Дамби - не гад! (СИ)

- Потому что нам нужна достоверная 'легенда', - ответил я. - На случай, если Вернон не изменит своего решения, нам будет лучше стать родственниками Гарри по линии его отца, родившегося и выросшего в Америке, которые хотят забрать мальчика к себе. Ведь любопытных соседей Дурслей может насторожить внезапное исчезновение ребенка, а данная история отлично все объяснит. Однако для большей достоверности нужны детали, которые мы и обеспечим, всего лишь приехав в нужное место на такси. Ясно?
  
- Круто придумано! - восхитился прислушивающийся к разговору шкет. - Прямо как в шпионских сериалах!
Я улыбнулся и весело заявил:
- Это я даже не старался!
Но в следующий миг улыбка покинула мое лицо. Нет, зарезервированная мною машина оказалась на месте, но вот ее пассажирское сидение уже было занято каким-то мужчиной в синей бейсболке, который, судя по активной жестикуляции, уговаривал водителя отвести его, куда нужно. Причем сомнение, появившееся в глазах таксиста, непрозрачно намекало, что дело стремительно двигалось к согласию сторон. Подойдя к авто, я заглянул в окошко и спросил:
- Мы можем садиться?
Узнав меня, шофер ответил:
- Сразу, как только джентльмен освободит салон.
- Двойной счетчик! - нахально заявил хрен с кепкой.
Надо отдать должное водителю, он ничего не сказал, но эмоции маггла ясно говорили мне, что еще одно повышение цены - и мужик поднимет лапки кверху, заявит мне: 'Ничего личного, только бизнес!' и обдаст на прощание парами бензина.
- Двойной счетчик за маршрут до Тисовой-четыре и обратно, плата за простой на адресе и щедрые чаевые, - спокойно заявил я.
Оживившийся таксист повернулся к пассажиру:
- Сэр, я прошу вас покинуть транспортное средство.
Окинув меня неприязненным взглядом, недовольный мужчина выбрался из авто и на прощание так хлопнул дверью, что едва стекло не вылетело. Но качество английских автомобилей на голову превосходило выкидыши российского автопрома, и гнев несостоявшегося пассажира никакого вреда такси не причинил. Это я ощутил, галантно распахивая ту же дверцу для Минервы.
- Никогда не нужно торговаться с американцами! - сказал я в спину бейсболисту, дождался, пока в автомобиль запрыгнет Гарри, и залез сам.
Дорога заняла всего четверть часа. Когда водитель остановил авто у дома Дурслей, я попросил его посигналить, заметив играющих дальше по улице ребятишек. Таксист просьбу выполнил, получил пятьдесят фунтов и пообещал дождаться нашего возвращения. Выбравшись из машины, я увидел стоявшую на пороге Петунию. Судя по печальному лицу женщины, вердикт был неутешителен. Однако пьесу нужно было доиграть до конца.
Вместе с Гарри мы прошли в дом его родственников, поприветствовали хмурых мистера и миссис Дурсль, поздоровались с Дадли, который во все глаза разглядывал нас и своего кузена, словно рассчитывая обнаружить замаскированные хвосты и рога. Воспользовавшись приглашением Петунии, мы прошли в гостиную и снова устроились на креслах напротив хозяйской четы. Не став ходить вокруг да около, я сразу перешел к делу:
- Итак, что вы решили? Согласны, чтобы Гарри обучался в школе магии, приезжая к вам на каникулы, или продолжите настаивать на отказе от всякой ответственности за жизнь мальчика?
- Продолжу! - твердо заявил Вернон. - В моем доме нет места ненормальным!
Тетка национального героя, сдавленно всхлипнув и промокнув глаза платочком, тихо произнесла:
- Прости, Гарри.
Мальчик хоть и был морально готов к подобному ответу, но все равно понурился. Потрепав его за непослушные вихры, я прошептал: 'Крепись! Ты же мужчина!', достал из кармана листы с пером и протянул их Дурслю:
- Поставьте свое имя и подпись в верхней пустой графе. Ваша супруга тоже должна будет расписаться аналогичным образом.
Вернон решительно цапнул перо, разложил документы на журнальном столике и принялся выводить свой автограф. Однако, нацарапав первую букву, охнул и удивленно пожаловался:
- Больно!
- Терпите, мистер Дурсль! - приказал я. - Вы же понимали, что придется расписываться кровью. А царапины на руке быстро заживут. Главное - обработать антисептиком, чтобы инфекцию не занести.
Мужчина с недоверием поглядел на меня, затем на стоявшего рядом Гарри и решительно продолжил писать. Закончив, передал перо Петунье, которая провозилась не в пример дольше - видимо, привыкла к шариковым ручкам. Потирая запястье, на котором отпечатался размашистый автограф, Вернон мрачно уточнил:
- Это все? Теперь вы оставите нас в покое?
- Секундочку! - попросил я, достал из кармана пачку купюр и положил их на столик. - Здесь десять тысяч фунтов. Надеюсь, эти деньги окажутся достаточной компенсацией за взорванный телевизор и прочие неудобства, которые вам мог причинить мальчик. Потерю интереса со стороны социальных служб я вам гарантирую. Но будет лучше, если всем любопытствующим вы станете рассказывать, что Гарри улетел в Соединенные Штаты к своим внезапно объявившимся родственникам по линии Джеймса, у которых есть своя ферма в Аризоне. Надеюсь, такая история не покажется вам ненормальной?
Вместо ответа удивленный Дурсль потыкал пачку пухлым пальцем и уточнил:
- Это какой-то фокус? И как только вы исчезнете, они превратятся в конфетные фантики?
Поднявшись с кресла, я аккуратно сложил подписанные документы, спрятал их с пером в карман и ответил:
- Деньги настоящие. Мы же не фокусники и не дикари какие-нибудь. Пойдем, Гарри, нам пора!
- Постойте! - спохватилась Петуния. Выбежав из комнаты, она вернулась с большим чемоданом и протянула его мне: - Вот, я тут собрала мальчику в дорогу. Документы, одежду, зубную щетку, немного еды... Гарри, прости! Я пыталась уговорить Вернона, но...
- Не переживайте, тетя, я все понимаю, - совсем по-взрослому произнес пацан.
Секунду поколебавшись, я достал палочку, трансфигурировал из воздуха листок бумаги с текстом и протянул его женщине, пояснив:
- Тут адрес моего абонентского ящика в центральном почтовом отделении Лондона. Если хотите, вы всегда можете написать племяннику письмо. Только учтите, этот листок скоро исчезнет.
- Спасибо, - прошептала Петуния, глаза которой стремительно наполнялись слезами.
- Не за что. А теперь давайте выйдем на улицу и устроим для ваших соседей спектакль под названием 'Прощание с гостями из Америки'!
Шоу удалось на славу. Были и рукопожатия, и крепкие объятия, и слезы. Вернон отыгрывал свою роль на все сто. Либо понимая, что данное представление пойдет на пользу его репутации, либо впечатленный тем, как легко я расстался с солидной суммой. Среди эмоций толстяка я уловил сожаление, но не разобрался, чем оно вызвано - то ли запоздалой мыслью, что за подписание договора можно было потребовать от меня гораздо больше десяти штук, то ли пониманием упущенного шанса завести дома личного волшебника, способного в буквальном смысле делать деньги из воздуха.
Таксист, судя по энтузиазму окружившей автомобиль малышни, уже успевший поделиться новостью о щедрых американцах, помог мне загрузить чемодан в багажник. Усевшись на заднее сидение, мы старательно помахали Дурслям в окошко и поехали обратно на вокзал. Дорога прошла без эксцессов. Расплатившись с водителем, я прикинул количество оставшейся наличности и решил заскочить в имевшийся на станции продуктовый магазин. Там в отделе сладостей выбрал десяток шоколадных батончиков, один из которых тут же сунул Гарри - заесть разочарование, а также набрал множество самых разнообразных пакетиков с орешками всех видов, жареными семечками, кукурузными зернами и прочей дребеденью - для фамильяра. Давно ведь собирался побаловать Фоукса.
  
Купив на кассе крепкий пакет, я сложил лакомства в него. Затем отвел молчаливых МакГонагал с Гарри в укромный уголок, подальше от видеокамер и чужих взглядов, уменьшил громоздкий чемодан, сунул его в карман, приказал спутникам держаться за меня, обнял их и аппарировал в кабинет. Само перемещение прошло неплохо, но вот приземление вышло жестким (видимо, из-за защиты директорской башни). И если Минерву я подхватить успел, чтобы профессор не навернулась головой об шкаф, то мелкий Поттер лягушкой растянулся на полу.