Всё равно будешь моей (СИ)

Я только что нагло врала своему жениху, в то время как ко мне прижимался другой парень.
— Ой, мамочки, — хочется крикнуть мне, когда Матвей наклоняет свои губы к моей шее. Как тогда, в ванной.
Я начинаю дрожать, но стою на месте. Нет, я должна отскочить от него. Должна, как можно быстрее. Но вместо этого, я запрокидываю голову назад, чем открываю ему ещё больше доступ.
Горский дышит мне в шею так часто, что кажись у нас один воздух на двоих. Но нет же, в моих лёгких он просто напросто отсутствует.
Его язык проходит по шее, и поднимается к щеке. Глаза мои закрыты, но даже в темноте у меня взрываются фейерверки. Большие, цветные, яркие.
А потом Матвей резко меня разворачивает и дотрагивается до моих губ своими. Вспышка, и я резко открываю глаза. У Матвея они тоже открытые. Он так смотрит на меня, что перед глазами всё плывёт.
Что происходит? Он целует меня? Мы же друзья...
В моих глазах он видит такой испуг, что сам пугается. Поэтому быстро отстраняет от себя.
— Извини, перегнул. Ты так дрожала, хотел тебя согреть. Не удержался. Прости.
— Матвей, — всё тем же дрожащим голосом говорю я. Пальцами трогаю свои губы. Зачем он это сделал?! — Мы же друзья. Нельзя больше.
— Знаю. Я постараюсь так больше не делать...
Он отворачивается и снова подкуривает сигарету. А после, я прошу отвести меня домой. Соблазн быть рядом с ним такой большой. Я ещё не ушла, но уже мечтаю, снова к нему вернуться.
Нельзя, ведь. Нельзя!
  
Глава 8
 
Мирослава
Дальше день проходит как по расписанию. Готовка на кухне с мамой, душ, уроки и статья.
Мне нужно подготовить второй выход "Сплетницы", но мои мысли разбросаны. Каждую секунду, когда в моём мозгу освобождается место для мыслей, появляется он. Его теплые губы на моих. И всё, я уже не способна что-либо делать. Как объяснить своему организму, что нельзя на него так реагировать! Нельзя думать и впускать его в мысли.
Но раз за разом, я всё равно это делаю. А ночью мне снова снится тот же сон. Только более яркий и чувствительный. Теперь я знаю, какие по ощущениям его губы, и какое тепло излучает ладошка.
Утром просыпаюсь мокрая от пота, и не только. Между ног так много влаги, и ужасно болит ниже живота. Быстро мчусь в душ. Родители ещё спят, ведь на часах только шесть утра. Включаю теплую воду, и намыливаю мочалку гелем. Тру интенсивно всё тело, но между ног задерживаюсь особенно долго.
Вместо мочалки прохожусь там рукой. Щеки мои красные, и ужасно горит лицо. Мне кажется, что со стороны за мной кто-то наблюдает и мне так стыдно трогать себя там. Хотя, Ава, говорила, что ничего постыдного в самоудовлетворении нет. Что она часто так делает. А вот я никогда ничем подобным не занималась. Та я и не возбуждалась, можно сказать никогда. А тут уже второю ночь подряд сгораю.
Провожу пальцами между влажных складок, прикрываю глаза, и вхожу более уверенно. Трогаю себя там, надавливаю, но долгожданного эффекта не получаю.
Может, я что-то делаю не так. Может, я просто не способна получать оргазмы, такое тоже бывает. А возможно я просто ничего не умею.
Так и сняв этот тугой узел внизу живота, еду в универ. Настроение паршивое. А ещё всё время зеваю. Очень хочется спать. Просидев всего две пары, я тупа, начинаю вырубаться. И когда идём с девочками в кафе, выпить кофе, на телефон приходит смс.
°044...° "Ужасно хочу кофе. Давай сбежим с пар."
Я резко останавливаюсь, и руки начинают дрожать. Я очень хочу с ним на кофе. Так, что ноги готовы броситься бежать прямо сейчас. Я не отвечаю. Не знаю, что писать. Хочу, и не могу одновременно. Пока не приходит следующее смс.
°044...° "Я стою сзади. Если не веришь, повернись."
Набрав в лёгкие побольше кислорода, поворачиваюсь и сразу же сталкиваюсь с его взглядом.
— Мира, ты чего застыла, — отдёргивает меня Ава. Матвей же в этот момент, наглеет ещё сильнее и подмигивает мне. А после наклоняется к телефону, и снова что-то пишет. Мне кажется, проходит целая вечность, прежде чем приходит следующее смс.
 
