"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

– Старая знакомая? – с ухмылкой спросил Ирвин, когда мы отъехали достаточно далеко. – Мигом излечила тебя от страха перед лошадьми. Просто согласись, что ехать намного удобнее, чем идти.
– Ай, от женщин добра не жди! Ехать, конечно, удобнее, но вот если бы повозки и без лошади… – озвучила я свои мысли.
– В королевских мастерских пробовали собирать подобное, дед мне давал покататься. В семь лет стальная повозка показалась отличной, теперь бы и близко не подошел. Она так грохотала и раскалилась спереди, что странно, как не взорвалась. Дед потом долго кричал на подчиненных, что ничего не смыслят в подсчетах и магических схемах, отобрал у меня детскую книгу от старых магов и заставил их читать.
  
Дунк мог. Мы с ним не так много общались, зато у одной знакомой осталась уйма впечатлений о воспитательных методах старика. Ирвин говорил о деде с такой тоской, что захотелось выложить ему хотя бы часть правды, но я покрепче сжала челюсти и уставилась в окно. Испортить все еще успею, а когда получится еще раз побывать в столице – вопрос.
Раньше наивно считала ее особенным местом, на деле – обычный город, слишком серый, по сравнению с Гимзором, и слишком шумный, по сравнению с Дагрой. Людей тоже многовато, и женщинам здесь приходится несладко. Пока не натянула на себя личину Бринса, каждый третий советовал одеться поприличнее, в платье, и вести себя скромнее. И это я изо всех сил старалась быть тихой, незаметной и не выделяться из толпы. Оружие и то спрятала подальше.
Повозка снова угодила колесом в яму, меня подбросило так, что головой о крышу приложилась. Ирвин тут же потянулся осмотреть травму, пришлось на него рявкнуть. Волосы у меня тоже совсем не как у Бринсента. Так что лучше буду странным парнем, чем откроюсь как симпатичная девушка.
Мы остановились в самом начале улицы, слишком узкой для повозок, но Ирвин пошел не к дому, а к городскому парку. Я бывала там несколько раз, когда следила за аптекой, и обошла не больше трети, настолько он велик. Там беседки, клумбы, бесстыжие скульптуры, точно от древних магов, и фонтаны с разноцветными струями. Побродить здесь – точно отличная идея, я уже собиралась поблагодарить Ирвина, как он остановился возле бойкого мальчишки, державшего за поводья чудную мелкую лошадь.
– Сколько?
– Пятнадцать монет, но катаю только детей.
Мальчишка спиной загородил лошадь, которая тут же выглянула из-за его плеча и потянулась ко мне.
– Мы просто погуляем, – успокоил его Ирвин.
Он протянул монеты и забрал поводья, повертел их в руках и сунул мне.
– Это пони. Он точно не такой страшный, как лошадь, будет проще привыкнуть.
– Эй! – Я отшатнулась и поспешила отойти от него подальше. – Не надо мне никаких копытных, не собираюсь к ним привыкать!
– Если хочешь жить в столице – деваться тебе некуда. Ногами здесь не набегаешься, расстояния не те.
И не слушая никаких возражений, Ирвин медленно побрел вперед, сильнее обычного опираясь на трость. Мальчишка семенил следом и приглядывал, не обидим ли мы его лохматого приятеля. Хотя по мне это недоразумение даже на лошадь не тянуло: низенькое, коренастое, в рыжих пятнах, точно корова. Правда, взгляд у пони оказался осмысленным и подозрительно ехидным.
– А это точно не маг? – Я осторожно приблизилась к Ирвину. Идти в тишине и отдалении еще хуже, чем рядом со звериной.
– Точнее некуда. Его бы ловчие уже давно скрутили и отправили в Дагру. Обычный пони, прими это и смирись.
– Смирился, смирился, давай его вернем!
Мальчишка даже подался ближе, чтобы перехватить поводья, но Ирвин непреклонно шагал дальше.
– Вот обойдем вокруг фонтана и вернем, а то ты трясешься как девчонка.
– Как будто стыдно быть девчонкой!
– Стыдно, если ты здоровенный парень.
  
