Пленница Альфы (СИ)
В маленькой школе, которая у нас была, даже урок был специальный. Как себя вести и что говорить, законы за пределами Старграда. Чтобы мы всегда были готовы. А после, когда я присоединилась к сопротивлению, там тоже много рассказывали. Напоминали, обучали.
Поэтому сейчас я понимаю решение Дана, его повадки.
– Вот и хорошо, - мужчина подмигивает, стягивает с меня куртку. – Давай, нужно тебя осмотреть. Я скажу, чтобы купили лекарства для людей, сейчас ничего нет. Как вы вообще лечитесь обычно?
– Как получится. Дома… Не очень много лекарств, на самом деле. Они дорогие и редкие, поэтому если такие царапины… Промыть водой и будет нормально. Я не лгала, это ничего страшного. И я похуже видала.
Сглатываю, вспоминая старый склад, где все собирались. Куда приносили раненых после стычек с оборотнями. Обращаться в больницу нельзя было, справлялись своими силами. Алиса старалась, как могла, вытягивала своими полевыми знаниями. Девчонка ещё, ребенок, а перевязывала раны, сшивала их. Я бы не смогла так, но…
В Сопротивлении нет детей, только бойцы.
– А теперь, - Дан крепко сжимает мой подбородок, давит силой. Наклоняется ко мне, как на допросе. – Выкладывай.
– Что именно?
– Где ты видела страшнее?
Черт.
Пульс подскакивает, выдавая с головой. Я не лучший лжец, хотя часто выезжала из города. Но путалась в показаниях, старалась просто не светиться в одних и тех же городах. И никогда не готовилась, что меня будет расспрашивать Альфа.
Сглатываю, злюсь на саму себя. Не уследила за словами, дала повод зацепиться и расспрашивать. А мне нельзя никак выдавать: ни себя, ни остальных. Потому что это будет смертный приговор для всех.
– Дан… - вздыхаю, вдавливаю ногти в кожу, чтобы успокоить волнение. – Ай! Блин.
– Что такое? – мужчина удивительно бережно смотрит на мою руку. На коже собирается несколько капель крови, а Дан недовольно скалится. – Больно?
– Терпимо. Нужно промыть, чтобы грязь не попала.
– Сделаем. Сиди.
Дан кивает, поднимается. Отвлекается на мои проблемы, а не задает новые вопросы. Тихо выдыхаю, наслаждаюсь этой паузой. Пытаюсь придумать, как можно солгать оборотню.
Он сразу поймет, но… Нужно лишь выдать правду, похожую на реальность, но которая никого бы не подставила. Не просто, но не слишком сложно. Ника же как-то скрывала, что дочь оборотня и все ей верили.
Пока Дана нет, отряхиваю грязь со штанов. Их уже не отстирать, точно испорчены. Но хотя бы не выглядеть настолько замарашкой, как сейчас. Шиплю, когда задеваю царапины.
Я хорошо приложилась, несколько раз. Когда услышала рычание и чужое приближение, бросилась прочь. Наткнулась на ветки деревьев, подвернула лодыжку на склоне. Нельзя бегать от оборотней, только сильнее раззадоришь, но я не могла остановиться. Надеялась, что окажусь быстрее, сильнее. Вернусь на главную улицу, а там уже кто-то поможет.
– Волчонок, - Дан возвращается с влажным полотенцем, проводит по моим ладоням. – Не больно?
– Нет, нормально. Я сама могу.
– Можешь, но делать буду я, - отрубает, а после подмигивает. Широкая наглая улыбка растягивается на его лице. – Это лишний повод тебя полапать.
– Дан! Тебе обязательно быть таким… таким?
– Таким? – повторяет, а в его голосе появляются рычащие нотки. Но они не пугают, скорее… Он издевается и наслаждается? – Так получается, малышка. Ничего не могу с собой поделать. Привыкай. Без охраны больше не выйдешь, ясно? Скажу Марте, чтобы присматривала за тобой. Кажется, вы нашли общий язык.
– Не надо.
Перехватываю ладонь мужчины, сжимаю его пальцы. Привлекаю внимание, чтобы он не закончил мысль, не принял окончательное решение. Только не это!
– Дан, - пытаюсь произнести мягко, нежно. Задобрить волка, получить его ласку и внимание. – Мне не нужна нянька, пожалуйста. Я сама справлюсь.
– Не нянька, а присмотр. Это нормальная практика. Наверное.
