Я все еще люблю Тебя (СИ)

– Нет, – решительно ответила она.
Его рука безвольно повисла в воздухе. Он отшатнулся как от удара, еще не осознавая смысл ее ответа.
– Я никуда с тобой не пойду, – категорично повторила Кира и встала со стула.
Поравнявшись с ним, она несколько секунд прямо смотрела на его ошеломленное лицо, а затем жестко добавила:
– Твоей жене плохо, разве ты не видишь?
Он тяжело втянул ноздрями воздух и разочарованно выдохнул. В его взгляде потухла надежда и застыла боль.
– Иди к жене, – приказала ему Кира и пошла прочь.
Если бы Алекса попросили описать конец света, то вот сейчас он как раз его переживал. В его сердце вонзали острый клинок. И он не знал, как отныне сможет жить с этим терзающим чувством. Он крепко зажмурился и сжал кулаки, сопротивляясь поглощающей его тьме.
– Алекс, – тоненьким от волнения голосом обратилась к нему Аманда.
Он посмотрел на жену. Кира была права: жена страдала. На заплаканном милом лице растеклась тушь, а нескончаемый поток слез намочил белоснежную ткань воротника ее платья. Юная и невинная девушка, обиженная, растоптанная его безответственным отношением сейчас казалась Алексу олицетворением собственного падения. Его душа умирала в мучительной агонии. Кира ушла. Отвергла его. Легко и просто сказала «нет». Ему захотелось умереть. Он схватил себя за голову и пошатнулся на ватных ногах, закружилась голова. Женские руки подхватили его тяжелую фигуру, совсем немного придержав. Это его верная жена старалась помочь ему и поддержать. Круз-отец разочарованно свел брови на переносице и, не сказав ни слова, пошел к выходу.
Аманда взяла в руки лицо мужа, заставляя посмотреть на себя.
– Алекс, поехали домой, – попросила она его умоляюще.
И он не мог отказать. Не смел. Хватит с нее на сегодня его выходок и обид. Он должен отвести жену домой.
Они молча ехали по ночному городу. Алекс полностью ушел в себя, и его потухший, опустошенный вид не предвещал ничего хорошего. Аманда плохо контролировала себя, ее состояние после пережитого стресса ухудшилось. Руки дрожали, а эмоции не подчинялись контролю. Господи, как же она любит Алекса! Безгранично и очень сильно. Аманда все простит мужу, а он забудет ту, которую любил, ту, которая предала и разбила его любящее сердце. И когда муж остынет к изменнице, жена будет рядом, а Алекс полюбит ее со всей неистовой силой.
Его профиль на фоне огней мерцающего города казался таким утонченным и восхитительным. «Ты мой, Алекс, я люблю тебя», – думала Аманда про себя. Но уже в следующее мгновение возникла картина сегодняшнего признания мужа в любви другой женщине, и от ревности и ненависти к сопернице у нее потемнело в глазах.
– Эта Эштон, похоже, спит с твоим отцом. Не стоит так расстраиваться из-за этой никчемной шлюхи, – внезапно сказала Аманда.
Алекс моментально отреагировал:
– С чего ты взяла?
– Это очевидно. Ты видел реакцию отца? Он с ума сошел от ревности, – Аманда всячески стремилась осквернить ненавистную разлучницу.
Алекс решительно надавил на педаль тормоза, и машина резко остановилась, отчего Аманда пришла в ужас. Лицо Алекса было искажено раскаянием и горем. Он хриплым голосом без церемоний заявил:
– Аманда, я люблю другую, понимаешь? Это не прошло и не пройдет никогда. Нам лучше развестись.
– Нет! – вскрикнула Аманда и задохнулась в панике, заплакав навзрыд. – Ты не можешь! Мой отец не позволит этого! Я не хочу! Я люблю тебя! – рыдала она умоляя.
– Разве я не предупреждал в самом начале о последствиях этого брака для тебя? Я сто раз повторял одно и то же. Я не люблю тебя. Не могу! Мне наплевать на бизнес, карьеру. Понимаешь? Я мучу тебя и сам страдаю! – кричал Алекс. – Оставь меня в покое, Аманда. Смирись и дай мне этот чертов развод.
Он вышел из машины, оставив ключи в зажигании, и пошел на противоположную сторону дороги ловить такси.
  
