Город греха (СИ)

Несмотря на боль в плечах с поясницей, тяну руку и крепко сжимаю ржавый трёхгранный крюк, служивший хозяину лодки якорем. Осторожно переваливаюсь за борт, опускаясь на мокрый песок. Сука! Всё тело снова задёргалось от боли, будто в него одновременно воткнули сотню иголок. Пришлось прокусить руку до крови, лишь бы не заорать. Но тёплый прибой и жгучее желание кого-нибудь убить сделали своё дело. Я встал на карачки, не выпуская крюка, и пополз сквозь кустарник в сторону голосов.
Пока я барахтался, в разговор вступил новый персонаж. Он ответил спокойным тоном с явным акцентом, вызвав смех у оппонентов. Аккуратно раздвигаю кусты, молясь, чтобы не нарваться на какую-нибудь местную дрянь, типа змеи или сколопендры. Хотя тут же пришло понимание, что насекомые и прочие гады мне неопасны.
Тем временем на небольшом пляже разворачивалось необычное зрелище. Полубоком ко мне расположились два китайца в шортах, майках и соломенных шляпах. Старший, судя по дряблой коже, держал в руке пистолет. Второй тоже не юнец, а крепкий такой товарищ, вооружённый тесаком типа мачете. Напротив них стоял обычный мужичок, тоже азиат, загоревший до черноты и с продублённым морскими штормами лицом. Его нож висел на поясе. Недалеко болталась наполовину вытащенная на берег лодка, немалых размеров, кстати. Судя по всему, на ней он и приплыл.
— Ты был глупцом и остался им, бродяга, — мужик с пистолетом перестал ржать и снова начал верещать неприятным голосом, — Ещё и влез в ловушку. Нам просто остаётся тебя прибить и получить награду.
— Пройдя девяносто шагов из ста, не говори, что одолел половину, — спокойно ответил бывалый дядька.
А ведь он меня заметил, но виду не подал. Я же находился в замешательстве. Ситуация вроде понятная, но это чёртова Азия. Здесь такие вот ребята самого пролетарского вида с внушающим доверие лицом, могут оказаться пиратами или работорговцами. Странно, откуда у меня такие мысли? Я ведь точно знаю, что это правда. Только на стороне мужика выступает факт, что его оппоненты — китайцы. Оказывается, мне знаком диалект, на котором говорили выходцы из Поднебесной. А ещё я почему-то ненавижу китаёсов, больше остальных узкоглазых. Странно, чего они мне сделали плохого? Но об этом потом.
Чего думать, если решение уже принято? Взвешиваю крюк и прикидываю расстояние до персонажа с оружием. Всё-таки я сейчас в совершенно разобранном состоянии, ещё вернулась головная боль с новыми приступами тошноты. Поэтому не будем тянуть. Осторожно поднимаюсь, отвожу в сторону небольшую ветку и бросаю якорь в голову бандита. Далее всё слилось в какое-то мельтешение образов, хотя действо заняло несколько секунд.
Каким-то чудом, почувствовав угрозу, китаец начал поворачиваться и попытался уйти в сторону. Я же в этот момент кривился от боли в плече, понимая, что промахнулся. Но по нелепой случайности крюк как раз летел в сторону, куда уворачивался китаец. Глухой удар и вскрик человека, лицо которого пробили ржавой железякой. Меня же повело, и тело стало заваливаться в кусты. Но краем зрения я успел заметить резкий взмах руки уже бывшей жертвы, и нож, с чавканьем воткнувшийся в горло второго бандита. Далее темнота.
Так, я познакомился с дядюшкой Ратом — главой одного из родов чаунам. А ещё он привёз меня в один удивительный город под названием Раджапур.
 Глава 4 
— Встать! — вслед за криком последовал звук удара бамбуковой палкой.
Не думал, что он может быть настолько громким. А с учётом ответного стона, полного боли, хоть уши затыкай. И ладно бы били меня, но экзекуции подверглась молодая филиппинка. Позже я узнал, что её зовут Фэй. Вернее, звали. Наверное, она была похожа на маленькую фею, такая же весёлая и шкодливая. До того, как попала в рабство. Здесь же некогда озорную девчонку превратили в измождённое создание с грязным колтуном вместо волос, растрескавшимися губами, и телом, похожим на сплошной синяк.
