Нежеланная пара (СИ)

Зато волновался я каждую секунду об Аде. Мысли о ней не покидали мою голову надолго, я уже начинал сходить с ума. Теперь, оставшись один, я и вовсе готов был выть на луну. Ещё и отец с его ухмылочками, как только прознал… Хотя, может кого из моих людей пытал, от него и такого можно ожидать. Ну, в любом случае, я и сам понимал, что надо быстрее разбираться со всем этим.
Закладывались подлые мыслишки, что девчонку можно просто соблазнить, а так было бы проще… Но мне не нужно было одно её тело, нет. Я жаждал её всю целиком, с душой и мыслями. Как волк отдал ей меня, так и я её заполучу. Она должна полюбить меня всем существом, иначе я не смогу быть уверенным в том, что смогу удержать её рядом с собой на веки вечные.
Хотя, я и был уверен, что сам-то от неё никуда не денусь, но не мог сказать, что уже полностью принадлежу ей. Моя душа, если она ещё была, до сих пор металась в сомнениях. Ну, а факт того, что всё предрешено никого не волновал.
Я понимал: Аду любил волк, но не я. А она любить во мне будет именно человека, а не зверя. И в этом-то и была вся проблема.
  
9. Аида
 
Я кое-как отработала смену и радостно убежала домой. Понятное дело, всё не могло быть слишком уж радужно, это работа как-никак, но Кирилл перегибал. Он говорил мне под руку, пытался раскритиковать меня всю, наверное, скоро бы и до того, как я дышу добрался, поработай я еще пару часов.
К счастью, теперь меня ждали выходные, так что я могла хотя бы ненадолго забыть об управляющем. Я начинала готовиться к учёбе, читать справочники, дабы освежить знания в голове. Помогло отвлечься.
Но ненадолго. Перед сном, когда я почти уже утонула в объятиях Морфея, в голове пронеслась мимолётная мысль об Игоре. Сон тут же как рукой сняло.
Я обозвала себя идиоткой и ещё парочкой нехороших слов, но от этого ничего не изменилось. Сердце сладко сжималось при мыслях об этом мужчине. И я ничего не могла с этим поделать. Мысли о нём коршунами кружили в моей голове, готовые в любой момент разодрать малейшее сомнение.
Кажется, я начинала влюбляться. Несмотря на то, что я буквально парила в небесах, я понимала, что ничего хорошего в этом нет. Влюблённости, тем более в таких мужчин, ничем хорошим не заканчиваются. Тут же не сказка, а суровая реальность. Приходится признавать, что история обречена для меня на сэд энд: я ни за что не позволю кому-то узнать о своих чувствах и просто задушу их на корню, молча при этом страдая.
Моя маленькая трагедия так и останется со мной, но сейчас ничто, почему-то, не могло омрачнить мои мысли. Наверно, какие-нибудь гормоны влияют или ещё что. Химия же.
Заснула я в тот вечер едва-едва, уже под утро, понимая, что завтра опять ничего не сделаю, а, как водится, просплю весь день.
***
Моим шикарным планам так и не суждено было сбыться. Часов в десять утра мой телефон зазвонил. Настойчивый некто никак не оставлял своих попыток со мной связаться. Я решила хотя бы посмотреть, кому там не терпится.
На экране высветился незнакомый номер. Я сомневалась, отвечать или же нет, но потом решила, что по телефону пока что ещё не убивают. Я настороженно спросила:
– Алло, это кто?
Мне ответил звонкий девчачий голос, обладательницу которого я узнала не сразу:
– Ада, это Даша, – она была официанткой, мы с ней нередко работали в одну смену, нет-нет перекидываясь парочкой слов. – Ты можешь сейчас приехать? У нас тут такое…
Я села на кровати, потерла лицо, зевнула и спросила:
– Какое?
– Да, хозяин приехал, разнос дикий устроил, Кирю, походу, увольняют… Потребовал всех, кто может и не может явиться сегодня-завтра, иначе кирдык. Фиг знает, какая его там муха покусала.
Лень и недосып во мне твердили, что ничего не случится, если я приеду попозже, а лучше и завтра, но к сожалению, я состояла не только из них. Во мне ещё была та самая тупая влюблённость, которая и заставила меня ответить, что я буду через полтора часа, а всё ради того, чтобы увидеть Игоря. Самой от себя противно стало.
 
