Люди ночи

Верхние два этажа занимали зрительные галереи с коврами и удобными креслами. Белл миновала нижнюю, где молоденькие офицеры стояли навытяжку и слушали жестикулирующего лектора, и вышла из лифта на верхнем уровне. Здесь был Ламберт, штатский директор Центра, и дюжина зрителей: генералы, адмиралы, человек из американского Госдепа, из министерства обороны, и еще один, про которого Риз-Гордон сказал, что он из ЦРУ. Кофе им подали на серебряном подносе.
  
Ламберт повернулся.
– А. Господа… и дама… – (надо же, подумала Белл, среди гостей есть женщина-адмирал), – это капитан-лейтенант Сьюзен Белл, одна из офицеров-разработчиков Нового Центра. Она ответит на любые ваши вопросы по сегодняшним учениям.
Гости устроились в креслах. Белл обратила внимание, что все в них – закрашенная седина, контактные линзы, корсеты и загар из солярия – безупречно. Все они – современности сплошное воплощение и далее по тексту [46]. Никто не знает, когда придется временно прервать боевые действия ради телеинтервью. Полковник Блимп взорвался над Нью-Джерси [47].
Белл надела легкую гарнитуру, подключенную к беспроводному поясному передатчику. У нее был доступ к UNICOM 1 и 2, общим голосовым каналам, и SPECCOM, который получал над ними приоритет в случае срочных бюллетеней или при чрезвычайных обстоятельствах. По стенам зажглись экраны репитеров. Некоторые гости повернулись к ним, но почти все через минуту-две сдались и вновь стали смотреть на Белл и окно ситуационного зала. Здесь можно было подключить телефоны и компьютеры, однако деликатный секрет этого помещения заключался отчасти в том, что информация, поступающая к зрителям, тщательно контролировалась.
По U-1 раздался голос Майка Догени:
– Полная готовность, начало учений через минуту.
Карта на главном экране «отдалилась», так что теперь на ней было почти все Соединенное Королевство и часть норвежского побережья. Данные по кораблям исчезли, и появились новые. В верхней половине карты нарисовалась алая дуга, зажглись символы спутников.
Нет способа это преодолеть, подумала Белл, кроме как довести игру до конца. Она набрала в грудь воздуху.
– Вы все ознакомились с материалами о сегодняшних учениях, – начала она (обязательное предисловие перед тем как рассказать, что в папках, которые они получили и не прочли), – но просто, чтобы резюмировать вкратце: мы моделируем часть флотских учений ГОЛУБОЙ КРИСТАЛЛ, которые начнутся через десять дней. Операция чисто компьютерная, в ней не участвуют реальные корабли, хотя некоторыми смоделированными кораблями управляют команды, проходящие обучение в игровых комнатах Центра. Другие корабли полностью управляются компьютерами.
– А как с флотами противника? – спросил один из адмиралов.
– Неприятельские действия моделируются под руководством нашей Красной группы. В Новом центре командно-штабных игр пул играющих за неприятеля значительно больше и разнообразнее, чем в старом. Мы рассчитываем, что вместе с усовершенствованными компьютерными моделями это даст нам более интересно маневрирующего противника.
– Вы имеете в виду бо́льшую точность?
– Да, мы надеемся на точное отражение военной доктрины потенциального противника, – ответила Белл, гадая в очередной раз, насколько строг запрет называть «силы противника» по-настоящему.
– Что с системой КОН? – спросил представитель министерства.
Белл ответила:
– Мы только что закончили инсталлировать систему Командная Надежность. Рабочие прототипы связываются с ситуационным компьютером через генератор и приемник сигналов, так что посылают и принимают в точности как в полевой обстановке… Теперь если вы поглядите на главный экран, то увидите, что учения уже идут…
Все посмотрели на экран, где разворачивался балет кораблей, существующих лишь в микросхемах и проводах, однако Белл видела, что это не имеет значения. Все эти люди тоже играли в игру. Она услышала уверенный голос Догени на общем канале и начала понемногу успокаиваться.