Но особенно выделялись её глаза. Это был взгляд сильного и несломленного человека. Фэй смотрела на надсмотрщиков с нескрываемым презрением, чем доводила их до исступления. И она не собиралась работать на преступников, растрачивая свой дар. Тогда я не понимал, что непокорную девушку списали и решили провести показательную акцию для новичков.
  
Очередной удар отдался уколом в сердце. Понимаю, что начинаю закипать, а делать этого нельзя. Надо подождать, осмотреть, привыкнуть, а потом сбежать. Лучше отомстить, но пока глупо об этом мечтать. Сейчас я прикован к столбу, с руками, связанными за спиной, и ошейником на шее. Убогие не знают, что мне плевать на их магическую удавку. Впрочем, на немагическую тоже. Я могу разорвать поганую верёвку, чьи волокна уже начали ослабевать. Это не магия, а врождённые умения моей расы. Подобных мне существ надо сковывать железом, лучше холодным, которое ковали сразу после выплавки.
— Сян, может, полегче? Давай сначала используем девку по назначению, — предложил второй мучитель и мерзко захихикал.
Они были очень разные, я про надсмотрщиков. Первый, который и бил девушку, здоровенный сунец с мощными плечами и ручищами, больше похожими на клешни. Я и не припомню таких экземпляров среди местной паразитарной фауны. Второй — неожиданно высокий малаец, судя по фенотипу. Про себя я назвал уродов «пузан» и «дрищ». Только в поведении азиатов не было ничего смешного.
— Тебе чего баб не хватает? Вон новое поступление, — здоровяк бросил похабный взгляд на девушек, доставленных вместе со мной, — А если ты сменил вкусы, то в нашем распоряжении пяток аппетитных мужских задниц.
Пузан громко заржал, задрав голову, напомнив ревущего осла. Дрищ же снова гаденько захихикал, наслаждаясь возмущённым мычанием пленников, чьи рты заткнули кляпами.
Я же уже перешёл в боевой режим и готовился к атаке. Лучше сдохнуть, чем терпеть такое!
— Поняла, сучка? — малаец пнул девушку в живот, отчего та упала на спину, — Сегодня тебе не повезло.
— Ты почему молчишь, сука? Всё гордость свою показываешь? Брезгуешь моему товарищу ответить? — взъярился сунец, начав избивать несчастную, приподняв её за рабский ошейник.
Ничего. Сейчас я вам устрою ролевые игры!
Руки свободны, быстро разминаю кисти и мысленно благодарю Единого отца, что они не затекли. В тот момент, когда оба мучителя отвернулись и чего-то говорили девушке, я схватил ошейник, разорвав его одним движением. Меня не могут сдержать материалы естественного происхождения, особенно сделанные из растений. А теперь держитесь!
Несусь к парочке истязателей и с удовлетворением замечаю испуг на роже суньца, успевшего среагировать на моё движение. Вдруг мою спину будто разорвало пополам. Боль была настолько сильная, что я заскрежетал зубами. Только мои стоны эти ублюдки не услышат! Усилием воли пытаюсь бороться со спазмами мышцы, и это мне вроде удаётся. Но новый удар скрутил тело, и сознание постепенно начало отключаться.
Последнее, что я услышал, были слова, произнесённые новым персонажем.
— Вот мы и вычислили нулёвку. Сильный, гад! Никогда такого не встречал. И чего встали? Кончайте эту сучку, она больше не нужна.
* * *
Просыпаюсь рывком и пытаюсь понять, где я нахожусь. Предыдущая жизнь приучила меня к тому, что нельзя делать резких движений. Только сердце бьётся, как сумасшедшее, и трудно дышать.
Тонкая, но сильная ладошка легла мне на грудь и немного придавила к кровати. Одновременно пришло понимание, что я в бунгало, выделенном рыбаками. Смотрю на медленно крутящиеся лопасти потолочного вентилятора и потихоньку успокаиваюсь.
— Впервые встречаю людей, которые спят так тихо. А проснувшись, ведут себя будто притаившиеся звери. Ещё ты не храпишь и даже не сопишь, — шёпот Мае успокаивал и пробирал до мурашек, — Я поняла, что тебе снится дурной сон по изменению дыхания, а ещё ты немного дёргался. Только незаметно, будто боясь себя проявить. Люк, нельзя быть таким напряжённым. Ты напоминаешь сжатую пружину.