Дамби - не гад! (СИ)

Секунду спустя вернулся домовик с охапкой корреспонденции. Следом за ним в кабинете появилась Латти с обещанными целительницей зельями и моим обедом, в котором калорий было меньше, чем в дешевом 'бомж-пакете' с вермишелью. Бросив взгляд на содержимое доставленного эльфийкой подноса, МакГонагал сказала:
- Ладно, Альбус, не стану тебе мешать. Приятного аппетита!
- Спасибо, Минни, - отозвался я. - Иди уже, обрадуй мальчика! Я же вижу, что тебе не терпится. И Хагриду заодно сообщи, что скоро ко мне должны прийти гости. Пусть впустит их и проведет.
  
Улыбнувшись, счастливая кошечка чмокнула меня в губы и резво выскочила из кабинета, будто одним махом скинула лет сорок, превратившись в беззаботную выпускницу, которую пригласил на бал лучший парень школы. А вот у меня причин для веселья не было. Безопасный способ намекнуть Минни на то, что 'де факто' я не делал ей предложение руки и сердца, моя голова выдумывать отказывалась. Поскольку даже самому тупому тритону было понятно, любая попытка объяснить, что 'совместное опекунство' и 'брак' - это разные вещи, грозила смертельной обидой и немедленным разрывом отношений, которого я допускать не хотел.
Блин блинский, это же надо было так вляпаться! Всю сознательную жизнь я успешно бегал от этого нехорошего дела (а всем известно, что хорошее браком не назовут!), но попал в другой мир и сразу размяк, закономерно угодив в цепкие лапки местной киски. Сейчас я понимал, что можно было прикинуться валенком и сделать вид, что не понял намека. Или сразу заявить, что нам не следует так спешить с развитием отношений (предложение спустя полчаса после признания - это крайне опрометчиво!). Но нет. У меня, видите ли, язык не повернулся огорчать любимую! А теперь придется смириться с мыслью, что Минни видит меня своим без-двух-минут законным супругом. Шедеврально!
'Не понимаю, чем ты расстроен? - послал мне мысль феникс. - Что плохого в том, что Кошка будет считать тебя своим самцом?'
Задумавшись, я признал, что Фоукс абсолютно прав. Зачем переживать? Минерва в любом случае не собирается силком тащить меня в Министерство для регистрации, так что официальное оформление отношений я могу откладывать сколь угодно долго. Благо опыт в этом деле имеется. Ну а на окружающих плевать! Нравы в волшебном мире достаточно свободные, так что общественного порицания можно не опасаться. И единственное, что мне грозит - придется поставить крест на невинных поцелуях с целительницей. А то моя кошечка весьма ревнива и не потерпит рядом с собой других самок... Тьфу ты, женщин!
Отложив на время дела сердечные, я принялся за обед. Переправив знакомые, ничуть не улучшившие своего вкуса лечебные зелья в пустую утробу, я быстро опустошил тарелки и позволил домовушке их унести. Разумеется, нисколько не наелся, но решительно отогнал соблазнительные мысли о спрятанных в столе шоколадных батончиках и прочих вкусняшках и продолжил поиски. Спустя несколько минут нужные бланки были найдены. Проанализировав список Филча, я определил примерную сумму, которую смогу выделить строителям без особого ущерба для школьного бюджета, таявшего буквально на глазах. Осталось выяснить количество наемных специалистов и срок, на который они согласятся заключить контракт.
Тут мой взгляд зацепился за Омут Памяти. Поразмыслив, я решил вернуть артефакт на место. Поднял тяжелую посудину, в которой колыхалась серебристо-молочная жидкость, напоминавшая густой туман, и просто вылил содержимое на пол. Затем поставил пустой думосброс в шкаф и метнул прицельное заклинание, без следа развеявшее маленькую серебристую лужицу. Копии воспоминаний о ритуале мне уже не понадобятся. Да-да, именно копии, хотя в истории Роулинг утверждалось, что в Омут сливаются оригиналы - вот же форменный бред!
К слову, в семикнижии содержалось много связанного с данным артефактом абсурда, который моментально пропадал, стоило поглядеть на ситуацию под другим углом. К примеру, регулярное 'сливание' воспоминаний Снейпом, которое он проделывал перед каждым 'занятием окклюменцией' с Поттером, и по которому не единожды прошлись фикописцы, сразу становится логичным. Странно, что опытный легилимент опасался, будто необученный школьник сможет пробить его защиту. Странно, что выбор воспоминания для 'удаления' пришелся на случай с дурацкой выходкой Поттера-старшего (как будто этого зельевар стыдился больше, нежели своего участия в Пожирательских акциях устрашения!). Странно, что воспоминания сливались в артефакт, предназначенный исключительно для их просмотра, а не в любую другую емкость.
