Академия Аркан (ЛП)

В последние несколько лет. Я тихо фыркаю. Мама учила меня чернильному ремеслу с того момента, как я впервые взяла в руки перо. Я научилась читать карты раньше, чем научилась читать слова. Большинство арканистов начинают проявлять даже намёки на связь с таро лишь к восемнадцати или девятнадцати, но мои способности появились гораздо, гораздо раньше — и я подозреваю, что Каэлис об этом прекрасно знает.
  
— Каждый арканист обязан отдать часть своей силы Чаше в обмен на ещё большую. Совершив жертву, ты столкнёшься с тем, что некогда было твоей судьбой. Если победишь её — тебе будет даровано больше времени в этих священных стенах. Если проиграешь — тебя заклеймят и изгонят. — Он кладёт колоду на пьедестал и веером раскладывает карты. — Ради себя, ради королевства, пришла пора заплатить цену за знания, которые мы здесь оберегаем. Выбери три.
Я смотрю на карты. Вот я здесь, в месте, где, как я думала — как мне прямо говорили — я никогда не должна оказаться. Я глубоко вдыхаю, закрываю глаза и протягиваю руку, водя ею над колодой. Кончики пальцев касаются одной из карт — в ладони покалывает, — и я вытягиваю её вверх. Повторяю процесс ещё дважды, прежде чем открыть глаза.
Три карты — для меня и только для меня. Моё предназначение. Моё будущее.
Каэлис отодвигает остальные карты в сторону. Одну за другой он переворачивает мои и объявляет их собравшимся.
— Десятка Монет.
Прекрасная карта. Десять золотых монет сияют, как солнца, над счастливой семьёй — каждое поколение столь же радостно, как предыдущее. Десятка Монет символизирует богатство, радость и вознаграждение за проделанную работу. В людях, изображённых на карте, я вижу членов Клуба Звёздного Переплёта, собравшихся за столом на праздник Всех Монет.
Следующая карта — Пятёрка Мечей. Женщина стоит перед окровавленным полем битвы, по два меча в каждой руке. Позади неё трое мужчин, готовые вонзить свои клинки ей в спину. Это карта конфликта и потерь. Сражений, которые, возможно, и будут выиграны, но — едва-едва… и такой победой, за которую придётся заплатить слишком высокую цену.
Толпа возбуждённо перешёптывается, когда Каэлис называет Пятёрку Мечей. Все уверены, что именно эту карту я брошу в Чашу, и это действительно стало бы зрелищем, достойным их внимания. Но у меня осталась ещё одна карта, которую предстоит раскрыть…
Когда Каэлис переворачивает последнюю карту, его движение замирает в воздухе. Мы оба едва успеваем уловить изображение на лицевой стороне, но его невозможно спутать — это приметная карта, известная каждому.
— Двойка Кубков, — произносит он. Его голос не дрожит, но когда глаза, переливающиеся всеми оттенками света Чаши, находят мои, я вижу в них целую бурю эмоций. Его губы сжимаются в жёсткую линию, будто он физически сдерживает угрозу, которую я практически слышу в его мыслях.
Двойка Кубков. Карта любви. Мужчина и женщина стоят лицом друг к другу, поднимая наполненные кубки. Их выражения — спокойные, но с ноткой тревоги и возбуждения. Губы приоткрыты, словно они замерли на вдохе. Вокруг их рук закручиваются ленты, связывая их вместе, поднимаясь вверх и образуя фигуру голубя.
Это карта судьбоносной встречи, нового союза, основанного на гармонии и равновесии. Карта влюблённости.
— Выбери одну карту, чтобы бросить в Чашу, — выбери, от какого будущего отказаться, — говорит Каэлис, отступая. Но наши взгляды по-прежнему сцеплены, как рога у баранов. Резко развернувшись, он уходит прочь, а я жду, чтобы сделать выбор, пока не увижу его высоко на трибунах. Его трудно не заметить. Как директор, он имеет свой собственный балкон.
С ним стоят трое преподавателей, и один из мужчин подходит к Каэлису. Широкоплечий, с тёмно-каштановыми волосами. Но глаза — ярко-зелёные, настолько, что выделяются даже на таком расстоянии, и они устремляются прямо на меня. Я чувствую, как от него исходит неодобрение — словно он уже знает, что я не та, за кого себя выдаю. Советник или приспешник? Вопрос, на который предстоит ответить моей будущей версии.
