"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
Рош Лочан стиснул руки, потом расправил их, словно крылья, окутал себя энергетическим коконом - "плащом", как его называли дасы, и ринулся вниз со скалы.
Сегодня он собирался нарушить данное настоятелям монастыря обещание - не приводить в стены своей кельи гостей. Впервые в его скромном жилище соберётся Высокий Совет. И рош Лочан рассчитывал, что решение, которое примут сегодня его соотечественники, определит дальнейшие перспективы сосуществования людей и дасов.
Он материализовался на пороге своей аскетически обставленной кельи, забрал из ниши в стене очередное подношение монахов - поднос с едой и свежими фруктами. Затем тщательно замкнул пространство вокруг входа энергетическим полем, чтобы никто не мог с этой стороны проникнуть в его покои. Затем, пройдя гостиную, направился в спальню, заранее предвкушая встречу со Смуглянкой. До Совета с высшими дасами оставалось ещё четыре часа.
Горшечкин беспокойно метался во сне. По возвращении с острова он снова спал в комнате Репина. И каждую ночь будил Илью криками. Несколько дней Репин терялся в догадках, как помочь парню, поил на ночь тёти Дашиным чаем с мятой и чабрецом, но всё было напрасно. Отчаявшись успокоить Серёгу народными средствами, он решил прибегнуть к более радикальным. Но для этого ему был необходим помощник.
"С Серёгой что-то неладное происходит по ночам, - ментально сообщил он Иванову, как только они вышли на прогулку с Ричем и Сашкой. - Мечется каждую ночь на кровати и кричит дурным голосом"
"Может, из него не вся срань вышла? - в своём амплуа предположил майор. - Вспомни, что Дворкин про него говорил - не человек он вовсе"
"Это он тогда говорил, когда в нём дас сидел. Но ведь в пещере он раздвоился, мы ж все видели, как две ауры разлетелись в разные стороны и разорвались между собой"
"Ну... разорваться-то разорвались, только что там кто от кого прихватил при разрыве - чёрт бы его знал, - резонно возразил Иванов. - Ты вспомни, у него в пещере аура прям чёрной стала, а потом вся эта раздвоенность между собой боролась, как два паука в банке... Вдруг что от личности того даса Серёга с собой прихватил? Знаешь, Илюха, я ему с самого начала вообще не доверял..."
"Может, Изя чем поможет? - хмурясь, предложил Илья, защищая в душе Горшечкина. - Да и мы с тобой можем над Серёгой поработать. Помнишь, как того паренька на ноги поставили? Может, ты ко мне вечером придёшь, когда Горшечкин уснёт, и попробуем сеанс провести?"
"Так это ж совсем другое, - возразил Иванов. - Парню тому мы мышцы сшивали да кости равняли. А у Горшечкина не в связках ковыряться надо, и даже не в мозгах. Что если у него мутация организма на клеточном уровне произошла? Мы с тобой такое не осилим. Жаль, Дассан погиб, он бы наверное смог..."
"Да может, Дассан и не погиб вовсе, - возразил Репин. - Его в сектор перехода на Ориану вроде втянуло. И Мария тоже могла в живых остаться..."
"Как же, - усмехнулся Иванов, - конечно жива. Живее всех живых! Да только если она там, в пещере завалена и привязана к сектору перехода, то никогда оттуда не выберется. Так что не питай иллюзий, дружок... А с Горшечкиным, ты прав, надо что-то решать. Поначалу он почти весь в этом монстре растворился, а уж потом его ауру Мария по кускам выцарапывала. Я так думаю, ясновидящий наш не просто языком молол - Горшечкин теперь не совсем человек, в нём кто-то чужой живёт. И ему самому покоя не будет, и нам, пока мы с ним вместе"
"Давай не будем зря на парня наговаривать, мы ведь ничего наверняка не знаем, - вздохнул Репин. - И всё-таки, что делать-то будем? Твои предложения"
"А может, ничего не делать? Пускай он себя сам по жизни ищет. Серёга вроде на Элку эту посматривает. Вот и давай его провожатым назначим. Пусть вместе отсюда уезжают, может под её боком и оклемается"
- Привет, Дворкин, ты лёгок на помине, - тут же громко крикнул Андрей, увидев бредущего навстречу Изю. Тот медленно двигался по тропинке, что-то внимательно разглядывая под ногами. - Грибочки собирал или малиной лакомился?
- И-эх, вечно вы со своими шуточками, Андрей Николаич, - покачал головой Дворкин. Он потрепал за уши подбежавшего Рича и махнул рукой Сашке, который бегал по траве, разгоняя ногами мошкару и кузнечиков.
