Предсказательница судеб (СИ)

— Спасибо, Айван, за тёплые слова, — я открыто улыбнулась. — Мне очень приятно.
— Наше общение как-то не особо задалось с самого начала… Вернее его не было вообще… Просто… Поднявшись практически с самых низов общества и попав туда, где твоё положение не должно быть заметно чужому глазу, я хотел придерживаться тех, кто чувствует себя уверенно… тех, кто имеет хоть какой-то статус… Но я как-то поздно понял, что главное не то, кем ты работаешь и кто твоя родня… Я понял, что простой слуга может быть гораздо счастливее богатого герцога. Мы простые… открытые… Мы умеем любить, умеем дружить.
— Любить и дружить умеют абсолютно все, — пожала я плечами. — Просто кто-то слишком поздно осознаёт свои чувства, свои привязанности, неправильность окружающего его мира. Как однажды сказал мой друг — сложно изменить своё мнение за один день. Если ребёнок воспитывается в обстановке, где видит, что каждое действие, каждый поступок их родителей просчитывается на десять ходов вперёд, то и он сам привыкнет искать во всём пользу. Может даже против своей природы. Потому что он так воспитан. Это заложено в его голове.
— Про эльфов много чего говорят… нелицеприятного, — Айван смутился. — Но насколько вы с Майикой разные.
— Майика — девушка, которой просто напросто не хватало любви. Она красива и достаточно умна, но она привыкла, что ей достаётся всё, чего она только пожелает. Но она не знает, что такое настоящая дружба. Посмотри на её подружек — они завидуют ей до посинения. И мне в этом её жалко. Я думаю, что ты слышал как они поливают её грязью.
— Она бесспорно красива, но красоты все боятся… Мы парни ведь тоже боимся делать первый шаг, — я с подозрением на него покосилась. — Проще подойти к простушке, чем к красивой девушке. Даже страшно разговаривать с ней будет. Страшно сказать что-то не то, опозориться перед ней. Но твоя красота не пугает… — сказал парень, открыто мне улыбаясь.
— Айван… — попыталась оборвать его.
— Ты не можешь отрицать, что ты красива. Но у тебя глаза невероятно добрые, — в голосе парня слышала теплоту.
— Ты вгоняешь мне в краску, — я почувствовала, что мои уши пылают. — Мне неловко слышать такие слова в свой адрес.
Наш странный разговор прервал профессор Рикарди, который вошёл в аудиторию стремительным шагом. Окинув суровым взглядом аудиторию, из-за чего рот сам захлопнулся, мужчина начал читать лекцию.
Письмо 2
Когда доставала толстенькую тетрадь по всемирной истории, заметила тоненький белый конверт. Снова письмо мне подсунули? Внимательно окинула взглядом классную комнату. Все заняты своими делами. Только Фирс смотрел на меня слишком внимательно, но, заметив мой взгляд, отвернулся к рядом сидящему Грейману. Посверлив его ещё несколько минут взглядом, ничего не добилась, Фирс больше внимания на меня не обращал. Продолжила путешествовать взглядом по кабинету. Никто вроде бы не вёл себя подозрительно. Как мой тайный незнакомец это делает? Как он подложил письмо? Магия или ловкость рук? Быть может это Айван? Сумка как раз стояла рядом с ним.
Открыла конверт и дрожащими руками достала сложенный вдвое лист бумаги. Знакомые буквы заплясали перед глазами.
