Дамби - не гад! (СИ)
Неожиданно мне на выручку пришла та, на кого я меньше всего рассчитывал. Сдавленно икнув, Трелони заявила своим фирменным замогильным, пробирающим до костей голосом:
- Глупо противиться судьбе. Если ей угодно, чтобы знания о благом деле остались лишь в памяти его участников, быть посему! Я п-принесу Обет, господин директор!
Сильно сказано. Вот если бы еще язык не заплетался, было бы идеально. А главное - как своевременно! Я ведь уже, грешным делом, подумывал уволить прорицательницу-пьянчужку, но теперь ясно вижу, что любому таланту можно найти грамотное применение. Надо будет закупить для Сибиллы пособия по прикладной психологии и заставить проштудировать. Пусть поднимет свой уровень и детей за собой подтянет. Гадание на чаинках или кофейной гуще - занятие, конечно, увлекательное, но от любого предмета должна быть реальная польза. Даже от прорицаний. А если ее нет, зачем тогда ставить дисциплину в расписание? Устроить факультатив со свободным посещением - и пускай себе дальше чаи гоняют, фантазируя на тему мрачного будущего!
Я перевел взгляд на преподавателя полетов:
- Роланда?
Профессор молча кивнула, прикрыв желтые глаза. А вот декан Хаффлпаффа продолжала колебаться. Впрочем, недолго. Обреченно вздохнув, толстушка махнула рукой:
- Обет, так Обет! Хотя лично я предпочла бы 'обливиэйт', чтоб не мучиться.
Искреннее разочарование женщины вызвало у меня улыбку:
- Помона, жадность до добра не доводит! Как мне кажется, свежего материала для увлекательных бесед у тебя достаточно, и без внимания ты точно не останешься. Но если настаиваешь...
- Нет-нет, господин директор, я просто пошутила! - быстро пошла на попятную профессор.
Сама процедура много времени не заняла. Профессора по очереди поклялись сохранить втайне от всех случай с одержимостью Квиррелла и свое участие в лечении профессора маггловедения. Заверяла клятвы Минерва. Именно поэтому я посадил ее отдельно - чтобы у коллег даже мысли не возникло поинтересоваться, почему это МакГонагалл наглым образом отрывается от коллектива. Психология, однако! Возможно, чуть позже они решат, что анимаг уже приносила подобный Обет, но интересоваться не станут. Клятва не позволит, на уровне подсознания заставляя молчать о происшествии. Ведь формулировка 'сохранить втайне от всех' была выбрана мною отнюдь не случайно.
Распределив роли, места встреч, обговорив манеру поведения с одержимым, подкинув темы для бесед и прочее, я попросил всех быть готовыми в восемь. На случай, если Квиррелл решит появиться чуть раньше (так сказать, провести рекогносцировку). Напоследок максимально искренне поблагодарил присутствующих за готовность помочь, предупредил, что аврорам, если вдруг таковые объявятся, нужно хором рассказывать сказку о тестировании защитных систем замка, и отпустил с богом, попросив Штирлица-Минерву остаться.
Едва за Сибиллой закрылась дверь, МакГонагалл удивленно произнесла:
- Сиутеотео? Насколько я помню из уроков ЗоТИ, их никто не встречал уже пару веков.
- Да? - удивился я. - Ладно, не буду с тобой спорить. Книге, в которой я о них вычитал, навскидку лет триста, и некоторые содержащиеся в ней сведения могли морально устареть.
- Допустим. Но почему ты вообще решил им солгать? Почему не рассказал о Волдеморте? Все равно же пришлось использовать Непреложный Обет.
- Во-первых, у магглов есть такая поговорка: меньше знаешь - крепче спишь. Во-вторых, откровенной лжи в моих словах не было. Злой дух действительно имеется, Квиррел точно подцепил его во время путешествия, а после изгнания возможны жертвы среди магглов, которых при жизни так не любил Том. В-третьих... Минни, ты же умная женщина, попробуй догадаться сама!
Нахмурив брови, анимаг предположила:
- Ты подозревал, что они не смогут подавить свой страх перед Волдемортом и сорвут завтрашнее представление? Или ты не хотел, чтобы подчиненные узнали о твоем поражении десятилетней давности?
Вместо ответа я подошел к профессору, чмокнул ее в сладкие губки и довольно протянул:
- Моя ты умничка! Ведь можешь, когда захочешь. Держи вкусняшку!
