Всё равно будешь моей (СИ)

— Ладно, озвучиваю свой сюрприз. Мы сегодня будем прыгать с парашютом. Ты рада?
Меня такая дрожь накрывает. Трясёт с такой силой, что даже зубы не попадают один на один.
— Малыш, — он ловит меня за плечи и поворачивает к себе. — Успокойся. Набери в лёгкие побольше воздуха и выдохни. — Делаю, как он говорит, хотя всё равно, кажется, задыхаюсь. — Молодец. Всё правильно. Если ты не хочешь, мы этого делать не будем. Всё только по твоему желанию.
И почему от фразы "всё только по твоему желанию" бросает ещё сильнее в жар. От его касаний к плечам, меня ещё больше трясти начинает. Но в тоже время, это и успокаивает.
— Я хочу, — говорю на выходе и жадно облизываю губы. Они почему-то горят, и мне безумно хочется, их остудить. Рядом с ним всё время жажда одолевает. Всё время в жар бросает. Всё время странные ощущения, которые не испытывала ни с одним человеком.
— Хочу, — повторяет он за мной, а потом ещё раз, — Хочу. — Прожигает взглядом. В душу смотрит. Пытается прорваться. Взгляд не разрываем, смотрим так, как будто пытаемся взглядами говорить. Но нельзя.
Первая отвожу глаза в сторону. Вдыхаю тяжело воздух, в эти секунды испытываю, реальные проблемы с дыханием. Эх, Матвей, что делаешь со мной, куда ведёшь? Не уж то в саму преисподнюю слепо следую за тобой?!
— Ладно. Коль согласна, пошли переодеваться.
— Зачем?
— Малыш, на улице ещё прохладно. В небе ещё холоднее.НаОденем специальные костюмы, которые будут сохранять тепло наших тел.
— Ок, — все, на что хватает моих сил.
Никто никогда не делал для меня такого сюрприза. Рустам сколько подарков дарил, и это чаще всего были необходимые вещи. Для учебы, или же одежда. Но ничего такого, чтоб было для души. Чисто для меня.
Матвей идёт впереди, и держит меня за руку. Он можно сказать меня тащит за собой. Я же кручу головой и рассматриваю всё вокруг. Мне безумно тут нравится. Как-то спокойно и хорошо.
А ещё, мне нравится как моя рука, смотреться в руке Матвея. И это, к сожалению, ещё безумней.
Вот бы так всегда...
  
Глава 10
 
Матвей
Пока веду Миру к помещению, где мы будем раздеваться, сто раз вспоминаю руки на её теле. На кончиках пальцев до сих пор покалывает от этих касаний. Так словно каждую подушечку укололи иголкой.
И вот сейчас я просто держу её ладошку, а в пальцах до сих пор колит.
Что за херня такая? Что вообще со мной происходит когда эта девчонка рядом?
Насколько я помню, первым словом каким я её назвала, была серая мышка. Мышка. Незаметная. Так с каких пор я начал её замечать? А ещё так яростно на неё реагировать. Каждая мышца напрягается когда она рядом. Сердце бьётся быстрее. А в голове стоит страшный гул, который блокирует все посторонние звуки, кроме её тонкого, красивого голоса.
Так мало прошло времени, с момента как я её впервые встретил. Ещё меньше, с нашего первого побега на кофе. Но я уже присел на это. Я уже не могу без её ежедневной улыбки.
Конечно же, это из-за спора. Мой организм всегда мне во всём помогал. Он перестроился под эту игру, и ведёт себя благоразумно и адекватно, чтобы Мирослава ничего не заподозрила.
Но вот откуда взялось это "малыш"? Откуда взялась эта сумасшедшая тяга побыть с ней? Не потрогать или приласкать, хотя этого я тоже, пиздец, как хочу. А быть рядом и смотреть, как она улыбается, и почти всё время смущается, это чистой воды наслаждение. Ещё никогда ничего подобного не было в моей жизни.
— Вот ваши костюмы, — говорит инструктор и протягивает их нам. — Как только переоденетесь, подойдёте ко мне, я проведу вам инструктаж. Договорились?
— Да, — отвечаю я за двоих, и виду мышку в комнату, где нам стоит переодеться.
Я протягиваю ей её одежду, сам же начинаю раздеваться. Не сразу догоняю, что что-то пошло не так. Сняв свою куртку и футболку, так и замираю перед Мирой с голым торсом. Она смотрит на моё тело, а потом резко поднимает глаза вверх.
Бум, её взгляд по моей голове.
— Ты бы не мог отвернуться, — просит дрожащим голосом, — или мне выйти пока ты переоденешься, а потом я зайду?
 
