Мой домашний редактор, или Мальчик и Зверь (СИ)
— Только это?
— Да.
— Тогда про попытку самоубийства никому ни слова. Просто разозлился и решил сбежать.
— Хорошо, но что мне делать?
— Крис, я понимаю, что это ужасно ранит и потерять семью очень тяжело даже для взрослого человека, но тебе надо признать реальное положение вещей и отказаться от желания завоевать их любовь, если они действительно не любят тебя безусловно и полностью. Выйди из этой бесполезной, безнадёжной и бессмысленной войны. Это не трусость и не поражение. Просто природа заставляет нас зацикливаться на родителях, стремиться доказать им свою нужность, заслужить любовь, внимание и одобрение ради выживания. Отведи от них свои помыслы, отпусти и обрати на себя, на свою жизнь. Полюби и прими себя сам. Не ищи опоры и поддержки снаружи, её там нет и никогда не будет. Она внутри тебя, и только ты сам можешь создать её своей любовью к себе и принятием. Ты желаешь стать самодостаточным, так потрать оставшееся время на развитие профессионального навыка, за который тебе будут платить и которым тебе по душе заниматься, чтобы не пришлось потом хвататься за первую попавшуюся нелюбимую работу, ненавидя весь мир, себя и отравляя жизнь близким. Стань сильным, создай свою семью, такую, как ты хочешь, или просто найди любимого человека, с которым ты будешь счастлив. Жизнь безумно коротка и скоротечна, чтобы тратить её на нелюбимые дела и людей.
— А почему же ты один?
— Я очень устал искать и сдался. Мне так проще. У меня никогда не было ни родных, ни любящих меня людей, я с рождения один, хотя… Нет, я не совсем один, у меня есть Зверь.
— Зверь?
— Да, Зверь. Если хочешь, я тебе о нём расскажу.
— Да, хочу, я хочу всё знать о тебе!
Я рассказываю про Зверя другому человеку — пацану, второй раз в жизни, и, будто слушая себя со стороны, понимаю, что я совершенно чокнутый товарищ.
— И ты держишь своего Зверя взаперти? — спрашивает Крис, когда я замолкаю.
— Да, — отвечаю я, совершенно не осознавая подвоха, а даже с какой-то гордостью.
— Так же, как мои родители меня? — бьёт он меня под дых, без всякой жалости.
— Нет, у меня совсем другой случай, чёрт тебя побери, на что ты намекаешь?!
— Уверен?
— Да, уверен!
— Почему ты так злишься?
— Потому что если бы ты только знал, на что он способен!
— И на что же?
— Хочешь знать? Я тебе скажу! Да, да!
— Так говори.
— Уверен?
— Да, или ты боишься?
— Ничего я не боюсь! — Я вдыхаю побольше воздуха, решаясь. Чёрт с ним, видимо, теперь моя очередь шагать в омут с головой. — Он хотел трахнуть тебя. И я еле смог его удержать.
— Ты хотел меня трахнуть?!
— Нет, не я, а он!
Крис тянется ко мне.
— Нет, не прикасайся, не смей меня так трогать, а то я за себя не отвечаю!
Он вновь тянется, и я не отталкиваю его, скованный противоречивыми чувствами, а Зверь и подавно. Тогда он обнимает и целует меня в щёку.
— Нет, не делай этого, умоляю, — шепчу я и ощущаю его губы на своих.
— И ничего не случилось, — произносит Крис, отстраняясь.
А во мне бушует бешеное слепящее пламя. И, закрыв глаза, я сгораю изнутри.
Смотрю на Криса и понимаю, что гляжу глазами Зверя, чувствую себя в его шкуре.
— Глупый детёныш, — произносит Зверь моими губами. — Я не трону тебя сейчас лишь потому, что Сашка будет попрекать меня этим всю оставшуюся жизнь, но не думай, что ты победил. Он мой!
Совершенно опустошённый, я молча смотрю перед собой.
— Саш, это был он, Зверь?
— Да.
