Держитесь, маги, мы пришли! (СИ)
- С первого дня эта парочка спелась! Как школа еще тридцать лет продержится – не знаю! – посетовал Марон Таис.
Авар Лютен, приглашенный на субботний обед в особняк Таисов, сидел в кресле у окна гостиной и обсуждал с лучшим другом вчерашнюю шалость Авроры. Северин высказывал надежды, что с возрастом дочь станет спокойней и рассудительней, а Авар вздыхал и неуверенно соглашался. В двери комнаты вошли две девочки, похожие друг на друга как две капли воды, в одинаковых золотистых платьицах и туфельках, с одинаковыми же косичками на голове. Сопровождала девочек мама – леди Анастасия Таис. Одна из близняшек с громким криком «Привет, Авар!» пронеслась мимо лекаря к старому псу, который дружелюбно вильнул хвостом, даже не пытаясь встать с подстилки, и принялась тискать собаку. Вторая подошла к Лютену и взобралась к нему на колени.
– Привет, Эос, – ласково сказал Авар, придерживая девочку. – И тебе привет, неугомонная Аврора. Рад видеть вас в добром здравии, леди Таис!
– Рора все мои запасы лекарственных цветков шиповника на свои снаряды извела, – пожаловалась Эос. – Мне теперь до следующей весны придется из твоих заготовок розовые бутоны брать.
Да, близняшек Таисов звали Аврора и Эос. Так решила их мама: обе девочки символизировали для расы магов рассвет новой жизни, и Анастасия дала дочкам имена земных богинь зари. Северин, которому Настя объяснила смысл выбранных имен, впечатлился и не возражал. В пятилетнем возрасте у Авроры проснулись способности к стихийной магии (почему-то никого это не удивило), а у Эос – дар целительства (что тоже было ожидаемо).
– Ничего, бери сколько хочешь. Вы уже начали лечебные отвары проходить?
– Да, – горделиво похвасталась девочка. – И лорд Талар Эдмин говорит, что я самая способная в группе лекарей нашего класса! А изучали мы сегодня...
Последовало подробнейшее описание такого процесса варки травок, при котором можно наполнить готовую основу магической целительской силой. Впрочем, дальнейшая беседа этой увлеченной травами и их отварами парочки могла бы быть интересна только магам-лекарям мира Доин.
Тем временем, постаревший Этен пригласил всех к столу.
– Авар, вечером кронпринц зайти должен, надо некоторые деловые вопросы обсудить, – сказал Северин. – Можешь задержаться? Присмотреть за девочками, пока мы разговариваем?
Авар развел руками:
– Задержусь, куда я денусь!
После обеда Аврора помчалась на конюшню, проведать недавно купленного ей пони – десятилетняя девочка год упрашивала родителей купить ей огромного гнедого жеребца, молниеносного как ветер, но благоразумные родители ограничились невысоким рыжим коником, не слишком быстрым, зато исключительно флегматичным и выносливым. Как ни странно, Рора с первого взгляда влюбилась в свою животинку и быстро научилась гарцевать и скакать галопом по дорожкам сада к тихому отчаянию садовника и белошвеек (которым приходилось ежедневно чистить и зашивать одежки юной леди). Тот же несчастный коник пригодился и Эос: она исследовала на нем витаминные отвары и средства против переутомления (под неусыпным надзором Авара, конечно, Эос была очень ответственной!). Леди Таис очень удивлялась, что при наличии аж двух таких хозяек, степенный пони, с громким именем Боливар, не терял спокойствия и умения радоваться жизни.
