Героини, из которых мы выросли. Как Царевна-Лягушка, Блондинка в законе и Русалочка сформировали нас
Героиня видела трех всадников, которые символизировали день, солнце и ночь, и про каждого из них Яга говорит «мой» – получается, что старуха управляет временем, солнцем и, кто знает, может, и всем остальным. Образ Бабы-Яги оказывается сложнее, чем мы предполагали ранее. Она не только колдунья и проводник, но и древнее божество, подобное Гее в древнегреческой мифологии, или матери-земле – той, что породила все вокруг себя, в том числе и небесные светила, которые каждый день летят мимо ее двора. Но почему старуха дает Василисе возможность задать интересующие ее вопросы?
Во-первых, Василиса прошла первую часть испытаний, а значит, заслужила приобщиться к тайному знанию, которое обещано аккурат после обряда инициации. Во-вторых, Василиса теперь женщина, а значит, она так же, как и богиня-земля, может создавать новую жизнь. Хоть она вряд ли станет хозяйкой природы и воплощенным божеством, но теперь ей нужно будет ориентироваться на природные циклы и сравнивать их со своими. Хоть в сказке и нет Луны, чьи фазы можно было бы сравнить с женским менструальным циклом, аналогия, я думаю, понятна. Теперь Василиса – не просто забитая мачехой девочка, а гораздо больше. Но почему Василиса останавливается в своих вопросах? Почему не спрашивает дальше про странные пары рук, которые помогают Яге?
В сказке это объясняется простой присказкой – много будешь знать, скоро состаришься. Но о чем это? Знания могут состарить? Получается, учеба до 11-го класса и университетские годы были ловушкой? Но, думаю, здесь речь все же не о физическом старении. Тогда о чем?
На первый взгляд кажется, что Василиса просто проявляет уважение к Яге и не хочет злоупотреблять гостеприимством, а может, и побаивается ее. Но если копнуть глубже, то, вероятно, часть знаний, которую героиня все же получила, как раз подходит под ее инициацию и только-только зарождающуюся взрослость. Другие же умения и мудрость она сможет получить позже, когда перейдет на следующие жизненные этапы женщины: вступит в брак, заведет ребенка, вырастит его, переживет потерю репродуктивной функции и менопаузу и только после этого станет старухой, знающей женщиной, которую не испугают даже летающие сами по себе руки.
Возвращение домой (?)
После разговора Яга не стала слишком церемониться и вскоре вытолкала Василису за дверь, узнав, что та ходит с благословенной куколкой.
«“Теперь я тебя спрошу: как успеваешь ты исполнять работу, которую я задаю тебе?” – “Мне помогает благословение моей матери”, – отвечала Василиса. “Так вот что! Убирайся же ты от меня, благословенная дочка! Не нужно мне благословенных”».
Все еще обожаю сказки, где уживается и монотеистический христианский Бог и Баба-яга, но не об этом сейчас. Самое главное – Василиса получает огонь, за которым изначально шла! И возвращается в ужасе с ним домой.
Огненная черепушка – это волшебный предмет, который символизирует знание, которое получила Василиса, то, что поможет видеть мир яснее. Мне нравится сравнивать череп с интуицией, которая иногда может быть нам самим непонятной, а часто и пугать своими предположениями, но важно донести ее до своего внутреннего дома, чтобы не позволить больше мачехам и сестрам плохо с тобой обращаться.
«Внесли череп в горницу; а глаза из черепа так и глядят на мачеху и ее дочерей, так и жгут! Те было прятаться, но куда ни бросятся – глаза всюду за ними так и следят; к утру совсем сожгло их в уголь; одной Василисы не тронуло».
Череп – подарок Яги – абсолютно далек от любых норм морали. Сказки вообще жестоки и безжалостны, особенно к тем, кто обижает главных героев. Судьба мачехи и сестер незавидна, но ожидаема! Но самое интересное, что Василиса после этого не остается дома и зарывает череп.