Глава 34
 
Зима в этом году в Нью-Йорке была не холодной и такой необычайно мягкой. Но температуры всего –3°C было достаточно, чтобы привести Киру в чувство. Она стояла на улице, около дверей фешенебельного дома Круза-старшего, в одной только теплой кофте, наспех накинутой на плечи. Желание сбежать подальше от этого места было непреодолимым. Ее тело дрожало не от холода, а от пустоты и душевного разрушения. Сказав Алексу «нет», она и саму себя обрекла на вечные муки и страдания. Она четко помнила каждое мгновение сегодняшнего вечера, тонко чувствовала всеми клеточками своего тела потребность в Алексе. Кира снова и снова спрашивала Вселенную, за что она так наказывает их. Почему истязает их души постоянными испытаниями, поочередно заставляя проходить от самой сильной любви до необходимости делать выбор в пользу разлуки. Стоило каждому из них начать строить новую жизнь, и судьба опять притягивала их, раз за разом усложняя задачу.
 
Кира отдала Алекса другой женщине добровольно, вместе с тем отняв у себя жизнь. Почему? Потому что боялась последствий своего решения. Боялась снова пережить предательство. Не могла довериться. Не смогла пробить построенную собственными мыслями и убеждениями стену из сомнений и предрассудков.
Горячие слезы полились по ее щекам, а она так старалась оставаться сильной, невзирая ни на что. Но не получалось. Ей было неподвластно контролировать свою жизнь, сердце и желания. Всё давным-давно вышло из-под контроля и покатилось стремительно и необратимо. Что бы она ни делала, все возвращалось в исходную точку. Недосказанность и недоразумения между ней и Алексом накручивали ситуацию до масштабов трагедии. Она ощущала себя маленькой, беспомощной, расстроенной девчонкой, которую оставили одну на темной неизвестной улице для растерзания собственными страхами. Никто не придет, не заберет ее. Отныне Кира не знала, что истинно, а что фальшиво. Какие из сотни ее противоречивых чувств действительно реальны? Она не знала, как справиться с желанием отбросить свои принципы и броситься в объятия любимого мужчины, усмирить в себе бунтующую женскую гордость и отдаться воле неизбежного, фатального рока судьбы.
Февраль. Впервые за зиму пошел долгожданный снег. Это такое чудо – наблюдать хоровод снежинок вокруг себя. Дивная сказочная картина, не соответствующая внутренним ощущениям. Белое блестящее покрывало накрывало деревья и брусчатку под ногами. Все вокруг блестело и переливалось в бликах светящихся фонарей. Картина из романтической сказки. Но даже это больше не впечатляло. Наоборот, напоминало о том, что отныне ее удел – безысходное одиночество. Тоска сдавливала сердце, изводя его до изнеможения.
Кира услышала шаги, подняла голову, посмотрела вперед и оцепенела, не поверив своим глазам: от ворот к ней быстрым шагом приближался Алекс. Его волосы, плечи уже успел покрыть снег. Казалось, Алекс тоже был в разладе с самим собой. Лицо бледное, губы плотно сжаты, брови свирепо сведены. Предчувствие приближающейся катастрофы парализовало сознание Киры. Ощущение нереальности происходящего усилила тишина, безветренный вечер и неспешно сыплющийся с темных небес снег. Кира сильно зажмурила глаза, не доверяя им, когда открыла – Алекс стоял рядом.
Он тяжело дышал и сверлил ненавидящим взглядом, сжав кулаки, словно хотел сильно ударить. Но оставался стоять в шаге от нее. Кира смотрела ему в глаза и видела там пламя необузданных эмоций – любовь, страсть, ненависть и испепеляющую ярость. Она сделала шаг назад. И в следующее мгновение Алекс схватил Киру за плечи, сминая толстую ткань шерстяной кофты, так же силой притянул к себе. Девушка напряглась всем телом. Горло сдавил спазм. Дыхание остановилось. Голова закружилась. Он с такой силой тряхнул ее, что она едва удержалась на ногах, потом прокричал в приступе одолевшего его бешенства:
 
– Скажи, не молчи! Признайся, что тоже любишь меня!
Кира смотрела на Алекса округленными от страха и паники глазами, дрожала, как испуганная лань перед выстрелом в ожидании неизбежной смерти.
– Не бойся меня! – будто приказал Алекс.