Задом наперёд (СИ)

Если бы Александр вошёл в помещение столовой, он безусловно прошёлся по мокрому полу и был поражён электрическим током.
А медное колечко, выполнив свою функцию, развалилось в руках Александра, массирующего мизинец.
"Выходит, оно полностью выполнило своё предназначение и самоликвидировалось. Теперь я остался без оберега и моя безопасность - в моих собственных руках. Как это не вовремя! Я уже сжился с моим оберегом и считал, что он мне будет служить ещё долгие годы. Оказалось - не так. Теперь надо заботиться о своей безопасности самому."
  
Глава вторая.
Как известно, начало шестидесятых годов в Португалии ознаменовалось большими социальными потрясениями. Законодательная, исполнительная и юридическая власть находились в руках правительства во главе с Салазаром. Из-за преследований режима все политические партии прекратили своё существование. В стране царила автаркия. Колониальные владения: Ангола, Мозамбик, Гвинея-Бисау, Острова Зелёного Мыса, Сан-Томе, Макао, приносящие Португалии огромные стабильные доходы, начали борьбу за независимость. В ответ Португалия начала против этих стран колониальную войну.
Война поглощала почти половину бюджета и отвлекала четверть мужского населения от созидательной деятельности. Это подрывало экономику страны и обостряло социально-политическую обстановку.
Правительство Салазара было вынуждено привлекать инвестиции со стороны для обеспечения военных действий. В итоге в этот период частный сектор получил инвестиций в десять раз больше, чем за весь период после Второй мировой войны.
Это укрепляло местный монополистический сектор, что в условиях жесточайшей конкуренции ущемляло местную мелкую буржуазию и заставляло её сопротивляться. В ряды этого сопротивления входили рабочие, студенты, либеральная интеллигенция.
В декабре 1963 года был создан Патриотический фронт национального освобождения.
Правительство ответило террором, апогей которого пришёлся как раз на 1964 год. Репрессиям подверглись все инакомыслящие, в том числе интеллигенция, религиозные организации.
Антиправительственные выступления поддержали и студенты Лиссабонского университета.
Эдель была очень далека от политики, но и она на себе почувствовала ухудшение материального положения, так как её вложения в местных банках и дивиденды с акций местных предприятий стали приносить меньший доход, чем раньше. Конечно, если бы сознание архимага Густова седьмого не слилось с её сознанием, она едва ли стала бы участвовать в протестах студентов. Однако Эдель, обладая частично сознанием архимага, не могла беспечно отнестись к собственным финансовым потерям в результате политики правительства, что безусловно отразилось на её поведении.
Репрессии против студентов последовали немедленно и многие из них были забраны в армию и отправлены на войну в Африку, другие сумели быстро покинуть Португалию. Поддавшись некоему "стадному чувству" среди покинувших Лиссабон оказалась и Эдель, которая летом 1964 года оказалась в Париже, где и решила продолжить учёбу в Сорбонне.
Она купила небольшую квартиру недалеко от Сорбонны, и с головой окунулась в парижскую жизнь, поскольку благодаря слиянию сознаний теперь отлично могла разговаривать на французском языке.
* * *
Жизнь в Париже совершенно отличалась от её прежней жизни в Лиссабоне. Во-первых, город был на порядок больше, во-вторых считался центром Мира, где искусства были законодателями мод, в-третьих - был переполнен молодёжью. А самое главное: никто из её окружающих не знал перипетии случившихся с ней несчастий, что очень укрепляло её самооценку.
Эдель быстро познакомилась со своими новыми сокурсниками, у неё появились друзья и подруги, с которыми она весело проводила время, не забывая при этом о необходимости хорошо учиться. За этим строго следила часть её сознания, доставшаяся ей от архимага.
Люди, близкие к Эдель, всегда удивлялись её способности в случае необходимости переходить от дружбы к ненависти в случае незаслуженных обид и оскорблений. Она могла доставить много неприятностей людям независимо от их прежних отношений, поступивших подло по отношению к ней.