«Здравствуй, мой маленький волшебный Эльфёнок! Снова я пишу тебе письмо…
Сейчас за окном солнце еле окрашивает небо, а робкие лучи касаются крыш невысоких домов, которые виднеются вдалеке. Для меня, моя маленькая девочка, ты пахнешь летним солнцем. Ты пахнешь воздухом в свежее солнечное утро, когда трава с капельками росы чуть вздрогнет от лёгкого дуновения ветерка, и эта прозрачная капелька кристально чистой воды, которая пропиталась лучами жаркого солнца, сорвётся с зелёного листочка. Это запах свежести… Запах невинности и чистоты природы… Запах свежего воздуха и прозрачного неба… Когда расправив свои крылья, ты летишь по чистому небу и дышишь свежим воздухом… Тёплым воздухом… Не жарким и не холодным… А именно тёплым, который оглаживает бока и морду во время полёта. Пронизанным золотистыми лучами весеннего солнца. Ты имеешь неповторимый аромат, родная моя. В нём соединилось всё это. Смесь этих неповторимых ароматов… Запах тепла и свободы… так бы я его охарактеризовал. Ты — моя свобода. Ты — моё личное солнце… моё небо… моя росистая трава. Вчера, когда я слышал эти пахабные оскорбления, которые произносила в твой адрес эта… Я не буду никак её оскорблять, потому что она не стоит твоих слёз, твоего внимания, даже взора твоих дивных глаз… Но я не смог сдержать свою магию под контролем. Это было выше моих сил! Сильнее моих барьеров! Никто не смеет оскорблять мою невинную девочку! Знай, что для меня ты самое светлое, самое нежное существо на всей Нумии. И пусть сейчас, в ближайшее время я не смогу прижимать тебя к своей груди перед сном, не смогу касаться твоих отзывчивых губ, когда я этого пожелаю, но я обещаю… Обещаю тебе, слышишь? Я обещаю, моя девочка, что мы скоро будем вместе. И тогда ты родишь мне дочку. Маленькую принцессу, которая будет походить на тебя. Такая же маленькая, утончённая и волшебная. И сына. Маленького сорванца, который будет помогать отцу защищать своих любимых девочек. Никто не смеет обижать тебя. Я пойду против всего мира, чтобы защитить тебя. Чтобы закрыть тебя своей спиной. Чтобы стать для тебя стеной.
 
Я готов был умереть на месте, когда узнал о том, что происходит в том кабинете. Я чувствовал душой, что что-то не так… Но я не предал этому значения… Какой же я дурак! Как? Как ты простила меня за то, что я не уберёг тебя от избиения? Но какое облегчение я почувствовал, когда увидел, что ты в порядке. Какая это отрада, какое счастье прижимать тебя к своей груди… Вдыхать твой запах и целовать твои губы… Я не спал всю эту ночь. Я смотрел на небо и представлял, что луна сейчас видит то, как ты спишь на своей кровати. И мне от этого становится намного легче. Казалось, что я так становлюсь ближе к тебе. Стою у твоей кровати и вслушиваюсь в твоё спокойное, размеренное дыхание. А ещё… Ещё я боялся заснуть и стереть прикосновения твоих губ ночью. Стереть о грубую ткань наволочки. Мне до сих пор кажется, что губы горят от твоего поцелуя. Мой нежный, невинный цветочек… Я люблю тебя. Я говорю это открыто. Говорю искренне. От всего сердца. Я люблю тебя. Люблю так, как мужчина любит свою женщину. Люблю так, что дыхание спирает в груди, когда я вижу тебя. Это так ново, так нежданно свалилось на мою голову. Я никогда не знал, что могу испытывать такие чувства… Что могу любить так сильно… Что мир может сузиться до одного единственного человека… Моей маленькой девочки… Моей Исты… И я не знаю, как я ещё могу выразить свои чувства… Только через эти жалкие письма. Пока только так. Но я обещаю тебе, что наступит тот день, когда я скажу тебе это, глядя прямо в твои прекрасные фиолетовые глаза. Чтобы ты видела всё чувства на моем лице, в моих глазах. Я люблю тебя, Истфалия! Я объявляю тебя королевой своего сердца».
Я почувствовала, что слёзы текут по щекам. А на лице против воли появляется грустная улыбка. Какой же он… Искренний, нежный и откровенный. Его слова будто окутывали меня своей любовью. Они согрели меня изнутри. Получается, что мы оба сидели в одном здании, но в разных комнатах и смотрели на ночное небо. Небо, которое соединило нас своими бескрайними просторами. Я чувствовала, что моё сердце медленно окутывается ростками трепетной, всепоглощающей любви. Любви к человеку, лица и имени которого я не знаю. К моему элиэну. К моему единственному истинному.
Глава 22
Пары магической активности я переносила с трудом. Их у нас вёл профессор Рикарди. Для меня каждый урок, который бывал у нас раз в две недели. На этих парах нас учили использовать магию не только в бытовых делах, но и в качестве защиты от нападающих. Не выносила эти пары из-за того, что похабные шуточки от парней в свой адрес я слышала гораздо чаще.
Сейчас, я с гордым видом стояла у стенки в просторном зале и старалась не показывать насколько неуютно я себя чувствую в обтягивающих ноги штанах и тесной кофточке. Эту одежду я купила на остатки сбережений, которые мне впихнула бабушка.