Глава 9
 
Поговорка о девчонке приклеилась ко мне намертво. Следующие три дня Ирвин только и говорил: боишься как девчонка, ешь как девчонка, болтаешь как девчонка… Каждый раз я дергалась и смущалась, а он понимал это по-своему и продолжал подкалывать. Правда, умеренно, до моих дорогих сестричек или матушки Соф аптекарю было ой как далеко.
Когда злилась, я представляла, как скажу ему правду. Наверняка будет незабываемый эпизод в жизни Ирвина Фесса. Но чем больше думала, тем сильнее понимала, что не смогу. Это положит конец нашему общению, он дальше будет в одиночку заниматься аптекой, а я вернусь в Дагру, к семье и статусу недоразумения.
Так не хочется портить то, что так хорошо идет. Мне нравилось работать в аптеке, жить здесь, отдельно от сестер и матушки, чувствовать себя полноценной и нужной, а не жалким недомагом. Даже проводить вечера за изготовлением лекарств нравилось, как и дружески болтать с Ирвином. Пускай для этого и пришлось надеть чужую личину.
– Как девчонка, – пробурчал Ирвин, когда я дернулась от пробежавшей крысы. – Надо будет отраву рассыпать, иначе конец припасам.
Несмотря на подколки, он не отправил меня разбираться с мелкой серой тварью, а сам прогнал ее метлой и откопал на полке флакон из темного стекла. С этикетки злобно скалился череп, рядом с которым кверху лапами лежала крыса. Ирвин покачал головой, затем принес из холодильного шкафа остатки вяленого окорока и начал строгать его соломкой. Затем осторожно сел на пол, поморщившись от боли в ноге, разложил приманку на промасленных листах, полил ее отравой и задвинул поглубже под шкаф. Встал, снова поморщился, перешел в другую часть комнаты и повторил все снова.
– Давай помогу, – тут же подорвалась я.
– У тебя свое задание, – невозмутимо ответил он. – Еще два листа осталось.
Ну да, первые два я уже прописала, теперь уж точно на всю жизнь запомню. «Если перебрал вчера – загляни скорей сюда» и «Всех поднимет, вернет в строй чудодейственный настой». Хотя моя версия была ничуть не хуже, главное – лучше привлекала людей. На грамотные плакаты Ирвина реагировали слабее, потому что главное не буквы, главное – сделать от души.
– Ай, ну хватит! Я уже все запомнил!
– Как и я тот позор. В витрине моей аптеки два дня висели безграмотные каракули!
– Ну кто же виноват, что ты такой невнимательный и доверчивый.
Ирвин с укором поглядел на меня и вернулся к своему занятию. На пару несчастных ошибок он обиделся сильнее, чем когда я случайно разбила три флакона с дорогими магическими зельями. Странно то, что уже на следующий день на их месте стояли новые, но сам аптекарь никуда не выходил, и никто не заходил к нам. Откуда тогда они появились?
Крыса снова вылезла из-под шкафа и нагло пошагала к приманке, обнюхала и повернулась ко мне, вытаращившись темными глазами-бусинами. Ирвин по-особенному шикнул на нее, как будто зарычал, и крыса унеслась обратно в укрытие.
– Хорошо пугнул! Ты не маг случайно? Серый такой, с усами?
Я подалась вперед и незаметно отодвинула листы подальше.
– Глупости не выдумывай, – буркнул Ирвин, выпрямился и указал на мои записи. – И не отвлекайся от работы. Буквы выводи тщательнее.
– Ну я же помощником аптекаря нанимался, а не писаря.
– Сам расширил свои обязанности, никто не виноват. Теперь будешь рисовать красочные плакаты для нашей витрины. С черновиком, чтобы я правописание проверил.
– Треть покупателей на этом терять будем, уж поверь. Ошибки делали нас ближе к народу!
Ирвин закатил глаза и помянул как девчонку себе под нос. По-настоящему он не злился, но и вставать не разрешил, пока я не закончила заполнять пустые строчки на листах. К низу страницы начиналась жуткая халтура с огромными и размашистыми буквами, зато верх и середину я заполняла вполне прилично, и Ирвин остался доволен.
  
– Вот, теперь можешь изобразить что-то о грядущей распродаже на лосьоны от прыщей. Зима на носу, у них заканчивается сезон. Не хочется, чтобы занимали место в шкафу.
– И так продам, без плакатов.
Все равно у меня ныла кисть от непривычных усилий, а идеи лежали совершенно в иной плоскости.