Дороги выбора (СИ)

— Прости, — прошептал Мирх. — То было тяжелое время, мои коренные жители умирали целыми племенами, навсегда покидая мои земли. Так произошло и с речными мирсами. Они закончили свое существование здесь.
Мы оказались у реки. Смотря в темные, мутные воды, было сложно осознать, что эта та же самая река, на берегу которой я стояла около часа назад. Небольшая голубая искра привлекла моё внимание, и я направилась на свет.
Их было четверо, невероятные создания воды. Прозрачные, инертные и в то же время сохраняющие свою форму существа. Двое взрослых и двое детей. Овальные головы, тела, похожие на русалок, но все же отличающиеся от них своей хрупкостью. У них были невероятные глаза, с сияющим небесной голубизной зрачком. Мирсы прижались друг к другу, укрываясь за высоким берегом, и я почувствовала их страх, отчаяние, горе.
И усталость, они долго были в пути, они долго бежали, гонимые смертью. Сейчас у них просто не было сил двигаться дальше. Темная вода, наполненная кровью и магией, казалось, обжигала прозрачные тела, и мирсы дрожали от её прикосновения.
— Завоевателям так понравились их глаза, что они вырывали их у еще живых мирс, — глухо прошептал Мирх. — Я испытывал тогда муки агонии долгое время. Вскоре, убийцы обнаружили магические свойства глаз, когда их вырывали из тел, они превращались в жемчужины, и украшения, сделанные с такой драгоценностью, давало возможность видеть истину. Свет жемчужин помогал увидеть магию, направленную на тебя, отношение к тебе тех, кто стоял рядом. Он реагировал на ложь в словах и уберегал от магов иллюзий. В то время шла война, и знание истины для многих было очень важно. На речных мирс устроили настоящую травлю.
Я смотрела на четырех последних созданий живой воды. Хотелось уберечь, защитить их, но, к сожалению, для них уже было слишком поздно. Голубая искра, что привлекла моё внимание, была странным украшением на груди самой маленькой мирсы. Она порой накрывала его ладошкой и тихо вздрагивала.
— Она была последней хранительницей своего племени. Вся боль потерь проходила через нее. Такая маленькая и такая судьба, — с болью прошептал Мирх.
Они напали неожиданно, огненные сети упали сверху и вдавили мирс в воду, чтобы через секунду выдернуть их на сушу. Крики водяных созданий слышали только Мирх и я, и от того ужаса, что в них звучал, меня прошибла мелкая дрожь.
— Не смейте! Не трогайте! — Но меня никто не слышал, я проходила сквозь тела завоевателей и даже не понимала, кто передо мной люди ли, эльфы, демоны. Скрюченные пальцы с магическими когтями врывались в глазницы и выдирали глазные яблоки, прозрачной водой разбрызгивая вокруг жизнь сказочных созданий, заставляя меня, тем самым, кричать от ужаса и боли.
Я чувствовала все. Этим невероятно сложна и опасна связь с духом мира. Ты чувствуешь то, что переживал он, и сейчас я захлебывалась вместе с мирсами от боли и ужаса, и в то же время меня накрывало алчностью и склизким предвкушением от расправы над пленниками.
— Прости, Киани. Давай вернемся, — взмолился Мирх.
— Нет, я хочу увидеть, что было дальше.
Одна из мирс вдруг дернулась, водяные руки на мгновение превратились в когти, и она полоснула ими по руке монстра, который держал маленькую хранительницу. Он успел выдрать малышке один глаз и от неожиданного нападения разжал руку.
Монстр взревел и ударил напавшую мирсу наотмашь, отчего брызги воды разлетелись по берегу. Освободившаяся малышка, ведомая болью и ужасом, рвалась к воде и, видя это, оставшиеся в сетях мирсы бросились на завоевателей. Пытаясь выиграть для своей хранительницы хотя бы пару секунд. Попав в руки к убийцам, они до последнего следили, как маленькая хранительница нырнула в воду и поплыла вниз по течению.
— Лови ее! Лови!
Крики неслись вдоль берега, и малышка металась из стороны в сторону, уворачиваясь от сетей и заклинаний, что атаковали ее. Я видела, как некоторые попадали в нее, и прозрачное тело темнело, наливалось гноем и тормозило хранительницу, причиняя сминающую разум боль.
Неожиданно она остановилась прямо на середине русла реки и оглянулась. Прижимая свои ручки к груди, она закричала. Она звала хоть кого-нибудь из своего племени, но осознавала, что больше никто не придет. Больше никто не сможет ее уберечь, она последняя.
 