— Воу, нет, конечно. Я вообще-то планировал наконец-то посмотреть на твоё тело, без этого балахона, — хочется ей сказать. Но говорю совсем другое.
— Конечно, извини. Я отвернусь.
Сам же иду чуть глубже в комнату. Я тут не впервые, прыгал уже с пацанами, поэтому комнату знаю хорошо. И особенно то, что в её глубине стоит зеркало. Оно не большое, но мне хватило, чтоб наблюдать за Мирославой.
Подло, некрасиво, некультурно. Знаю. Но всё равно это делаю. Я понятия не имею, что появится за этой огромной толстовской, с которой она почти не вылазит.
Как только одуван её стягивает, а за ней и футболку, что под низом, я подвисаю. В принципе, я и думал, что там стройная талия, упругая попка. Но, чёрт возьми, там ещё и шикарная грудь. Полная тройка.
В паху становится тесно, и джинсы начинаю приносить дискомфорт. А как только, Мира оголяет всё тело, оставшись лишь в белье, я тупо пялю глаза в зеркало, и перестаю дышать.
Она слишком красивая, чтоб достался тому цыгану. Не мне, конечно же, это решать. Но, блядь, я и впрямь хочу это тело. Пиздец, как хочу.
Дело даже не в том, что я хочу её просто трахнуть. Я хочу попробовать её на вкус, ощутить запах, поглотить эмоции, впитать их. Картинка её эйфории так и стоит перед глазами. И то, что я вижу, мне кажется лучшим, что видел в жизни. А это даже не произошло. Простая фантазия.
Начинаю переодеваться и сам, потому что Мира уже заканчивала одеваться, а я так и стою без футболки. Успеваю быстрее закончить с одеждой, чем она. Но поворачиваюсь, лишь после её разрешения.
— Готово. Я всё.
Когда ловлю её взгляд, замираю. В нём сейчас, сколько жизни и тепла, сколько я ни разу не видел за время нашего знакомства.
Конечно, понимаю, что я, кончая тварь, ведь поспорил в недетский спор насовсем невинное дитя. Но, когда вижу такой блеск в её глазах, оправдываю себя немного. Может я хоть на один процент не такая тварь, как сам же считаю?
После почти часового, инструктажа и проверки парашюта, мы выдвигаемся к самолёту. В этот раз не я Миру беру за руку, а она меня.
В самолёте иногда потряхивает, и в Мирославы на коже выступают мурахи. А ещё в самолёте довольно шумно, но я наклоняюсь к мышке поближе, и пытаюсь успокоить.
— Не бойся, ты прыгнешь с очень опытным парашютистом, он тебе поможет и доставит к земле в целостности и сохранности.
— А можно с тобой? — в её голосе слышится мольба и страх. — Мне бы было с тобой спокойней.
Я бы тоже хотел прижать её к себе. Хотел бы почувствовать весь её кайф, впервые секунды полета. Он подобен первому оргазму. Не уверен, что она знает, что это. Но когда вспоминаю свой первый прыжок, именно так и чувствовал.
— К сожалению нельзя. У меня слишком маленький опыт для подобных прыжков. Но, всё будет хорошо. На земле встретимся. Веришь мне?
— Верю, — скорее шепчет она, чем говорит. — Верю, — ещё более увереннее, говорит.
Мы подходим к двери, инструктор открывает дверь самолёта, и первым готовят меня к прыжку.
— Я буду ждать тебя внизу, малыш, — кричу я, и делаю шаг в голубую бездну.
Лечу вниз на скорости. Ветер щекочет участки кожи, на которых нет защиты. Руки расставлены в стороны, а глаза рассматривают землю подо мной. Это такой драйв. Сумасшедший адреналин. Давление, сердце, кровь, всё работает синхронно, и в одном направлении. Я кайфую и парю.
Мира, вместе с инструктором прыгают позже. Но я тоже их вижу. Они на небольшом от меня расстоянии. Из-за атмосферного давления, я не могу видеть её эмоций.
Когда приближаюсь на критическое расстояние к земле, резко дёргаю крючок парашюта, и поднимаюсь вверх. В голове чувствую пульс, а сердце то бьётся как сумасшедшее, то кажется, останавливается от переизбытка адреналина.
Приземлюсь на землю первым, отсоединяю от себя парашют, и отхожу от него. Наблюдаю за приземлением Мирославы. Они падают где-то в ста метрах от меня. Иду к ним на встречу.