— Значит, он правда существует?
— Да, как это ни назови, оно живёт во мне.
— А ты не пробовал его отпустить?
— Я регулярно его отпускаю, но только с теми, с кем можно.
— И опять запираешь?
— А как иначе?! Зверя надо держать в клетке или уйти туда, где нет людей, чтобы не причинить никому боли.
— Но он ведь не сделал мне больно.
— Ты его слышал.
— Но, может, тебе стоит ему довериться, хотя бы попробовать?
— Один раз я ему уже доверился в детстве, больше не хочу.
— Саш, отведи меня к нему и позволь сделать со мной всё, что угодно. Я разрешаю, даю своё согласие. Что бы ни случилось, я не упрекну и не обвиню тебя. Я всё равно собирался умереть. Позволь помочь тебе.
— Ах, Крис, если бы всё было так просто!
— Я доверяю тебе, а ты мне? — Он прижимается к моему лбу своим, берёт за плечи. — Возьми меня, Саш. Если действительно любишь меня, отведи…
И я веду его внутрь себя, глубоко-глубоко, туда, где почти нет света. К ледяной клетке воли.
— Зверь, этот мальчик всё о тебе знает, но решил довериться.
— Глупое дитя, а ты тем более.
— Мы тут рядышком посидим, выходи, если хочешь, — говорю я, открывая клетку.
Тьма озаряется светом. Рядом с клеткой растёт огромное могучее дерево, и мы садимся в его тени, прислонившись к истрескавшейся тысячелетней коре ствола, и болтаем обо всём, что только приходит нам в голову.
Я не замечаю движения, но Зверь мгновенно оказывается рядом. Только что его не было, и вот он стоит в полуметре от нас и пристально всматривается в мальчика ледяным немигающим взглядом.
Затем опускается на траву и кладёт тяжёлую мохнатую голову на колени Криса.
— Посмеешь меня погладить — и я откушу тебе руки, а может, сразу и ноги, чтобы далеко не убежал.
И Крис просто опускает ладони ему на голову между ушей и загривок.
— Ты хочешь меня? — спрашивает он Зверя.
— Да. И я уже тысячи раз сожрал тебя в своих снах.
— Ты любишь меня?
— Да. И потому принимаю за тобой право быть живым и делать самостоятельный выбор. Как признал моё право ты. Я не могу не желать тебя, но я не возьму и не потребую больше, чем ты сам решишь дать мне.
— И если я сейчас уйду…
Зверь поворачивает голову и смотрит мальчику в глаза.
— Я буду ждать тебя, — говорит он и, закрыв глаза, вновь опускает голову тому на колени.
Мальчик наклоняется, обхватывает зверя за могучую шею и прижимается к нему, утыкаясь лбом в ямку за ухом.
— Глупый, надоедливый детёныш, — вздыхает Зверь, когда несколько солёных капель падают в его густую шерсть.
Комментарий к 6. Я буду ждать тебя
Звезда (рисунок Криса) - https://pp.userapi.com/c841629/v841629364/63be9/lPVjtro9ZmU.jpg
========== 7. Самое трудное ==========
Крис крутится, оглядывая голые стены квартиры.
— Саш, а куда мы повесим картинку?
— Куда хочешь, выбирай любое место.
— Давай рядом с монитором, чтобы ты её видел, работая.
— Хорошо. — Я протягиваю ему саморез и отвёртку. — Действуй.
Он примеряет рамку, отмечает карандашом точку и вкручивает саморез. Вешает картинку, отступает на шаг.
— Мне кажется, ей тут одиноко будет. Саш…
— Не нравится мне, когда ты на меня так жалостливо смотришь. Что ещё натворил?
— Я там у тебя в ящиках порылся…
— И?..
— Нашёл твои рисунки, давай их тоже повесим, и Звезде не будет одиноко.
Он достаёт из-под разбросанных листков несколько рисунков, о которых я уже давным-давно позабыл. И мы развешиваем их в углу с компьютером, хорошо, что я несколько рамок купил.