Лично накормив и расчесав своего коня, Аврора, привычно забыв надеть амазонку из устойчивой к разрушениям ткани (лично зачарованной главным артефактором королевского двора!), прямо в золотистом платьице поскакала по летнему саду. Вслед за ней вяло потрусил Орлов: чувство долга, повелевающее оберегать молодую хозяйку, пересилило желание поваляться на веранде. Аврора выбрала для сегодняшней прогулки широкую дорожку, идущую вдоль ограды сада с уличной стороны. Особняк Таисов стоял на одной из центральных улиц Тавии, и, поглядывая со спины Боливара через кусты, росшие между витым кованым забором и дорожкой, Рора могла видеть людей, спешащих по своим делам, проносящихся в магических вихрях магов, проезжающие мимо открытые экипажи и кареты, детей, собак и кошек, всадников, лихо скачущих на своих жеребцах, и прочее, и прочее, чем только могла удивить столица. Прогулка была затеяна мисс Таис не просто так, а с важной целью: научить своего «рысака» шагать красивым аллюром, который на прежней родине ее матери назвали бы «испанский шаг». (Нет, дочери не знали об иномирном происхождении своей матери: Настя с Северином уже давно решили, что ни родных, ни официальные лица знакомить с этим фактом не стоит.) Боливар, надо отметить, не сильно старался обучаться, но радовался, что в кои-то веки ему позволено спокойно шагать, а не мчаться галопом. С другой стороны ограды параллельно девочке бежал беспородный уличный щенок, уже довольно крупный, но еще далеко не взрослый. Песик не обращал на девочку и коня никакого внимания, так как его больше интересовали собаки, которых можно было облаять, обнюхать или гордо проигнорировать, если встречный пес оказывался слишком большим. Мимо прогрохотала большая карета, и уличный щенок, спасаясь, сиганул к ограде и даже сумел пролезть через нее в сад Таисов. Это демарш сильно не понравился Орлову, который с лаем набросился на вторженца. Аврора, спрыгнув с Боливара, сломя голову бросилась в колючие кусты: спасать щеночка от своей собаки.
– Не бойся, славный мой песик! – приговаривала Аврора, поглаживая щенка, которого до этого целый час ловила по саду. – Будешь теперь у нас жить, у нас хорошо! Кормить тебя будем, и Орлов с тобой подружится, вот увидишь! Сейчас папе тебя покажем – и будешь полноправный житель дома.
Щенок уже перестал вырываться из цепких рук девочки и повис, свесив хвост и лапы, как большой пушистый волчий воротник. Не глядя, куда идет, мисс Таис столкнулась у крыльца с неожиданным препятствием в виде широкоплечего рослого блондина с идеально-прекрасным бесстрастным лицом.
«О-о-о! – мысленно простонала девочка, – опять эта мелковатая* копия статуи Донатоса к нам пожаловала! Папа говорил, что этот синеглазый только вечером прийти должен, а сейчас и сумерки еще не начались!»
– Добрый день, ваше высочество! – процедила сквозь зубы мисс Таис-старшая (Эос родилась на пять минут позже сестры, и Рора частенько ей об этом напоминала).
– Добрый день, девочка. Извини, но на «мисс Таис» в таком виде ты не похожа, – ровным тоном сделал замечание кронпринц.
Девочка скрипнула зубами, но промолчала: сейчас было явно не время затевать спор с принцем – надо было быстрее легализовать положение уличного щеночка.
«Вот только одна привлекательная черта есть у Рейса Сартора – это голос, – подумала Рора. – Даже жаль, что такой бархатистый, глубокий, завораживающий глас достался такой пренеприятной личности!»
Встречать высокого гостя вышли лорд и леди Таис. Дождавшись окончания обмена приветствиями и любезностями, Аврора выступила вперед:
– Папочка, разреши оставить песика! Он Орлову помогать будет!
Лорд-ректор окинул взглядом дочь и почувствовал, как жена успокаивающе поглаживает его руку.
– Хорошо, отнеси его в конюшню, вечером разберемся. А сейчас у нас важный гость, Аврора. Проходите, выше высочество!
Рейс Сартор сидел в парадной гостиной особняка Таисов и с тоской смотрел в окно: в саду по ровной тропке в чистеньком золотистом платьице и белейших чулочках гуляла Эос Таис, держа за руку Авара Лютена. Лекарь-маг указывал девочке на различные растения и что-то ей объяснял, видимо, читал лекцию об их полезных или опасных свойствах. Мисс Таис-младшая прилежно слушала и кивала аккуратно причесанной головкой. Рейс перевел полный безнадежности взгляд на мисс Таис-старшую сидевшую между родителями в порванном, замызганном платье неопределенного цвета и с поцарапанным лицом и в очередной раз уныло подумал:
«Почему у Таисов появились на свет настолько разные дочери?! Почему обе девочки не могли родиться такими спокойными и рассудительными, как Эос? И почему леди Таис позволила дочери сидеть в таком виде и вообще разрешила присутствовать при серьезной беседе?! Эта сопливка просто молча протопала в комнату, уселась напротив меня, и единственная реакция – недовольный взгляд! Ремень им подарить, что ли? Широкий такой, крепкий!»