Нежеланная пара (СИ)
В итоге, после целых полминуты грусти-тоски-печали они-таки нашли, чем заняться: прокат роликов и велосипедов. Лора взяла себе ролики, я едва заставил её нацепить защиту, а Ада решилась только на велосипед, я хотел отказаться от всего, но меня заставили-таки выбирать, но роликов моего размера не нашлось, причём, кажется, даже в природе, так что я взял самый большой велик, какой был и вяло тащился вслед за веселящимися детишками.
26. Аида
Лариса оказалась очень интересным ребенком, по крайней мере потому что её ребенком назвать было трудно. Она знала много, хотел узнавать ещё больше, но при этом умудрялась быть совершенно беспечной. Она излучала какой-то необычный, завораживающий внутренний свет, что мне стало даже завидно. Я такой не была никогда, во мне всегда присутствовала изрядная доля сарказма, а иногда и злости.
Но возле этой девочки я решила позволить себе забыться и стать хотя бы ненадолго такой, как она, совершенно беззаботной. К тому же, мне нужно было как-то вытравить глупые мысли о том, что произошло между нами с Игорем, и о том, что же будет дальше.
Лора в очередной раз зацепилась руками за багажник велосипеда, а я поднажала, чтобы прокатить её с ветерком. Игоря не было видно, он вообще не вмешивался в наше общение, за что я была ему в тайне благодарна. Я не смогла бы чувствовать себя комфортно в компании новой знакомой, если бы постоянно смотрела на него и вспоминала наше утро. Конечно, разговора нам не избежать в любом случае, но хотелось его оттянуть, и мелкая была как раз кстати.
Мы чуть вымотались, поэтому сбавили скорость и тут же обнаружился Игорь, который просто, оказывается, никуда не спешил. Но он все-равно держался чуть позади и не вмешивался.
– Завтра после спектакля мама заберёт меня домой, так что спать сегодня рано ложиться не будем! – твёрдо заявила Лора и добавила: – Нам ещё вторую часть Железного человека смотреть, а то без меня же не посмотришь, как жить будешь!
Я искренне рассмеялась и согласилась, что без Роберта Дауни-младшего в крутом костюмчике мне явно хуже, чем с ним. В конце концов, многие мои знакомые обсуждали все эти Марвелы, ДиСи, а я даже примерно понять не могла, что это такое. Надо быть в теме.
Меня и мой ослабленный организм дольше чем на полтора часа прогулки не хватило, я вымоталась. Игорь порывался опять меня на руки взять, но я категорически отказалась, потому что при Ларисе вытворять нечто подобное не хотелось. Что ни говори, она все-равно ещё ребёнок, зачем ей на наши телячьи нежности смотреть?
Так что, ковыляла я до машины своим шагом, а, как только оказалась в ней, едва успела пристегнуться ремнём, как поняла, что засыпаю.
***
Будила меня Лора, громким шепотом крича:
– Ада, просыпайся, мы подъезжаем.
Я едва разлепила веки, зевнула и поняла, что машина остановилась. Игорь всё-таки помог мне отстегнуть ремень, а потом, приобняв за талию, повёл к подъезду. А я уже готова была плюнуть на всё и попроситься к нему на руки, просто потому что он был очень тёплым, а меня начинало знобить. Рано, совсем рано я решила, что уже здорова.
В лифте я оперлась не о стену, а об Игоря, потому что стена оказалась ледяной, что летом обычно радует, но сейчас я хотела одного: под одеяло.
Лора, смотря на меня, тоже зевала. Надеюсь, она не обидится, но сеанс кинопоказа я не выдержу. Сложный день, а завтра ещё в театр идём, надо быть более-менее бодрой, насколько это вообще возможно.
В итоге, когда мы завалились в квартиру, от Игоря поступило очень даже дельное предложение устроить сон час для всех. Единогласно было решено предложение принять.
Лору отправили спать в одну из свободных спален, а вот Игорь отправился в мою-свою комнату.
Сон постепенно отступал. Я понимала, что нам предстоит разговор о том, что произошло сегодня утром. И я бы предпочла, чтобы сейчас мужчина сказал, что это было ошибкой… Нет, сама я так не считала, но боялась, что вдруг это перерастёт в отношения. Ведь, как бы ни трепыхалось моё глупое сердце, рано или поздно, я ему надоем, и тогда будет во сто крат сложнее стать прежней, жить дальше… В общем, мне было страшно, потому что любой исход будет печален.