Она была богата, красива, умна и могла позволить себе многое, что не могли позволить её приятели. И вовсю пользовалась этим. Вокруг неё сплотился кружок приверженцев, которыми она управляла, используя, в том числе, свои материальные возможности.
* * *
Эдель, анализируя произошедшую неудачную реинкарнацию архимага, всё чаще задумывалась над причинами её отклонения от запланированного результата.
"Я, конечно, не помню ничего из прошлой жизни архимага до реинкарнации его в моё тело, но такой итог его жизни - довольно странен. Он явно ему не свойственен, тем более, что архимаг почему-то реинкарнировался в женское тело. Надо мне попробовать воспользоваться общей с архимагом памятью и попытаться прояснить ситуацию: это позволит мне достигнуть душевного спокойствия. А для этого покопаться в закоулках памяти: может быть и удастся что-нибудь выудить оттуда."
Оказавшись в Париже, круг её друзей и поклонников значительно вырос и среди них она отметила несколько человек, явно наслышанных о магии и эзотерики. Осторожные расспросы и вопросы к ним позволили Эдель выйти на некоего Давида - студента Сорбонны. Он обучался философии и был знаком с выходцем из Туниса по имени Нусратуддин, имеющим статус беженца. Давид был убеждён, что этот человек обладал некоторыми познаниями в магии и не раз показывал весьма необычные фокусы, совершенно не имеющие своего материального объяснения. По её просьбе Давид познакомил Эдель с этим человеком.
Встреча Эдель с Нусратуддином оказалась весьма продуктивной. Сначала они поговорили о магии и применении её возможностей на Красной Земле. Сошлись во мнении, что магической энергии в этом мире очень мало. Затем поговорили о наличии параллельных миров и порталов между ними. Отметили, что не все параллельные миры Земли небогаты магической энергией: имеются и такие, в которых магия - основной движитель цивилизации. Нусратуддин даже оговорился (на что Эдель сразу обратила внимание), что скорее всего очень трудно привыкнуть к жизни в параллельном мире Земли, называемом среди эзотериков Красной Землёй, не богатой магией, если раньше жил в мире, где её было много.
После этого знакомства они ещё несколько раз встречались, пока Эдель не вызвала Нусратуддина на откровенный разговор, сообщив, что в малой степени владеет магией и на паре манипуляций, проведённых архимагом по её просьбе, подтвердила свои слова. Тот был шокирован этим известием и сразу спросил из какого параллельного мира Земли она попала в этот.
Эдель назвала Синюю Землю, вспомнив, что именно так назывался параллельный мир, где ранее проживал архимаг Густав седьмой, отметив, что была перенесена оттуда сюда порталом усилиями своего дяди, обладавшего небольшими магическими способностями, умершего уже здесь несколько лет назад от онкологии.
Восторги Нусратуддина было невозможно описать: он тоже ранее проживал в этом мире и был порталом отправлен сюда в наказание за оплошности, допущенные им при службе в одном из департаментов Северной Африканской империи. При этом он был лишён большей части своих магических способностей, что заставило его стать фокусником в этом параллельном мире Земли и этим ремеслом зарабатывать деньги на сытую жизнь.
В дальнейшем разговоре выяснилось, что он пострадал из-за деловых связей его непосредственного руководителя архимага Саида третьего с неким архимагом Густавом седьмым из Русской восточно-европейской империи. При этом архимаг Саид третий погиб ужасной смертью из-за нарушения некоей магической клятвы, а Нусратуддин отправлен в изгнание без возможности когда-либо возвратиться на родину.
  
Кстати, ему было известно местонахождение портала между Синей и Красной Землёй, где он сейчас находился. К сожалению, чтобы им воспользоваться и вернуться на родину у Нусратуддина не было необходимого запаса магической энергии, а также возможности её накопить в достаточном количестве. Он даже сообщил Эдель, что данный портал находится в северной Швеции недалеко от границы с Финляндией.