Если у вас нету дома
Фольклористка Варвара Добровольская [10] заметила, что, в отличие от героев, которые возвращаются в родное царство, а то еще и невесту с собой приводят, героини почти никогда не могут вернуться к себе домой, разве что ненадолго. Это может отражать более поздние традиции, которые и у нас сохраняются в некоторой степени, когда жена уходит из родительского дома и, пройдя очередную инициацию (свадьбу), переходит в новое пространство – дом мужа и его семьи. Похожее происходит и с Василисой, но между злобной мачехой и специфическим царем – отцом царевича – проходит некоторое время.
Чем будет заниматься Василиса?
Ткачество, судьба и женщины
«…Пошла в город и попросилась на житье к одной безродной старушке; живет себе и поджидает отца. Вот как-то говорит она старушке: “Скучно мне сидеть без дела, бабушка! Сходи, купи мне льну самого лучшего; я хоть прясть буду”. Старушка купила льну хорошего; Василиса села за дело, работа так и горит у нее, и пряжа выходит ровная да тонкая, как волосок».
Кажется, что Василиса, достаточно жестоким образом сепарировавшись от родительской семьи, начинает свою карьеру: ведь нужно как-то выживать, хотя не очень понятно, почему бы не продолжать вести хозяйство в собственном доме. Кстати, отец так и не появился на протяжении всей истории: этот купец уезжает в самом начале и вплоть до финала сказки никак себя не проявляет. Но почему именно ткачество? Почему бы не пойти в служанки, посудомойки, няни или не наняться работницей в ближайшее хозяйство?
Ткачество не просто одно из типичных женских занятий. Начиная с богинь судьбы Мойр из древнегреческой мифологии, с которыми не могут справиться даже боги-олимпийцы, ткачество, прядение (необязательно нитей судьбы) имело ритуальные корни. Создание ковров, полотен, картин из куска шерсти наделяло женщин символической властью, хотя бы в рамках дома, где они жили в античные времена и откуда их не слишком охотно выпускали в более поздние исторические периоды.
Мария Татар считает, что ткачество было тесно связано со сказительством, переплетением нарративов и правдоискательством, которыми занимались женщины [11]. В качестве одного из примеров исследовательница рассказывает историю древнегреческой героини Филомелы, которую изнасиловал муж ее сестры, а потом, для того чтобы избежать наказания, отрезал ей язык. Но Филомела все равно сумела рассказать о совершенном насилии: она вышила историю, которая с ней произошла.
Еще один пример – это также древнегреческая героиня Арахна, которую Афина превратила в паука; именно в ее честь была названа боязнь пауков – арахнофобия. Но за что Афина так жестоко наказывает девушку? Культурная память подбрасывает нам поучительную мораль: Арахна обращена в паука за то, что посмела бросить вызов богине. Но дело оказывается сложнее. Арахна и Афина состязались в ткачестве, но важнее, что же было выткано на полотнах: Афина выткала Олимп и богов-олимпийцев, а Арахна выткала похождения Зевса – как он в виде змея, лебедя, быка и даже золотого дождя похищает, соблазняет и насилует женщин. Афина, любимая дочь Зевса, появившаяся из его головы, не может этого стерпеть и проклинает Арахну. Эти два примера показывают, как ткачество связано с попыткой рассказать правду и отстоять себя. Но вернемся к Василисе, чья судьба хоть и трагична, но все же не настолько, как у героинь Греции.
Василиса с помощью куколки ткет такое полотно, которое доказывает ее уникальность, ведь никто, кроме нее, не способен из такой тонкой материи сшить царю сорочки:
«Старуха понесла к царю сорочки, а Василиса умылась, причесалась, оделась и села под окном. Сидит себе и ждет, что будет. Видит: на двор к старухе идет царский слуга; вошел в горницу и говорит: “Царь-государь хочет видеть искусницу, что работала ему сорочки, и наградить ее из своих царских рук”. Пошла Василиса и явилась пред очами царскими. Как увидел царь Василису Прекрасную, так и влюбился в нее без памяти. “Нет, – говорит он, – красавица моя! Не расстанусь я с тобою; ты будешь моей женою”».