Мы шли молча по коридору, молча вошли в комнату, а потом мужчина просто подошёл ко мне и молча поцеловал. И я не смогла ему воспротивиться, потому что мой мозг превратился в глупых бабочек в голове. Я приняла жарки напор Игоря, даже отвечала ему, пусть неумело, но с тем же пылом.
И через несколько минут прикосновений, в которых я буквально плавилась, в моём сознание сформировалась одна чёткая фраза, которая, кажется, решила исход сегодняшнего вечера: «Будь, что будет».
Не прекращая целовать, мужчина уложил меня на кровать, а сам навис сверху. Его касания стали мягче, нежнее, спокойнее как-то. Я ожидала от него более активных действий, но этого никак не происходило, Игорь просто сжимал меня в объятиях и целовал, целовал, целовал. Я начинала уже изнывать в нетерпении, даже попыталась пробраться руками под футболку, скрывавшую тело мужчины, но добилась только того, что он оторвался от моих губ.
Я растерянно на него взглянула, пытаясь понять, что же не так. Мне хотелось, чтобы он продолжил, чтобы вновь сделал меня своей, всё моё тело жаждало этого.
– Нам надо притормозить, – хриплым, тихим голосом произнес он. – Тебе… может быть больно. Больнее, чем было.
Его слова доходили до меня с запозданием и то, я поняла только то, что Игорь отказывается сейчас заняться со мной… этим самым.
– Но… я хочу, – было моим единственным аргументом. Хотя, наверное, неправильно выразилась: слово «хочу» никак не могло в полной мере охарактеризовать моё желание. Тут скорее надо было сказать «жажду».
И слова заставили мужчину едва ли ни взрыкнуть, сжать руками простынь подо мной. Он тоже, кажется, мечтал о продолжении, но я по взгляду поняла, что он твёрд в своём решении, что бы я не делала.
– И вообще, – он встал с кровати, отошёл к столу. – Нам не мешало бы поговорить, Ада, не думаешь?
Я была не уверена, что в данный момент ко мне вообще можно было бы применять глагол «думать», но просто безропотно согласилась.
– Конечно, – я села на кровати и поджала ноги под себя, стараясь не сосредотачиваться на ощущениях внизу живота. Постепенно напряжение, надеюсь, схлынет. Даже сейчас я уже вроде бы способна мыслить.
Раз Игорь завёл разговор, я молчала, ожидая того, что он скажет.
Он молчал некоторое время, на меня смотрел. Я даже на какой-то миг почувствовала себя под его взглядом неуютно, но это ощущение быстро испарилось, будто его никогда и не было.
– То, что между нами произошло… – фраз оборвалась на середине, а я уже приготовилась услышать любую из интерпретаций слова «ошибка», но продолжение меня удивило. – В общем, уже говорил тебе, что ты мне очень нравишься. Так что, я хочу, чтобы ты стала моей девушкой. Постоянной, официальной, единственной, – добавил он, и моё глупое-глупое сердце не выдержало натиска:
– Ты… тоже мне нравишься. Очень, – уточнила я. В любви признаваться не стала, побоявшись выставить себя дурой. – И я согласна на твоё предложение. Хочу, чтобы ты стал мои постоянным, официальным, единственным мужчиной.
27. Игорь
Я едва сдержал радостный скулёж, когда Ада отзеркалила мою фразу. Она смотрела на меня влюблёнными глазами, её ответ был искреннен, но что-то меня в нем насторожило… Ладно, с мелочами можно и потом разобраться, главное, что сейчас она целиком и полностью моя, и согласна с этим.
– Кажется, ты делаешь меня счастливым, – признался ей я, сев рядом на кровать.
Она смутилась, закусила губу. В воздухе витал отчетливый запах её возбуждения, это чертовски подкупало, но, чёрт возьми, нет. Я знал, что должно пройти время, прежде чем девушка перестанет испытывать дискомфорт после своего первого раза, и ни за что не позволил бы себе доставить ей ещё большую боль, чем уже.