Я вручил смутившейся кошечке шоколадный батончик. Что ж, если Минерва сама не понимает необходимость пользоваться мозгами, будем дрессировать! Как говорил герой одного популярного британского сериала, думайте - ЭТО теперь сексуально! А если за шевеление извилинами еще и награда полагается, условный рефлекс выработается достаточно быстро.
- Как Гарри воспринял новость?
- Прекрасно, - улыбнулась профессор. - Он выглядел счастливым. Сразу дал слово слушаться меня, не доставлять проблем и заявил, что мы с тобой не пожалеем о своем решении. Милый ребенок.
Я ухмыльнулся. Вот ведь, мелкий манипулятор! Прошло чуть больше суток, а МакГонагалл в нем уже души не чает. И откуда что берется? Сомневаюсь я, что шкет читал Карнеги с Гегеном или пособия по нейролингвистическому программированию. Скорее, у Гарри просто аномально развита интуиция. Не как у джедаев с Далекой-Далекой галактики, но вполне достаточно, чтобы за день втереться в доверие к суровому декану, повидавшей на своем веку великое множество подобных сорванцов... и заставить меня изменить принятое решение, подписав документы на опекунство. Талантище!
Если бы не эмоции мальчика, я бы наверняка заподозрил, что встретил коллегу-попаданца. Уж больно сообразительным оказался пацаненок. Однако испытываемые Поттером чувства говорили иное. Так качественно их имитировать попросту невозможно. Даже опытному легилименту вроде меня. Отсюда вывод - суровое детство оказалось хорошим стимулятором для психоэмоционального развития ребенка, и сейчас Гарри по уровню интеллекта значительно обгоняет своих сверстников. И моя задача - не похерить этот шикарный потенциал, как вышло у оригинального Дамблдора. Вот удалим крестраж и сразу подналяжем на учебу, а лет через пятнадцать вся Англия с радостью проголосует за самого молодого в истории кандидата в Министры Магии!
Услышав знакомый сигнал, оповещающий о подходе новой партии гостей, я напомнил Минерве, что нашего подопечного не мешало бы накормить обедом. А то у пацана, с самого утра ползающего по грядкам, наверняка уже живот к спине прилип. Последнее я заявил вслух, забыв, что в Англии такой поговорки не существует, и МакГонагалл, воспринявшую мои слова слишком буквально, как ветром сдуло. А спустя десяток секунд в кабинет ввалилась сопровождаемая лесником бригада строителей.
Хотя, справедливости ради, какая к чертям 'бригада'? Так, троица невзрачных мужиков рабоче-крестьянской наружности, одетых в маггловские шмотки. Один показался мне смутно знакомым - вроде бы, он учился на Хаффлпаффе лет так сорок назад. Двое других никаких ассоциаций в памяти не вызвали. Отпустив Рубеуса, я приступил к процедуре прощупывания работяг. Выяснилось, что главный в бригаде как раз-таки выпускник Хога, который был совсем не против немного рассказать о себе, прежде чем приступать к починке своей альма-матер.
Джон Мэттисон, закончивший школу еще в сороковых, как и любой магглорожденный волшебник после выпуска столкнулся с проблемой поиска работы. Время тогда было сложным, в Магической Англии царила послевоенная разруха. В Министерство ему пробиться не удалось - не было связей, свое дело открыть не получилось - не было денег, поработать 'на чужого дядю' не вышло - не было подходящего дяди на горизонте. В общем, помыкавшись в мире волшебников, юный маг плюнул и вернулся в обычный. Специальности у него не было, поэтому единственное, что оставалось - довольствоваться незавидной вакансией разнорабочего.
Парню повезло. Попав в стойбригаду крупной компании, он за несколько лет освоил все тонкости ремонтно-отделочных работ, а потом, встретив коллегу-единомышленника из Франции, тоже магглорожденного волшебника, промышлявшего изготовлением мебели, решил открыть маленькую частную фирмочку и обосноваться в пригороде Лондона. Поначалу дела шли неважно, заказчиков было мало, а большая часть выручки уходила на покупку инструментов. Но слух о парочке 'мастеров на все руки', которые не задирают цены на свои услуги, со временем разошелся по округе, и клиенты начали выстраиваться в очередь.