Я собралась быстро, но едва подавила в себе желание накраситься и приодеться покрасивее. Это могло показаться странным, с учётом того, что я не вытащила из джинс и футболок. К тому же, после поездки в автобусе я стала бы совсем “неотразима”.
В кафе я была уже через час и десять минут. Заведение оказалось закрыто по техническим причинам на два дня. Не очень хорошо, конечно, но что поделать, видимо…
Заходила я с опасением: страшно было, что сейчас потеряю ещё и эту работу, тогда можно будет вообще вить верёвку и мыло покупать, потому что до начала учёбы я не успею найти то, что подойдёт мне по графику. А с голоду пухнуть тоже приятного мало, лезть в долги так и вообще.
Внутри царил настоящий хаос. На столах были разложены бумаги, туда-сюда сновали испуганные официантки, а где-то в середине зала, за несколькими сдвинутыми друг к дружке столами сидела молодая женщина, которая хмуро разглядывала документы. Рядом с ней с выражением лица человека, которого вот-вот казнят, сидел Кирилл. Надо сказать, я бы тоже ожидала смерти, если бы за моей спиной так грозно маячил кто-то вроде Игоря.
Увидев меня, Даша подбежала и сказала:
– Короче, рыба моя, сейчас идёшь к той вон злой тёте, имя-фамилию говоришь и она тебя спрашивать будет… Может, пронесёт, да не вылетишь, я вот живая же. Ни пуха тебе! – и она куда-то испарилась, не дав мне даже отправить её к чёрту.
Мне её слова вообще ничем и никак не помогли. Теперь захотелось написать по-тихому заявление по собственному и драпать отсюда быстро-быстро, потому что «та вон злая тётя» действительно не выглядела белой и пушистой. Ну, что ж, сожрать меня не сожрут, это точно.
С этими мыслями я начала осторожно приближаться к столу. Меня почему-то сразу заметил хозяин кафе и, кажется, даже ободряюще улыбнулся. А также я ещё заполучила злобный взгляд бывшего уже, похоже, управляющего. К чему бы это всё, спрашивается…
– Здравствуйте, – я произнесла это как можно более спокойно, вот только голос все-равно невольно срывался. Но вместо ожидаемого раздражения со стороны незнакомки последовало лишь ледяное безразличие:
– Зовут как? – она приподняла брови, взглянув на меня и с явной неохотой отрываясь от дел.
Я сначала вообще думала, что на этот вопрос ответить не смогу, но всё же собрала всю свою силу воли и произнесла:
– Аида, – запоздало пришла мысль назвать фамилию. Я хотела уже исправить эту досадную неприятность, но меня перебили:
– Ага, ну, ты тут одна такая, – она из кипы бумаг, лежащих в стороне, достала какой-то лист и начала в него вчитываться. – Так, ты у нас юная самая, значит. Студенка?
Последний вопрос она задала с таким подозрением, что я начала беспокоиться: а вдруг им тут такие теперь не нужны, работать ели как будут и всё такое? Но врать не стала:
– Поступила.
Вздох раздался тяжёлый, мне тут же захотелось развернуться и уйти, чтобы не выслушивать всех оправданий, мол, нам работники нужны, а не абы что, как учёбу совмещать будешь и всё такое, но здравый смысл твердил: «Зарплату хоть забери, дура!»
Но, как оказалось, всё было не так уж и страшно:
– Тебе работать-то без вариантов? – она как-то перестала быть слишком страшной, так что я трястись, как осиновый лист, прекратила и просто кивнула. – Ну, тогда ладно пока. Косячить станешь, тогда уже и поговорим. Вам там, бедолаги, этот вот, – она показала кивком на Кирилла, – Часть зарплаты зажал, – у меня в руках оказалась бумага с какими-то цифрами, – Иди в кабинет управляющего, там бухгалтер, получай своё. Вместо болвана я буду, кстати, меня зовут Марина Сергеевна.
 
Я попыталась улыбнулась, но все эти изменения не давали моему мозгу работать нормально, так что, скорее всего, это было больше похоже на судороги на лице.
Бухгалтер, который оказался грузным мужчиной лет пятидесяти, выдал мне приличную такую сумму, а на мой удивлённый взгляд ответил: