Дамби - не гад! (СИ)
- Хрена себе! Вот так десять-'дэ' кинотеатр!
Я ведь не просто следил за происходящим, а буквально проживал его! Чувствовал запахи травы и полевых цветов, ощущал переполняющее грудь веселье, слышал мысли Дамблдора... И это было потрясающе! Как будто я сам стал беззаботным наивным ребенком, грезившим о великих свершениях.
Почувствовав, как губы снова растягиваются в дурацкой ухмылке, я взял себя в руки, водрузил восстановленную книгу на пустую полку и поднял следующую. Та была повреждена намного сильнее и представляла собой ворох мятых страниц, вдобавок выпачканных в чем-то липком. Придав стопке подобие формы, я сунул ее в первую попавшуюся обложку и уже осознанно овеял своей силой. Как домовика. Спустя десяток секунд в моих руках лежал новенький том, который я уже не стал изучать, а просто определил на стеллаж.
Книга за книгой отправлялись на полку. Одни удавалось восстановить легко, над другими приходилось колдовать подольше, некоторые вообще отказывались реанимироваться без недостающих страниц. Но когда я спустя пару часов кропотливой работы оглядел результат, то не сдержал обреченного вздоха. Бардака меньше не стало. Несмотря на то, что одна из полок оказалась полностью заставленной фолиантами, это была капля в море. Груды ожидающей моего внимания макулатуры уходили вдаль и терялись во мраке, порождая мысль, что горбатиться мне тут до самой пенсии.
Нужно было искать другой способ. Поразмыслив немного, я подошел к одной из куч, состоящей из каких-то ошметков, вытянул руки и представил, как из меня выходит живительная сила. Чудодейственное тепло из моих ладоней потекло на покалеченные книги. Пару минут ничего не происходило. Тогда я увеличил силу передачи, и груда вяло зашевелилась. Собрав волю в кулак, я добился, чтобы выходящая из меня энергия превратилась в бурный поток, и только тогда дело пошло на лад. Бумажные обрывки сами собой начали составляться в целые страницы, те собирались в пачки и прятались под обложки. Спустя пару минут все замерло. Ощутив, что моя сила расходуется попусту, я прекратил подачу. Передо мной лежали, поблескивая кожаным переплетом, пухлые книжные тома, которые осталось расставить по полкам. Справившись с этой нехитрой задачей, я перешел к следующей куче...
Когда на стеллажах обосновались более тысячи восстановленных книг, я почувствовал сильную усталость и расстроился. Я ведь уже настроился управиться за один заход, а тут такой облом. Оглядев достигнутый результат, я прикинул, не изучить ли мне еще какое-нибудь воспоминание. Но особого желания не наблюдалось, а усталость давила на нервы тяжким грузом. К тому же, неизвестно, сколько прошло времени во внешнем мире, и не стала ли моя глубокая медитация причиной паники Помфри, вознамерившейся устроить ночной осмотр и обнаружившей своего пациента в коме.
И я решил заканчивать. Сосредоточившись, я вынырнул из своего разума в реальность и зашипел от волны невыносимой боли, источником которой оказалась моя голова. Похоже, я сильно напортачил, копаясь в памяти директора, и сейчас седовласая черепушка открытым текстом заявляла, что готова в любой момент пораскинуть мозгами, добавив в интерьер палаты алых мазков. Боль была настолько сильной, что у меня даже появилась мысль позвать на помощь Помфри. Но как появилась, так и пропала, снесенная ураганом ощущений. А когда я попробовал пошевелиться, очередная волна боли, много сильнее предыдущей, отправила мое сознание во тьму...
* * *
'Хм, незнакомый потолок...' - подумал я, открыв глаза.
Проснувшаяся память ехидно напомнила, что я, вообще-то, угодил в мир Поттерианы, а не Евангелиона, и восторгаться незнакомыми потолками мне по сеттингу не положено. Быстрые взгляды по сторонам подтвердили - мои ночные эксперименты таки не привели к преждевременному летальному исходу и радикальной смене фандома. Я все еще находился в больничном крыле Хогвартса, провалявшись в отключке до самого утра. С одной стороны, можно вздохнуть с облегчением - очередного 'попадалова' не случилось, и мне не придется заново проходить весь этот ад с лихорадочным вживанием в роль и реалии окружения, но с другой... угодить в какой-нибудь японский гаремник я бы не отказался!
Оставив несбыточные мечтания о толпе кавайных няшек, пачками вешающихся на мою шею, я провел инвентаризацию организма и был приятно удивлен. Директорское тело продолжало беспрекословно подчиняться, от вчерашней головной боли не осталось и следа, сознание было ясным и чистым, а единственное, что вызывало дискомфорт - чувство голода. Мне очень хотелось есть. Вернее, ЖРАТЬ! Причем, все равно, что, лишь бы поскорее наполнить пустующую утробу. Чувство оказалось настолько сильным, что я едва удержался от того, чтобы вызвать Ниппи и приказать ему раздобыть чего-нибудь съестного.
Это настораживало. Подобного я никогда ранее не испытывал. Да, мне не раз приходилось ради квартальной премии жертвовать обеденным перекусом, был в моей жизни период, когда по наущению своей девушки несколько месяцев я пытался стать вегетарианцем (кстати, безуспешно - когда ненаглядная застукала меня посреди ночи за поеданием тайком купленной колбасы, моему вегетарианству, как и нашим отношениям, пришел конец), но чтобы от голода мне натурально сносило крышу, как сейчас - такого не наблюдалось. Интересно, что это - побочный эффект лечебных зелий или фундаментальный закон мира? Лично я склонялся к первому варианту, но и второй сбрасывать со счетов не спешил. Ведь он прекрасно объяснял и вспышку эмоций потерявшей голову Минервы, и некоторые странности канона.
Какие именно? Ну, ни для кого не секрет, что почти все персонажи Роулинг грешат эмоциональной гипертрофией. Тут вам и лютая ненависть к школьным врагам Снейпа, и слепая преданность вожаку Блэка, и материнская любовь Лили, способная на отражение авады и испепеление одержимого Волдемортом Квиррелла, и ненормальная зацикленность самого Темного Лорда на Гаррике, и прочая, и прочая.
Согласен, такая ненатуральность и даже карикатурность чувств прекрасно укладывается в рамки детской книжки и отторжения не вызывает. Но для меня-то эта история уже перестала быть сказкой! И я готов всерьез рассматривать гипотезу, что магические способности негативно воздействуют на эмоциональную сферу личности человека, конкретно так расшатывая крышу мага, чтобы в один прекрасный миг доминирующее в сознании чувство трансформировалось в жизненное кредо.
Как, например, у Альбуса. Еще в детстве мечтая стать Великим Светлым Магом, он своими руками вырастил нового Темного Лорда, с которым и начал героическое противостояние. А что такого? С Геллертом же прокатило? Победителю Гриндевальда щедрая общественность отсыпала столько плюшек, сколько тот смог унести. Ну а когда отблески былой славы начали меркнуть, потребовался очередной сильный враг, с которым никто, кроме доброго дедушки, не смог бы справиться...
'Стоп! - мысленно оборвал я себя. - Это сейчас были мои догадки, основанные на прочитанных фанфиках, или воспоминания?'
Обращение к памяти директора принесло лишь боль в висках (слабую - то ли я уже притерпелся, то ли глубокая медитация все же пошла моей тыковке на пользу), и выяснить, умышленно Дамблдор воспитал Риддла маньяком-магглоненавистником или тот самостоятельно свернул на 'темную сторону силы', не удалось. Другие выбранные наугад темы также не приносили нужного отклика. Видимо, рано я обрадовался. Восстановить поврежденные воспоминания директора - это еще полдела. Чтобы получить возможность ими пользоваться, мне придется лично прожить каждое.
Кошмар! Это сколько же мне придется медитировать? Прикинем - сотня альбусовских лет, минус сопливое детство, минус время, потраченное на сон и удовлетворение естественных физиологических потребностей... Нет, все равно получается дохрена! И потом, прожив жизнь Дамблдора, не превращусь ли я в такого же старичка с манией величия, нетрадиционной ориентацией, очень хитрым планом и крайне оригинальным взглядом на жизнь? Ох, не хотелось бы...