– Это еще что?
Белл глянула на экран. Там двигался синий квадратик, в углу возник увеличенный фрагмент карты.
– Это ракета, – сказала Белл, – опознанная как неприятельская.
На маленьком экране появлялись новые условные значки.
– Ракета средней дальности, – продолжала Белл. – Предположительно SS-N-4 [48].
– Ядерная? – спросил кто-то неожиданно севшим голосом.
Значок ракеты распустился красным цветком. Люди у консолей подняли голову. Когда вспышка погасла, на экране осталась пустая карта.
– Да, – сказала Белл. – Была ядерная.
– Че-е-ерт…
Белл получила данные с экрана и по UNICOM 2.
– Зафиксирован воздушный взрыв на большой высоте… то, что вы видите, означает отказ каналов передачи данных, необязательно уничтожение кораблей.
– Создание электромагнитных помех?
– Да, – ответила Белл. – Ядерный взрыв вывел из строя наши системы. Красная королева как по нотам, – не думая, добавила она.
– Что?!
– Одна из красных игроков, – сказал Ламберт. – Старшая в Красной группе, отсюда и название.
Он улыбнулся – на взгляд Белл, чересчур виновато, однако она не собиралась обострять обстановку.
– Вы сказали «как по нотам», – обратился американский полковник морской пехоты к Ламберту, который этого не говорил. – Так было запланировано?
Ламберт глянул на Белл.
Она ответила:
– Стратегия электромагнитного импульса считается стандартной. Это одна из причин для создания системы КОН. Я говорила лишь о том, что стратегически момент выбран идеально.
– Есть ли у русских женщины-стратеги? – спросил представитель Госдепа.
Белл подумала, что, если кто-нибудь, особенно Ламберт, упомянет «Из России с любовью» и Розу Клебб, она за себя не отвечает.
Однако цэрэушник сказал просто: «Да, есть» довольно унылым голосом.
Белл продолжала:
– Как вы видите, сейчас активизировалась система Командная Надежность. В ней три компонента. КОН-РЕГЕНТ, который имеется во всех маневровых соединениях, хранит тактические данные на время перебоя и готов транслировать их сразу, как восстановятся каналы. КОН-ФАГ автоматически ищет свободные каналы, используя все доступные виды связи. Видите зеленую линию на орбите спутника над картой? Она означает, что КОН-ФАГ переключился с СВЧ на лазер.
– Он передает непосредственно на спутник?
– Да. Тут вступает КОН-СВЕТ. Модель КОН-СВЕТ может передавать и принимать данные по каналам ФАГ. Он включает программируемый эмулятор… – Нет, подумала Белл, поменьше терминологии. – По сути, он притворяется орудийным контролем или системой сбора данных. Мы можем получать тактическую информацию с любого устройства, к которому способны подключиться, а с модулями РЕГЕНТ и ФАГ мы в силах подключиться практически к чему угодно.
– Вы упомянули орудийный контроль. Так эта система может производить запуск?
– Нет, в нее встроена защита от ошибок. Однако она может деактивировать комплексы боевых средств, которые эмулирует.
Цэрэушник тихо сказал госдеповцу:
– Помните докладные записки об аннуляции ядерных ударов в боевой обстановке? Это дает нам возможность вооружить подразделения, а затем разоружить в ходе действий.
На экране начали возникать корабли – это восстанавливались каналы связи. Белл указала на экраны, где шел расчет потерь, затем позвонила в машинный зал, чтобы цифры пересчитали в графику, цветные гистограммы потопленных кораблей и погибших моряков.
После этого она стала никому не нужна. Зрителей захватила компьютерная игра, и ничего больше их не интересовало. К этой игре они и вернулись после перерыва на чай; как-никак для того и существовал Центр.
  
На проходной ВАГНЕР открыла сумку и протянула охраннику два руководства по программированию на языке Ада. Тот провел по их корешкам считывателем штрихкодов и убедился, что обе книги не секретные, а их вынос оформлен по всем правилам.