Любимая моя

Беда в том, что Лоренс не умеет слушать. Так пусть сам и страдает. Черт с ним.
Она скользнула взглядом по его точеному профилю. Мраморный Бог? Нет, гранитный истукан! Он казался таким далеким, будто их разделяли громадные пространства. Трудно поверить, что совсем недавно он сжимал ее в объятиях.
К черту! Кто дал ему право напрочь отгородиться от нее, делать вид, что ее не существует в природе? И все только потому, что инициатива окончания вечера исходила от нее, а не от него.
  
— Какой же ты черствый человек. Эгоист несчастный! — взорвалась она. — Только потому, что решил единственный раз вытащить меня из дома, а вечер закончился не так, как ты рассчитывал…
— А как он должен был закончиться, Барбара? — перебил ее Лоренс.
— Я… — начала Бэб и запнулась, осознав, что он находится у опасной черты и тоже готов взорваться. Под ее ногами будто разверзлась пропасть.
— О, понимаю, — язвительно продолжил он, — ты полагала, что приглашение на ужин одновременно включает и последующий завтрак?
— Что? Да как ты смел!
— Прости, Барбара, но я веду себя вполне корректно и сдержанно с теми, с кем провожу собеседования.
Девушка не верила собственным ушам.
— Если ты хоть на мгновение вообразил, что…
— Да ничего я не вообразил, — перебил Лоренс. — Весь вечер в твоих глазах читалось приглашение. Я мог уложить тебя в постель в любую минуту, — заявил он, притормозив у светофора. — Тебе обидно, что я этого не делаю?
Спокойно. Не реагируй. Делай вид, что его не существует. До этой минуты Барбара едва ли сознавала, что способна испытывать к кому-либо сильную ненависть. Ни секунды больше невозможно находиться с ним рядом! Молниеносно отстегнув ремень, Бэб схватилась за ручку дверцы.
— Подумай хорошенько, — невозмутимо посоветовал Лоренс. — Ни огонька такси, ни одной живой души. Кромешная тьма.
И тут же, улыбнувшись, любезно открыл дверцу.
— Впрочем, дело твое. Хочешь — выходи.
Барбара уже поставила ноги на мостовую, но замерла, не решаясь выйти из машины. Она понятия не имела, где находится, да и порыв ее уже потерял всякий смысл. Как бы нехотя Бэб подняла ноги в машину, устроилась поудобнее и закрыла дверцу. С высоко поднятой головой она смотрела прямо перед собой, желая лишь одного — поскорее закончить это путешествие.
Однако ей показалось, что прошла вечность, прежде чем Лоренс остановился возле старого здания в викторианском стиле. Вот она и дома! Без единого слова Бэб вышла из машины. Играя ключом, девушка подошла к входной двери и уже на пороге оглянулась.
Лоренс не собирался идти за ней, даже головы не повернул. Сидел за рулем словно каменное изваяние. Как только Бэб вошла в дом, он, судя по шуму мотора, уехал.
Вот так закончился прекрасный вечер. Закрыв дверь, Бэб бессильно прислонилась к косяку. Злость прошла. Девушка чувствовала себя опустошенной и несчастной, будто обманутой. А как еще мог окончиться день? Чего она ждала? Нет, не будет она перебирать все эпизоды вечера, вспоминать, что говорил и что делал Лоренс, искать объяснения его словам и поступкам. Все, надо вычеркнуть его из памяти, забыть навсегда! Бэб глубоко вздохнула. А сейчас предстоит объяснение с Роном.
Еще с улицы она заметила свет в общей гостиной на втором этаже, так что скорее всего он не спит, ждет ее наверху. Два других соседа по квартире уехали на выходные из города. Медленно и неохотно, минуя вожделенную спальню, Барбара отправилась наверх.
— Рон, прости меня, — начала она и запнулась, встретившись с удрученным взглядом приятеля. — Ты выглядишь так, будто пропустил матч, — решила пошутить она и тут же пожалела о своей шутке, увидев, как болезненно исказилось лицо молодого человека.
— Я думал, с тобой что-то случилось, — сказал он тихо. — Боялся, что ты попала в аварию.
— Рон, я очень виновата перед тобой, — повторила извинение Барбара, присаживаясь рядом с приятелем.