– Наверное?
– Я не знаю, не приводил ещё никого в стаю. Но я хочу, чтобы ты была в безопасности. Либо я, либо кто-то другой будет присматривать. Выбор за тобой.
Вздрагиваю, когда Дан прикасается губами к моим костяшкам. Невесомо, так нежно, сердце замирает. Покрывает поцелуями раны, вызывает трепет внизу живота. Его прикосновения настолько незначимые и настолько же бьют в грудь, вызывая реакцию.
Мне кажется, что я сошла с ума. Не может монстр вести себя настолько бережно. Опускаться на колени передо мной, ухаживать и лечить, словно это смертельное ранение.
В тишине наблюдаю, как Дан в тишине обрабатывает мои царапины, смывает кровь и грязь, каждый сантиметр осматривает. А у меня под ребрами давит, яркими вспышками накрывает.
– Так что, малышка? – отстраняется, развеивает странное наваждение. – Я или кто-то другой?
– Ты же Альфа, у тебя дела.
– Придется подстраиваться друг под друга. Но этот выбор я оставлю тебе. Я там тебе время на подумать. Пока займемся другим.
– Чем?
– Я пошел тебе на уступки, малышка, по поводу наказания. А теперь возьму с тебя плату.
Отшатываюсь, бьюсь затылком о спинку дивана. Стараюсь оказаться как можно дальше от Дана, спастись от его прикосновений. Знаю, что силы не хватит, но сидеть на месте не получается.
Я знала, что это не пройдет просто так. Когда стояла в доме Марты, когда просила Дана не наказывать детей. Один его взгляд прямо намекнул, что мне придётся заплатить. И я не спорила.
Только теперь угроза близости с мужчиной пугает. Как и осознание, что его никто не остановит. Если Дан захочет, то получит всё. И я совершила ошибку, нужно было оставаться в стае Дамияра. А здесь я наедине с волком, беззащитная.
– Подожди, - выставляю ладонь вперед, но это не останавливает мужчину. Легко перехватывает мои ладони, разводит руки в сторону. – Альфа Даниил!
– Ну что, малышка? Мы ведь договорились с тобой, а обещания нужно выполнять. Кроме того, мы обсуждали с тобой и другой момент.
– К… Какой?
– Моя жена дома должна ходить голой, нет нужды в лишних тряпках. Поэтому, Кора, раздевайся. Я очень хочу посмотреть на тебя.
– Ты уже видел.
– А я соскучился.
Мотаю головой, не знаю, как найти убедительный аргумент. Нельзя подпускать Дана ближе, нельзя ему сдаваться. Но и как это сделать – не представляю. Никаких вариантов.
Вскрикиваю, когда мужчина тянет на себя. Один рывок, чтобы уложить меня на диван. Второй, чтобы оказаться сверху. Прижимает, всем весом давит, а его ладони изучают моё тело. Пробираются под кофту, сжимают кожу, вызывают дрожь внутри.
– Разве я многого прошу, Кора? – его голос похож на заговор. Шепот, который пленяет. Заставляет замереть, вслушиваться. Искать угрозу или обещание. – Мы ведь должны сближаться.
– Не настолько быстро! Я… Я спать хочу.
– Поспим, чуть позже, - его губы касаются моей шеи, медленно ползут ниже, к плечу. – Через пару минут, подожди немного.
– Дан, - прошу, давлю пальцами на его грудь. – Остановись. Я не… Мы… Я кушать хочу. Вот!
– Я тоже, Кора. Я тоже очень и очень голоден.
Всхлипываю, когда мужчина прикусывает мою кожу. Втягивает, зубами царапает. Заставляет всё замереть в ожидании: укусит или нет. Оставит свою метку или пожалеет?
Меня начинает потряхивать, когда Дан сильнее прикусывает. Чувствую его зубы, как давят на кожу. Разрядами тока прошибает, от макушки до бедер спускается теплой волной.
– Не кусай, - прошу, когда радужку затапливает черным цветом. Рычание становится громче, а шею начинает саднить, вот-вот мужчина прокусит кожу. – Дан!
– Прости, малышка, не могу удержаться.
Глава 15. Кора
Замираю, меня всю парализует. Ни одной мышцей не могу пошевелиться, всё задеревенело. Страх тугими веревками оплетает, сдерживает. Клыки хищника возле моей шеи.
Не спорить.
Не двигаться.
Подставиться, молча ждать своей участи.