсь, ты сделаешь то же самое, если понадобится. — улыбнулся я и хлопнул парня по плечу. — Чем планируешь заняться сегодня?
— Десятник Камид говорил, что мы будем отдыхать в лагере этот день. — вопросительно посмотрев на Регдана, ответил Джеро. — Думал отоспаться и познакомиться с сослуживцами. Нам же скоро против монстров вместе сражаться…
— Очень верный подход, новик. — улыбнулся Регдан. — Одобряю! Скоро будет завтрак. Сегодня Милош кашеварит, так что можно будет нормально поесть и не выблевать желудок.
— Очень ценно. — усмехнулся я. — Ну идемте тогда.
— Это наш план на сегодняшний день. — коварно улыбнулся Регдан и взглядом указал куда-то мне за спину. — У тебя он явно другой.
Я медленно обернулся и увидел десятника Камида, который что-то говорил сержанту Аньего. Тот смотрел в мою сторону, но взгляд оставался безразличным. Даже тени интереса в нём не появилось, хотя десятник явно старался передать всю сложность утренних переговоров. Парни ушли в сторону ближайшего костра, от которого уже тянулись аппетитные запахи варёного мяса. Я некстати вспомнил, что ел в последний раз ещё под стенами Болотной. Да и мышцы противно ныли, напоминая о вчерашнем марше.
— Иди за мной, новик. — попрощавшись с Камидом и подойдя ко мне, приказал Аньего.
Ответ не требовался. Как не предусматривалась и возможность отказаться. Сержант направился к пограничной канаве и я пошёл следом за ним. К счастью, в этот раз лезть на вал не пришлось. Аньего повёл меня к лестнице и я вздохнул с заметным облегчением.
По дороге вдруг услышал душераздирающий вопль. Далеко впереди стояла толпа людей, которая с интересом за чем-то следила. А потом я увидел, как по стене вала поднимается человеческое тело. Очень медленно и явно без особого желания его хозяина. Десятник Хираз выбрал наказание для своего подчиненного и прилюдно повесил его на стене защитного вала.
— Интересно? — неожиданно спросил меня сержант.
— Не особо. — ответил я. Подобные развлечения мне никогда не нравились и я не понимал людей, которые собирались огромными толпами, чтобы посмотреть на чью-то казнь. Слишком это было…гадко.
— Это хорошо. — негромко произнес Аньего. — Враг должен умереть быстро. Чтобы тебе хватило времени убить следующего.
Мысль была простая и мне показалось, что я где-то уже слышал эту фразу. После ночной сортировки и освоения базового уровня Кладовки, пользоваться ресурсами мозга стало немного легче, но до моментальных откликов на любой запрос было ещё очень далеко. Придется потратить немало времени, чтобы отработать нужные навыки. Может даже придется пользоваться словоформами-ключами для упрощения процесса.
— Поднимайся. — указав на лестницу, приказал сержант. Я залез на вал и осмотрелся. Вчерашнего дозорного сменил новый, но вёл он себя точно так же. Даже появление на гребне вала сержанта ничего не изменило. Боец продолжил клевать носом и даже не повернулся в нашу сторону.