Задом наперёд (СИ)
Таким образом, этим своим решением Эдель случайно создала предпосылки для встречи с Александром в августе в библиотеке университета (если повезёт) и приступила к выполнению первой части своего плана: изучению русского языка у профессиональных преподавателей.
Глава четвёртая.
Александр с пользой провёл месяц в Карелии. Изучать английский язык для сдачи кандидатского минимума ему не было необходимости: он его прекрасно знал. А вот подготовиться к сдаче экзамена по философии было необходимо: всем аспирантам было хорошо известно, что в комиссии по приёму кандидатского минимума по этому предмету, состоящей из трёх человек, двое: доценты Маврин и Голенищева в силу своего паршивого характера не могли обойтись без неудов не менее, чем тридцати процентам экзаменующихся.
- Не для того мы изучили все труды классиков марксистско-ленинской философии (МФЛ), положив на это лучшие годы своей жизни, чтобы давать пропуск в учёные каким-то биологам, физикам, математикам и другим незнайкам, не считающим МФЛ основной наукой! Они должны твёрдо усвоить, что только сдача экзамена по философии - необходимое и достаточное условие допуска к защите диссертации, а совсем не кандидатский экзамен по специальности, - неоднократно заявляли они при чтении лекций аспирантам по истмату, диамату и истории КПСС в рамках подготовки их к экзамену по МЛФ.
Однако память у Александра была отличная и месяц подготовки к кандидатскому экзамену по МФЛ и написание необходимого реферата было достаточно, чтобы пройти этот барьер и стать аспирантом.
Июль у Александра в Карелии пролетел мгновенно. Всё запланированное на это время выполнено, пора возвращаться в Ленинград.
* * *
Вместе с Эдель в группе на подготовительных курсах русского языка учились десять человек. И это считалась самая продвинутая группа: в её составе все учащиеся более-менее знали русский язык, могли общаться на общие темы, читать и писать. Большую часть из них составляли граждане соцстран из Восточной Европы: чехи, словаки, болгары, венгры, поляки и югославы. Капиталистические страны представляла одна Эдель.
Занятия проводились шесть раз в неделю с девяти часов утра до трёх часов вечера по шесть академических часов с двадцатиминутным перерывом на отдых. Выходной день - воскресенье. В этот день для желающих проводились культпоходы в театры, музеи и на выставки. Билеты покупались учащимися за свои деньги.
В группах, а их всего было пять, в основном училась молодёжь с семнадцати до двадцати трёх лет. Все проживали в общежитии университета на одном этаже, кучно. Часто собирались вместе вечерами, разговаривали в основном по-русски, пели песни, устраивали танцы. Девушек было больше половины. В комнаты селились по три человека, только Эдель проживала одна: в договоре на обучение это условие оговаривалось отдельно. Многие ученики подружились и собирались проживать вместе после зачисления в университет.
Уже спустя две недели после начала учёбы Эдель почувствовала прогресс в освоении русского языка. Во-первых, сказалось проживание в русской среде, во-вторых - профессионализм преподавателей. Её прежняя учительница во всех отношениях вела уроки языка хуже и обучала, не пользуясь специальными методиками, разработанными профессионалами для этого. Всё говорило за то, что, закончив курсы Эдель сможет понимать и разговаривать на русском языке на достаточно высоком уровне.
Как она и решила ранее, в августе во второй половине дня стала посещать читальный зал университетской библиотеки просматривая журналы и газеты. И сразу обратила внимание на молодого человека с интеллигентным лицом, спортивной фигурой, который уходил из читального зала с его закрытием, а приходил до её появления в библиотеке. Он читал множество специальных иностранных журналов на различных европейских языках, делал из них выписки. Часто они вдвоём оставались в читальном зале до его закрытия.
Как-то Эдель не утерпела и когда они, собираясь выйти из читального зала, сдавали библиотекарю печатные издания, с которыми работали, заговорила с ним по-французски, поинтересовавшись чем он так занят, что работает, не отрываясь даже на отдых. Завязался разговор, который молодые люди продолжили по пути к троллейбусной остановке. Познакомились. Понравились друг другу и договорились как-нибудь после занятий прогуляться по Ленинграду.