Пока она не увидела Рона, у нее теплилась надежда, что, не дождавшись ее, он отправится праздновать победу или скрашивать горечь поражения с товарищами по команде. А он, оказывается, сидел здесь и переживал.
— Ты могла хотя бы позвонить.
— Знаю. Я хотела, но…
Как ему объяснить?
— Но ты забыла? — закончил за нее Рон. — Ты провела вечер с Лоренсом, не так ли? Я слышал, как отъехала его машина.
Бэб молча кивнула. Давай, кричи на меня. Скажи мне, что я взбалмошная и ветреная, что ты потерял целый вечер в напрасном ожидании, не находил себе места от волнения, но только, прошу тебя, не смотри на меня так, беззвучно молила она, видя муку в его глазах. Если кого в жизни она и могла ненароком обидеть, то только не Рона, и уж никак не ожидала такой реакции на свое позднее возвращение. Бэб предполагала, что он на нее будет дуться, и совершенно справедливо, но знала, что обида скоро пройдет, Рон примет ее извинения, и они выпьют вместе по чашечке кофе в знак мировой.
— Ты мне очень дорога, Бэб.
С нелегким сердцем внимала девушка его словам.
— Ты не испытываешь ко мне ничего похожего? — взволнованно спросил он.
Барбара нервно сглотнула, прежде чем ответить:
— Ты мне очень нравишься. Как друг. — Ей вовсе не хотелось продолжать беседу в том же ключе. — Выпьем кофе? — спросила она, вставая.
— Нет, Бэб. Прошу, выслушай меня, — сказал он, усаживая ее на диван. — Я бы желал, чтобы мы были больше чем друзья. Не хотел тебе говорить об этом раньше, но мне страшно, что, когда ты съедешь с квартиры, я потеряю тебя навсегда…
Нежным жестом Рон убрал ей за ухо непослушную прядь.
— Бэб, ты знаешь, что я к тебе чувствую.
Господи, как же так?! Этого не должно было произойти. Она не хотела этого… Девушка видела, как он склоняет голову все ниже к ее лицу… Ей надо было встать, остановить его, убежать, но Бэб продолжала сидеть как прикованная.
Губы его, теплые и нежные, коснулись ее губ. Был момент, когда ей хотелось оказаться в верных руках Рона, забыть все свои треволнения… Нет, она не имеет права так поступать с ним. Может быть, позже придется пожалеть об этом.
Губы его становились все настойчивей, все требовательней.
— Нет, Рон…
Упершись руками ему в плечи, Барбара оттолкнула парня. Наступила тишина, еще более гнетущая, чем она ожидала.
Смесь боли и смятения в глазах Рона оказалась невыносимой для девушки, и, вскочив на ноги, она стрелой помчалась к двери и вниз, к себе в спальню. Презирая себя за трусость, Бэб упала лицом в подушку и заплакала. Как мерзко все вышло, и в этом виновата она одна… если бы только подготовить себя…
Неожиданно в дверь постучали. Конечно, это был Рон.
— П…прости. Я не хотел… Сейчас я все испортил… Давай забудем о том, что произошло. Прошу тебя, ну просто сделаем вид, что не было этого вечера, чтобы все осталось по-прежнему. Ладно?
Сердце девушки сжалось от стыда за себя, за унижение, которое испытывал ее друг.
— Конечно, — ответила она, понимая, насколько трудно будет после случившегося сохранить старую дружбу. — Спокойной ночи, Рон.
Дождавшись, когда затихнут его шаги, Барбара лихорадочно заметалась по комнате. Приняв решение, она вышла в холл, позвонила в бюро услуг и вызвала такси. Ожидая машину, переоделась в джинсы и свитер и набросала Рону короткую записку. Для них обоих будет легче, если утром они не встретятся в квартире.
Вряд ли Лоренс обрадуется, увидев ее вновь, угрюмо думала Барбара, подходя к знакомой дубовой двери. Скорее всего, он сморщится и пробурчит: «Какого дьявола ты опять здесь?» Что же делать, не уходить же. Хорошо хоть свет горит, значит, хозяин еще не в постели. Оглянувшись на такси и послав ободряющую улыбку шоферу, который ждал ее, девушка решительно нажала на звонок. Неожиданно неясная темная фигура показалась из-за угла дома и направилась к ней.
  
— Барбара?
В голосе не было ни тени удивления. Лоренс успел переодеться в джинсы и свитер. Интересно, давно ли у него появилась привычка бродить по саду ночью?