- Шутки-шутками, а у нас посерьезнее дела наклёвываются, - насупился майор. - Ты нам лучше вот что скажи - Горшечкин, он человек или нет?
- А я знаю? - вопросом на вопрос возмутился Изя. - Да вы его ауру лучше меня видеть должны, с вашими-то способностями...
- Мало ли что, он до этого тоже вроде с нормальной аурой был, а как оказалось, внутри него дас ошивался. А ты его раскусил - мол, не человек он... Так как, говорит тебе теперь что-нибудь внутренний голос, можно Сереге доверять, или у него внутри чернота осталась?
Дворкин на минуту прикрыл глаза, наморщил лоб, будто пытаясь разглядеть нечто, недоступное остальным. Потом открыл и, закатив взор, задумчиво уставился куда-то вдаль.
- Ну, - не выдержав, поторопил Репин.
- Не знаю, Бог ему судья, - выдавил, наконец, Изя.
- Ты боженькой-то не прикрывайся, - возмутился Иванов. - Ты ему в душу глянь - есть ли чернота там или нет?
- Чужая душа - потёмки. Отпустите его с миром, господа, он своё счастье сам, без вашей помощи найдёт...
- Вот и ладненько, - удовлетворённо воскликнул майор, многозначительно глянув на Репина. - Значит, так и сделаем, и пускай катится... на машине на все четыре стороны и ищет свою судьбу.
- А он её уже нашёл, - загадочно улыбнулся Дворкин. - Или она его...
Только время стало приближаться к полуночи, в келье рош Лочана один за другим стали появляться гости. Хозяин снял с внутренних помещений энергетическую решетку, чтобы не мешала материализоваться в его келье тем, кого призвал ролл Индерпал.
Первым инициировался рош Девдас. Сияя белозубой улыбкой, он вытянул руки навстречу Лочану ладонями вверх в жесте Ашрайа - поддержки и духовной помощи. Лочан ответил жестом благословения Абхаяхаста - поднял раскрытую ладонь навстречу вечно юному красавцу. Оба давно симпатизировали друг другу. Девдас, как более молодой и эмоциональный, чаще выражал своё восхищение методами работы Лочана. А рош Лочан, более замкнутый и подозрительный, выделял его среди всех, изредка приглашая к себе в гости. Поэтому чувствовал себя здесь Девдас почти как дома.
Вторым, вслед за Девдасом, появился толстяк Индражит. Он никогда не был в монастыре Монсеррат, и тем более в секретной келье рош Лочана. Материализовавшись, он кивнул хозяину и с интересом оглянулся вокруг.
- Прошу пройти в гостиную, - вежливо предложил ему рош Лочан. - Скоро прибудут остальные.
Вежливость безопасника была несколько натянутой - Индражита он всегда недолюбливал, но никогда не мешал личное с работой.
Тот ещё раз молча кивнул и прошёл из кельи в роскошную гостиную. Рош Девдас, переглянувшись с хозяином, остался на месте.
Не теряя понапрасну времени, Индражит тут же направился к щедро накрытому в углу шведскому столу. Взял поочерёдно в руки несколько бутылок, прочитал надписи на этикетках, выбрал и, удовлетворённо хмыкнул и налил себе вина в большой бокал. Полюбовавшись игрой красок и света в бокале, он пригубил, причмокнул, и тут же сделал большой глоток. Опрокинул содержимое в рот, налил ещё. Потом, взяв в руки бокал, с видом знатока стал расхаживать по комнате и разглядывать развешенные по стенам шедевры в тяжёлых золотых рамах. Рош Индражит останавливался почти перед каждым полотном. Разглядывая картины, он удивлённо цокал языком и покачивал головой, тихо повторяя про себя: "Надо же, а я и не знал, что это сохранилось... Вроде бы писали, что "Арлекин" Пикассо сгорел, и эти "Мосты" Клода Моне... А "Женщина с закрытыми глазами" и вправду похожа на роду Дварику..."
Услышав последнюю реплику, рош Девдас весело рассмеялся. Лочан тоже улыбнулся уголками губ. Сходство женщины на картине Люсьена Фрейда с его матерью и на самом деле просматривалось. И возможно, именно поэтому он не допустил уничтожения похищенных из голландского музея "Кюнстхал" осенью 2012 года пяти картин. В последний момент полотна, закопанные матерью одного из похитителей на старом румынском кладбище, были им подменены. А женщина, пытаясь уничтожить улики против своего сына, сожгла подделки.