* * *
Александр, возвратившись из Карелии, два дня отдыхал, а потом отправился в университетскую библиотеку: за него никто не подготовится к намеченному вступительному экзамену в аспирантуру по специальности, тем более, что материала для изучения было много, а времени оставалось мало. Пока у него всё шло по плану и очень не хотелось его нарушать.
За окном были первые августовские дни, причём довольно жаркие для Ленинграда. С утра читальный зал библиотеки заполняли абитуриенты: готовились к экзаменам. После обеда там было значительно свободнее, а по вечерам - совсем мало людей.
Уже на третий день Александр обратил внимание на симпатичную девушку, по одежде и свободному поведению похожую на иностранку, которая ежедневно после трёх часов вечера приходила в читальный зал как на работу и занималась странным делом: перелистывала подшивки газет и журналов, явно пытаясь отыскать что-то, известное только ей одной. Причём занималась этой работой вплоть до закрытия библиотеки. И похоже, того, что она искала, ей на глаза не попадалось: настолько недовольной она выглядела при возвращении библиотекарю журналов и газет.
Он также отметил, что девушка нет-нет, да и бросит на него заинтересованный взгляд. Как правило до окончания работы библиотеки кроме них да библиотекаря в читальном зале людей не оставалось. Её явно заинтересовало дело, которым занимался Александр.
Наконец она не выдержала и в очередной раз сдавая полученную литературу заговорила с ним на французском языке, поинтересовавшись его занятием. Александр ответил также по-французски. Разговорились. Они познакомились и вместе вышли из библиотеки. Эдель понравилась ему, и он пригласил её как-нибудь прогуляться по Ленинграду, обещав показать город. Она согласилась.
* * *
"Значит, её имя Эдель, она родом из Португалии, учится в Париже в Сорбонне. Окончила второй курс факультета искусств. Собирается стать искусствоведом. В нашем университете учится на платных курсах, изучает русский язык. В конце августа уезжает в Париж. Перерывает кучу периодической литературы в библиотеке, стараясь отыскать хоть какую-то информацию о молодых людях, показавших особые неординарные способности в любых видах деятельности. Но пока безуспешно. Для чего это она делает - не сказала. Кстати, поинтересовалась у меня: не знаю ли я таких людей? Я ответил, что пока не встречал. В Ленинграде находится уже второй месяц. Соскучилась по парижским друзьям, но, не закончив дело, уезжать не хочет: не известно, удастся ли ещё сюда приехать. Я заметил, что мне с ней очень легко общаться: ничто не напрягает. С моими знакомыми молодыми соотечественницами всё не так: им от меня всегда чего-то нужно. С ними возникает непонятное напряжение, которого не чувствую, общаясь с Эдель. Послезавтра - воскресенье. Пожалуй, приглашу её с утра на весь день погулять по Ленинграду", - размышлял Александр по пути домой.
"Какой приятный молодой человек! Отлично говорит по-французски. Общение с ним меня совершенно не напрягает. Не то что с большинством знакомых в Париже! Собирается поступать в аспирантуру на физмат, сейчас готовится к экзаменам. Сказал, что ему двадцать лет. Когда же он успел окончить университет? Ведь на физмате надо учиться пять лет, не так ли? Ведь в России учащиеся как правило оканчивают школу в семнадцать - восемнадцать лет. Надо будет у него это выяснить при встрече. А ещё говорит, что не встречал необычных молодых людей, когда сам такой. А значит, очень скромный, раз не стал хвастаться своими успехами в учёбе!
Обещал пригласить на прогулку по городу. Хорошо бы поскорее! А то мне уже скоро уезжать ...", - вспоминала моменты встречи Эдель, отдыхая после тяжёлого дня, проведённого сначала в учебном классе, потом в читальном зале университетской библиотеки.