Морозко (СИ)
Я в плотном стальном круге, но нужно прорываться, тело покрывают десятки ран, на правой руке осталось два пальца, левый глаз выбит, обильная кровопотеря уже сказывается на реакции и силе ударов, последние полчаса я держусь исключительно на выносливости и вредности. Ктож знал, что в верхней части лагеря будут сосредоточены почти сплошь одни ветераны и мастера меча. Знал бы раньше, начал бы зачистку сверху...
Внезапно строй эфталов подался назад, и на меня нацелилось несколько десятков арбалетов. Осознание ситуации немного запоздало во времени, и прежде чем конечностей достиг импульс к ускорению, мое тело уже было изломано ударом арбалетных болтов. Что тут сказать, было больно...
- Командир, он еще жив, - из туманного далека донесся потрясенный выдох.
- Сучье отродье, тащите его в повозку, Взыскующие разберутся!
Вот и доигрался.
- Отче наш, да святится имя твое...
Отец Горий нехотя отвлекся от песнопения молодых послушников, помощник Эрнан нетерпеливо повторил условный знак, фигура воина статуей замерла у порога в залу, сознавая торжественность момента посвящения.
- Продолжайте без меня дети мои, - Горий передал Символ заместителю, и степенно покинул кафедру.
- Да прибудет с нами сила твоя...
- В чем дело Эрнан?
- Падрэ, Вам стоит взглянуть на это собственными глазами, - свет факелов заиграл бликами и тенями, заставляя живых прочувствовать древнюю холодную плоть храма.
- Введи меня в суть дела!
- Да Ваше преосвященство... Отряд наемников герцога Лойя попал в коварную ловушку. Выжило лишь сто двадцать восемь человек из тридцати тысяч, но почти все выжившие - это элита, воины, лучшие из лучших. Потери врага четырнадцать гвардейцев, судя по всему... все убитые - мастера меча. Есть один пленный, тяжело раненный, но живой... и это проблема, - воин еле поспевал за ускоряющимся шагом отца Гория.
- Сколько их всего было, - Горий резко остановился, вцепившись цепкой хваткой в руку помощника.
- Вместе с пленным - их было пятнадцать...
- Но как...??
- Сон. Враги отравили источник с водой... новое снотворное средство. Амулеты не сработали. Никто из магов не почувствовал тревоги.
- Из всей армии выжило полторы сотни человек?
- Да... прочие убиты во сне.
- Кощунство... это попрание всех канонов войны. Будь проклят тот, кто это затеял. Раненного отравителя нужно немедля казнить, и самой лютой смертью.
- Отец Горий - это болотник...
Цитадель ордена святых паладинов уже долгие три тысячи лет носила гордое название - Твердыня. Двор Твердыни почти всегда был погружен во мрак, настолько высокими были стены этой неприступной крепости.
Кучка эфталийцев боязливо оглядывалась по сторонам, с тревогой и недоверием наблюдая за десятками воинов в серых рясах. Паладины Ордена были страшными и непримиримыми противниками и наемники это прекрасно помнили.
- Что привело Вас в нашу Цитадель?
Командир наемников немедленно склонил голову в уважительном поклоне, святой отец был славен многими достойными делами, и эта заслуженная кровью репутация невольно вызывала уважение.
- Святой Отец, мы привезли Вам болотника...
- Я вижу, - волевое покрытое шрамами лицо Гория будто застыло в камне, - я спрашиваю, почему вы привезли его сюда. Ценные пленники это дело - Взыскующих Императора.
- Мы посчитали это разумным решением, постараться избежать гнева Императорского величества. Все знают, как страшен молодой Лойя в гневе...
- Понятно, значит струсили!
Наемники красноречиво промолчали.
- Что хотите за болотника?
- Нам нужен переход в Эфталию, наши маги-портальщики погибли...
- Десять ваших воинов или магов должны принять служение Создателю, - не терпящим возражения голосом отрезал Горий, заглядывая в единственную повозку, - Йолай хватай пленника и тащи в третью башню.
