Дороги выбора (СИ)

— Мама… Я умерла?
— Нет, — покачала она головой.
— Ар, мои братья, драконята?
— Все живы, детка.
— Тогда почему я здесь?
Истинная подняла голову и отвернулась, дрожащие губы, судорожный вздох. Я резко села напротив нее.
— Что случилось? Прошу, расскажи мне.
— Создатели прислушались к стенаниям Григория и собираются вернуть тебя на Землю.
— Нет.
— Мне жаль…
— Нет! Я не хочу! Я не пойду! — Весь мой мир задрожал, готовясь разлететься на куски. Вскочив, я заметалась по каменной каморке.
— Детка, — драконица прижала к груди ладонь, словно пыталась унять боль.
— Мама, нет. Я не хочу! Ар, братья. Почему я должна уйти?!
— Григорий доказал, что ты жила спокойной жизнью на Земле и была всем довольна.
— Довольна?! Мы говорим о моей жизни? О земле?
— Он настаивал, что на Миолу тебя забрали насильно, без твоего желания и согласия.
— Но остаться-то я хочу по собственной воле!
— Прости, детка, решение принято… У тебя нет особого выбора. Ты или уйдешь добровольно и сохранишь свою память о Миоле. Или они перенесут тебя насильно, и ты забудешь все. Все, что узнала.
— Нет, — я уже не кричала, я шептала. — За что они так? За что?
— Решения Создателей никто не знает, но твоя душа привлекает многие миры, и они готовы драться за тебя.
— Мирх не отпустит меня! Он обещал! Обещал, что сделает все, чтобы я осталась с ним. И мой муж, я не брошу его! Никогда.
Истинная покачала головой и отвернулась в сторону, по ее щеке прокатилась слеза. Я на эмоциях повернула голову в ту же сторону и замерла. Колыбель?
— Девочка моя, поверь. Я знаю, как сильно ты любишь Аргайла, но это решение ты должна принять. Тебя вернут в любом случае. В этом решении выбора у тебя нет.
Я словно под гипнозом двинулась к колыбели. Там лежал малыш, он практически сливался в своем белом комбинезончике с белизной пеленок, и тем заметней бросались в глаза его черные волосы и синие глаза, в которых мелькали звезды. Он был настолько прекрасен, что я не удержалась и взяла его на руки. И тут же поняла, что он мой. Мой ребенок, мой мальчик, частичка моей души и дара. Я в ужасе уставилась на мать. Почему моё дитя здесь, заперто в камере…
— Что происходит? — прошептала я, боясь криком напугать малыша.
— Ты еще не догадалась? Ты ждёшь ребенка. Ребенка от своего мужа…
Я сначала хотела рассмеяться в голос, а потом замерла. Озеро жизни, тот свет, я ведь чувствовала, что что-то не так с тем светом.
— Новорожденная душа — такая редкость! — Истинная мать подошла и заглянула мне через плечо, погладила по голове малыша.
— Что же мне делать, мам?
— Верить!
— Верить?
— Да, чтобы ни случилось, верь в себя, в свою любовь, в Аргайла.
— Но как?
— Верь, что ты найдешь к нему дорогу. Верь, что ты все равно будешь с ним вместе.
— Я не хочу разлучаться с Аргайлом!
— Он не выдержит жизни на Земле. Он перейдет туда взрослым и полным сил. Его тело не переживет запечатывания магии, — драконица обняла меня. Мой малыш улыбался мне самой прекрасной улыбкой, что растапливала сердце и наполняла мою душу счастьем. — Я верю до сих пор, — прошептала Истинная Мать. — Верю, что ты обретешь свое счастье и найдешь путь в мир, где тебе захочется жить. Я верю, что однажды, тоже найду туда путь и встречусь с твоим отцом…
— Мама…
— Нельзя сдаваться, девочка моя! Никогда не сдавайся! Ты не можешь повлиять на ситуацию, но обрати её в свою пользу.
— Но как?
— Земля. Там ты сможешь выносить своего ребенка. Твоя душа и дар спокойно уживались в теле твоей биологической матери. По их свету я всегда находила тебя. Только первый вдох разрывал твои душу и дар на части. Если ты уйдешь добровольно, то будешь помнить все, и я верю, найдешь путь обратно к Аргайлу.
Я смотрела на своего мальчика. Как странно, раньше я не думала о детях, относилась к ним спокойно. Согласилась с мыслью, что никогда не стану матерью, но сейчас. Сейчас я понимала, что не могу отказаться от этого малыша, у него такие же глазки как у его папы и темные волосы.
— Как долго я смогу остаться на Миоле?
 