Но ведь смысл этой затеи изначально был иным! Снейпу требовалось разрушить природную защиту разума Мальчика-Который-Выжил, тем самым настроив его на сознание Волдеморта, затем покопаться в памяти своего хозяина и предоставить директору информацию о крестражах Лорда. Именно поэтому он ничему не учил пацана. Именно поэтому с самого первого дня привлек внимание к думосбросу. Именно поэтому, когда дело было сделано, 'случайно' оставил любопытного мальчишку наедине с артефактом. Результат закономерен - после просмотра воспоминания о проделках Мародеров и ссоре с Лили Северус скорчил вид оскорбленной невинности и наотрез отказался от продолжения 'занятий', а Поттер так ничего и не понял.
Впрочем, воспоминания зельевара о его неземной любви к матери Гарри, которые герой собрал вместе с кровью умирающего Снейпа, остаются бредом, с какой стороны на них не смотри. И лично я уверен, что данная сцена была придумана Мамашей Ро (или ее редакторами) для придания большего драматизма финальной битве за Хогвартс. Почему? Да потому что только данный эпизод получился реально сильным и эмоциональным! К примеру, лично у меня, как при прочтении книги 'Даров', так и при просмотре ее экранизации, моменты гибели туевой хучи положительных персонажей не вызывали ровным счетом никаких чувств. Но вот 'шпиёна' отчего-то было жалко.
Вернувшись в кресло, я занялся корреспонденцией. Письма коллег по Визенгамоту сразу откладывал в сторону. Я не попугай, чтобы по сто раз одно и то же повторять! Пусть терпят и сгорают от любопытства. Вот разродится Малфой своей версией законопроекта, тогда и обрисую им стратегию действий! А вот серый конверт от Арабеллы Фигг я вскрыл и прочитал свежий отчет пожилой кошатницы. Та сообщала, что не далее как сегодня утром Гарри Поттера забрала с Тисовой некая пара, внешне очень похожая на меня с МакГонагалл, и спрашивала, действительно ли это были мы, почему я не предупредил ее о своем визите к Дурслям, и что теперь делать с нашей договоренностью. Ведь если мальчик больше не вернется в Литтл Уингинг, означает ли это, что старушке больше нельзя заниматься любимыми котиками?
В ответном письме я пожурил сквибку за утрату бдительности (Арабелла явно восстанавливала события по рассказам очевидцев, а значит, за домом толком не следила, халтурщица), развеял ее сомнения и приказал ждать дальнейших инструкций. В принципе, Фигг мне уже не нужна, но хороший руководитель преданными кадрами не разбрасывается, и позже мне обязательно нужно придумать, как с пользой использовать ее таланты. Хоть тому же Малфою всучить - пусть у него на ферме книззлов разводит! Или соболей. Или еще-каких-нибудь пушистых зверей. Шелковые мантии с меховыми воротниками должны произвести фурор в местной моде!
Следующее письмо было от Квиррелла. Признаюсь, я слегка обалдел, когда увидел имя отправителя, после чего проверил конверт всеми известными чарами. Однако ни магии, ни вредных веществ в нем не содержалось. Только бумажный листок, в котором профессор маггловедения извинялся за то, что сразу не поставил меня в известность о своем прибытии, приводя в качестве оправдания стандартную студенческую отмазку. Мол, ему в последнее время что-то нездоровилось, поэтому, как говорится, забыл, запил и забил. Но на завтрашнем совещании он обещает быть и интересуется временем его начала, поскольку в письме я его не упоминал.
  
Я едва в пляс не пустился, издав радостный крик Матроскина: 'Ура! Заработало!'. Так-так, теперь главное - не спугнуть зверя, который сам идет в расставленный капкан! Мой ответ был предельно кратким: я поблагодарил Квиррелла за то, что он напомнил мне о такой важной мелочи, и сообщил, что педсовет начнется в девять утра. Попросил не опаздывать, пожелал крепкого здоровья и поставил автограф. Перечитав послание, не обнаружил в нем ничего, что могло бы насторожить Волдеморта, и снабдил конвертом.