°044...° "Бежим?"
Одно слово, а у меня голова кружится. Он предлагает сбежать с ним на кофе. А у меня чувство, что на край света. Я вся покрываюсь мурашками. Отрываю взгляд от телефона, и смотрю на него. Всего один утвердительный кивок, и вот он улыбается уже вовсю. Мне самой захотелось смеяться и плакать от счастья. У него такая красивая улыбка...
— Ава, мне срочно надо ехать, — говорю ей, отворачиваясь от Матвея.
— Что-то случилось? — озадаченно спрашивает она.
— Нет. Но мне, правда, надо. Как только можно будет, я тебе расскажу. Хорошо?
Ава лишь загадочно улыбается, и подходит ближе ко мне.
— И пусть это будет, что-то такое, от чего у меня закружиться голова.
— Возможно и такое.
Убегаю от подруги, так и не дав никаких точных ответов. Ноги сами несут к нему. Вот только куда бежать и где мы встретимся, я не спросила. Резко останавливаюсь, и разворачиваюсь обратно. На стоянке много машин, людей же не очень.
Не успеваю сделать и шагу, вижу его. Матвей идёт своей шикарной походкой. Его руки спрятаны в карманы брюк, а рубашка черного цвета, закачена на руках. На глазах солнцезащитные очки.
— И куда это крошка хотела бежать? Передумала?
— Нет, — уверенно говорю я, — Не передумала.
— Тогда погнали.
Мы идём к его машине на расстоянии вытянутой руки. От него снова очень вкусно пахнет. Дурманит меня и несёт. Пьянит и расслабляет.
Чертов Горский, он всех девушек так соблазняет. Стоит рядом ему оказаться, улыбнуться, как девушка уже сама на всё согласна.
Хоть бы не стать одной с них. Я год за ним наблюдала, вот только зачем? Может, просто тогда понимала, что он для меня недосягаемый. А вот сейчас стал в области досягаемости, что с этим теперь делать то?!
— Куда едем? — спрашивает этот демон, как только заводит машину.
— Ты же меня похитил, сам и решай.
— Одуванчик, если бы я тебя похитил, то...
Он так смотрит сейчас, что сердце уходит в пятки. В его глазах однозначно горит огонь. Пламя. Пожар. Боженька, что происходит? На что я согласилась?!
— Ладно. Едем за кофе и перекусом. А там посмотрим.
Снова играет музыка. И я просто расслабляюсь в его машине. К сожалению, мне начинает нравиться эта наша безумная идея сбегать вместе. К такому можно и привыкнуть. Но нельзя ведь.
— Скажи, а ты любишь экстрим?
— Я не могу тебе ответить, так как никогда ничего подобного в моей размеренной жизни не было.
— А как на счёт прыжка с парашютом. Прыгнула б?
— Я об этом могу только мечтать.
— Ладно.
Мы снова заезжаем за едой. В этот раз Матвей заезжает в Мак Дональд-с. Мне берёт спрайт, себе Кока-Колу, гамбургеры и две большие картошки фри.
Мы едим это сидя в парке прямо на газоне. Точнее у Матвея в машине был плед, на котором мы разместились. Он много шутит, и бросает на меня странные взгляды. Я же сама украдкой рассматриваю его. Больше всего мне нравятся его губы. Когда он растягивает их в широкой улыбке и видны его белые зубы. В такие моменты мне чаще всего хочется сидеть ближе к нему. Дневная усталость и желание спать, рядом с ним, исчезает. Я чувствую такой поток сил, что можно горы свернуть.
Хотя самая настоящая гора, сейчас сидит напротив меня и жадно кусает гамбургер. Ох, уж эта гора.
— Поехали? — толкает меня легонько в плечо Матвей, как только заканчивает есть.
Я даже расстраиваюсь из-за того, что сегодня так быстро расходимся. Но сказать ему этого, конечно же, не решаюсь. У него, возможно, свои планы на день, и тем более вечер. А он возится тут со своим "мнимым" другом.
Когда уже сидим в машине, меня и вовсе накрывает тоска. Так глупо, хотеть видеть его чаще и больше. Но ведь по факту, это единственное, что мне можно.
— Мирослава, ты извини, что мы так быстро сегодня. Мне просто через час на тренировку. Не люблю опаздывать.