— Ровно семь дней с момента твоего пробуждения. На восьмой, тебя заберут насильно… Но могут и раньше…
— Хорошо. Я поняла.
Мне казалось, я просто моргнула, но каменная келья сменилась на светлый потолок палатки, а надо мной склонился муж. Мне хватило и секунды, чтобы понять, он знает о ребенке. Столько надежды, отчаяния и боли я видела в его глазах впервые.
— У нас будет мальчик, — прошептала я ему. — Он потрясающий…
Истинная Мать
Она рассеялась в воздухе за одно мгновение. Дитя зависнув в воздухе тихо хныкнуло, и я взяла его на руки, не переставая любоваться им. Неожиданный стук в дверь заставил вздрогнуть. У меня нет здесь дверей! Но обернувшись, увидела, как в стене проявилась ниша, а в ней, сложенная из досок дверь.
— Войдите, — я усмехнулась. Это все же камера, для чего эта вежливость? Но того, кто открыл дверь и шагнул в келью, я никак не ожидала здесь увидеть. — Лаваэль?
— Здравствуй, Истинная. Скучала?
— Лаваэль… — я не могла говорить, чувства перехватили дыхание.
Дух нашего погибшего мира подошел ближе и с нежностью посмотрел на мальчика.
— Согласись, он прекрасен?
— Без сомнений.
— Достойная награда для нашей Звездочки за все испытания?
— Награда? Лаваэль! Её отправляют на Землю, ее разлучают с мужем. А её малыш… Это новорожденная душа! Если он вдохнет воздух на Земле, он никогда не станет драконом! Никогда!
— Что ж, это будет дополнительным стимулом для нашей Звездочки вернуться, а Мирху приложить все усилия, чтобы открыть ей дорогу.
— Лаваэль? Что ты хочешь этим сказать?
— А что? Григорий ныл несколько лет Создателям, чтобы ему вернули Звездочку, но теперь она всем сердцем и душой будет стремиться вернуться к своему мужу и семье. А я напомню Создателям про моё желание. Звездочка должна жить в том мире, где захочет жить сама.
Догадка происходящего пронзила сердце.
— Аргайл дракон, и он любит Звездочку. Он никогда бы не позволил ей забеременеть. Драконы это могут контролировать!
— Да, упертый малый. — Покачал головой Лаваэль с улыбкой смотря на меня. — Даже объединение даров его не смутило, не сбавило контроль. Пришлось Мирха подключать и отправлять их в Озеро Жизни.
— Так это твоя идея? А если бы дочь оставили на Миоле? А если бы…
— Они приняли решение! Они указали срок! Не делай из меня монстра, Истинная. Я верю в Звездочку. Верю в ее любовь и силу. Она добьется всего, если рядом с ней будут те, кто поддержит её. Кто скажет, что она справится, и, в свою очередь, сделают все возможное, чтобы помочь ей. Я не сдамся и добьюсь выполнения своего желания. Мирх найдет ей проход в свой мир. А Аргайл… он должен понять, должен поддержать ее…
— Драконы — все эгоисты. Ты разве это забыл?
— Нет, — Лаваэль улыбнулся. — Драконы были эгоистами. Ты не видела того сражения, что было на Миоле. Драконы, торки, люди. Они устремлялись одним потоком, чтобы атаковать божество и защитить мир. Они стали одной единой силой, что защищала Киани и Аргайла. Я впервые видел, как драконы не кичились своей силой, а искренне оказывали поддержку миру. А что касается Аргайла. Он должен понять и отпустить Звездочку. Если он доверится ей, отринет страхи и сомнения, он станет для неё путеводной нитью, которая приведет их снова друг к другу.
— Какие знакомые слова, — усмехнулась я.
— Да, я говорил их тебе и говорю до сих пор. И он ждет…, и ты это знаешь…
— Знаю, но совсем не такую судьбу я желала для нашей девочки.
 
— Я знаю. Но тем сильнее и крепче она и Аргайл будут оберегать свою любовь и счастье, когда встретятся вновь.
— Когда или если?
— Когда, Истинная. Звездочка не померкнет. Я не позволю! Если будет надо, я лично заберу ее у Григория.
— Почему же не сделать это сейчас?