Один из монахов в серой рясе метнулся к повозке.
- Ну а теперь, я бы хотел услышать о ваших подвигах более подробно...
Никто не удивился, когда вечером в служение Создателю посвятились тридцать пять эфталийцев. Падрэ Горий сегодня был в ударе.
- Я бы резал их долго, и смаковал.
- Человечинка - вот это наверное вкусно. Нужно попробовать...
- Пролетариат - болваны, вот к чему нам надо стремиться, только коммунизм несет свет народам. Империализм - Вашу мать... я говорил, что я национал-большевик?
- Бля.. - заткнитесь! Я тут понимаешь умираю, а они мне белочку разыгрывают.
- Держите крепче... тяжелый зараза.
- Сюда положите. Да не так... идиоты! Вы же мне всю пентаграмму сотрете!
- Вот так пойдет?
- Уходите от греха подальше, пока не прибил...
Пучина боли, из которой я умудрился вынырнуть, грозила затянуть меня еще глубже.
Вот ведь как устроена жизнь, бывало ноешь-ноешь, а потом хрясь... и настает полная жопа. Именно из таких случаев я и черпаю свою бесконечную мудрость. Ведь чтобы понять в какой ты параше, надо достигнуть самого дна, именно так и накапливается фактический материал для сравнения.
Наемники молодцы, почти не издевались... разве что в первую ночь раздавили яйца и одноглазого отрезали. Потом правда язык тоже под корень вырвали. И второй глаз выбили. Позже зубы выломали и мордой в говно совали. Но это для меня не особо страшное издевательство, я бы мог придумать и кое-что похлеще...
Увечный я стал... руки отрезали по локоть, ноги по колено. Скальп мой лысый тоже сняли - гады, и в теле три десятка стальных болтов, сам удивляюсь и как я еще жив. Вместо носа провал, вот она какая - судьба Майкла с Лунной походкой.
- Свечи ставьте, Эрнан поднови затертые знаки!
Я беспокойно задвигался, пытаясь понять, что же происходит.
- Святой Отец - обрубок очнулся... неужели он нас слышит?
- Займись делом! Болотник уже своё отжил...
А вот хрен Вам сволочи, клянусь своей бессметной душой - если выживу то вам кранты. И доспехи буду носить, самые лучшие - вот она моя ошибка. Ненависть полыхнула внутри опаляя своим жаром сердце - врагов буду давить без жалости и пиетета. Вырежу всех - вплоть до грудных детей, да так и сделаю... лишь бы теперь выжить. Я вам суки устрою концлагеря и экскурсию в Гулаг, кипятком у меня писать будете.
- "Держись Мороз - общечеловеком будешь", - я ощутил, как по жилам заструилась сила Другого.
- "Спасибо ребята", - удивленно подумал я, никогда еще не было такого, чтобы мои соседи так щедро делились накопленным добром. По телу заструилась обжигающая волна силы, и я почувствовал, как внутри тела растворяются уже ставшие привычными стальные болты.
- "Кто мы есть без тебя, лишь маски на волнах бесконечности", - сознание обмыл шепот далеких голосов.
- Triesto man everno du est!
Тело скрутили жгуты адской боли, заставляя изгибаться спиной назад. Раны на спине жгли будто раскаленные солнцем, а в груди заледенел кусочек души... я вспомнил как вечерами меня подвешивали за лопатки стальными крючьями. Вспомнил запах сгорающих в костре моих отрубленных ног, вспомнил хруст моих рук на зубах боевого пса эфталов, многое вспомнил...
- Святой Отец - амулет сияет!
- Нам удалось, мы запечатали силу болотника. Наша печать работает...
Твари... интересно, что им удалось сделать с моей силой. Хотел я этого избежать, но теперь чую, они сами во всем виноваты.
- Зачем нам этот амулет Отец Горий?