Я возвращаюсь к картам. Нет никаких сомнений, какую я выберу. Десятка Монет — это мои друзья и семья. Будущее, о котором я всегда мечтала. Пятёрка Мечей — это трудности… но борьба была частью моей жизни с самого начала. Я всегда переходила от одной битвы к другой, постоянно оглядываясь через плечо.
Мои пальцы замирают над Двойкой Кубков. Карта отношений. Я вновь смотрю на Каэлиса и чувствую тяжесть его взгляда.
— Я не твоя игрушка, — шепчу я. Он сказал, что любит вызовы. Что ж, я устрою ему один. Я покажу ему — и всей его академии — что не собираюсь быть тихой и покорной.
Студенты немедленно впадают в неистовство. Они потрясены и сбиты с толку. Никто не понимает, зачем добровольно отказываться от возможности выгодного союза. Особенно когда есть очевидный выбор — Пятёрка Мечей. Особенно когда ту, кто отвергает судьбоносную встречу, уже обручили с принцем.
Но сквозь их изумление я слышу нечто гораздо более показательное. Более предсказуемое. Веселье. Развлечение. Они готовы стать свидетелями того, что меня ждёт — и того, как я справлюсь с испытанием.
Мгновением пальцев я бросаю карту в ауру Чаши, словно бросаю вызов. Карта взрывается каскадом звёздной пыли и мерцающих серебряных искр.
Невидимая сила с яростью тянет меня, вцепляется в самую суть моей души, вытягивает магию из глубин. Из моих уст вырывается тихий вдох, и я остаюсь без воздуха. Меня шатает вперёд, каждая мышца дрожит. Будто свет внутри меня начинает угасать. Звезда, мерцавшая и вот теперь навсегда исчезнувшая. Утраченная.
Я хватаюсь за пьедестал, чтобы удержаться. Толпа неистовствует. Они знают, что будет дальше, и даже несмотря на то что я последняя из почти четырёх десятков претендентов… они хотят большего. Они хотят великого финала.
Аура Чаши уже полностью окружила меня. Она придавливает, заставляет дышать поверхностно, сердце дрожит. Я закрываю глаза, но за веками лишь вспышки света и бессвязные видения. Я застряла между реальностью и будущим, которое должна разрушить. Ни здесь, ни там — ни в том, что есть, ни в том, что могло бы быть.
С каждым пульсом этих миров — сна, видения, будущего, реальности — я стараюсь сосредоточиться на единственной точке: на колоде, которую Каэлис оставил на пьедестале. Протянуть руку к картам требует титанических усилий. Но как только моя ладонь касается их, я с облегчением вздыхаю — я чувствую магию каждой чернильной карты в стопке. Арканист не может вызывать карты из незнакомой колоды. К счастью, чтобы узнать колоду, достаточно одного прикосновения.
— Те, кому сложнее всего на Фестивале, — говорила мне Арина, когда делилась своей историей при первой же возможности сбежать из академии, — это те, кто забывает схватить колоду заранее. Если тебе придётся тратить время на её поиски в мире будущего, ты обречена.
Кто бы знал, что тогда она готовила меня к моему собственному испытанию у Чаши. Надеюсь, сейчас она смотрит и гордится.
Я отталкиваюсь от пьедестала и засовываю колоду в карман. Аура Чаши усиливается. Она внутри меня и вокруг. Нет больше различия между ослепительными образами за закрытыми веками и светом, принимающим форму передо мной.
Поглощённая сиянием Чаши, я резко вдыхаю. Моргаю в последний раз — и, открыв глаза, обнаруживаю, что стою в ярко освещённом бальном зале.
Лицом к лицу с последним человеком, которого я хотела — или ожидала — когда-либо увидеть снова.
Глава 8
Я стою на краю танцпола в роскошном бальном зале. Я знаю это место. Хрустальные люстры свисают с потолка, как замерзшие капли дождя, пол из отполированного мрамора блестит под драгоценными туфлями гостей, кружащих в танце.
  
Клуб Искателей Судеб. Старейшее развлекательное заведение Города Затмения. Им управляют представители Клана Влюблённых, и только благодаря их влиянию здесь официально разрешено использовать карты.
Элита города кружится и смеётся, но их лица размыты, будто акварель, оставленная под дождём. Ничто не кажется настоящим. Всё зыбкое, как будто это место существует одновременно в прошлом и будущем, сливающихся в размытое настоящее. В последний раз я была в Клубе Искателей Судеб… по работе. И тогда я увидела…