Это страшно видеть момент, когда живое существо ломается, перестает бороться и смиряется с неизбежной гибелью. Затухает в глазах жизнь, и только душа все еще кричит от боли, но тело уже не реагирует, тело понимает, что не в силах вынести всего этого и просто отказывается сопротивляться.
Малышка свернулась калачиком, водяной хвост оплел плечики, ручки обняли голубую искорку, и, закрыв уцелевший глаз, хранительница отдалась на волю потока. Её тело наполняла темнота и гной, течение реки подбрасывало её и метало из стороны в сторону. Ее тело швырнуло на камни и тут же смыло волной, течение реки закрутило в неожиданном водовороте и резко затянуло в расщелину между скал, от неожиданно резкого движения, мирса открыла свой глаз, и я увидела в нем монстра… Монстра, что создали его преследователи.
Я забилась в воде, и Мирх понял и вытащил меня на поверхность.
— Давай! Живей! Моему повелителю нужен новый дом! — Кричал демон и стегал плетью мужчину.
— Гроурох, остановись, камнетворцы редкость в этом мире! — Пытался урезонить его напарник, но было поздно. Камни застыли ровно в таком виде, как и сейчас стоят на изгибе реки. Значит, Маленькая Хранительница и стала водяной девой, поняла я и услышала предсмертные хрипы мага камнетворца. Тут совсем не было любви, только жестокость, смерть и боль.
Здесь не было героев, не было никого, кто бы встал на защиту слабых и обессиленных, не было никого, кто бы защитил и сберег этот мир.
— Ты именно тогда позвал на помощь драконов? — Спросила я.
— Да. В агонии бились не только мои жители, но и я сам. День за днем убийства и жестокость продолжались, стирая всех моих обитателей. Не было ни одной светлой и чистой мысли или магии. Я умирал.
— Мирх, я хочу обратно, — тихо прошептала я. Мне хотелось покинуть это место, я больше не могла чувствовать гибель Миолы.
Я очнулась в объятьях Вала. Он аккуратно стирал с моих щек слезы и с беспокойством смотрел на меня.
— Как ты?
Ар. Он был рядом, и тепло от его присутствия придало сил.
— Нам нужны камнетворцы, я хочу освободить водную деву.
  
Глава 7
 
Вал
Мы вышли на берег обмелевшей реки. Вернее, это я и Ар вышли, а Киани стрелой неслась вперед мини портами. Все наши попытки уговорить ее отдохнуть она просто проигнорировала. В конце концов, состроив умоляющее личико, она попросилась на берег развеяться.
Не успели мы сориентироваться, как сестра уже оказалась на большом камне посреди обмелевшего русла реки и запускала магию зова. Оглядываясь на сестру, к Ару поспешили двое стражей.
— Старший страж Золотой, мы нашли остатки ларца. По описанию это точно хранилище яйца.
Ар тронул обломки рукой и нахмурился.
— Магии нет, даже обрывков и остатков. Значит, и яйцо тоже прибрали, — вынес он свой вердикт. — Пройдитесь по руслу реки, ищите, что-нибудь необычное, что покажется странным, неуместным.
Стражи кивнули и удалились.
— Старший страж? Ты же темный, разве тебе дают звания? — Удивился я.
— Я темный, но на официальных заданиях ко мне обращаются по званию.
— Ты взял управление над этим делом?
— Я хочу дать возможность Киани продемонстрировать её навыки и понять, как я могу ей помочь.
 
— Уступишь ей первенство?
— Я уже добился многого, чтобы не заморачиваться такой ерундой как соперничество. Тем более мне больше нравится наблюдать, как она работает, чем мешать ей.
Сестра и правда, выглядела невероятно. Вокруг нее закручивались магически сполохи, и отправлялись волны поиска. Я глянул на дракона, он смотрел на нее с таким восхищением, что мне стало неловко. Н-да, интересно, это из-за их связи избранных? Или он действительно такое чувствует сам по себе.