"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

ЗалиКруна запыхтела-запыхтела, а потом выдала:
— Не дам своего благословения!
— Ты что удумала, карга старая! — практически замахнулся на нее орк.
— Не дам! — рыкнула ЗалиКруна. — В девках навечно оставлю, мне помощницей будет, сотням орков поможет своим мастерством…
Медведь все же схватил ее за плечи, встряхнул, заставив меня выбежать из комнаты и замереть на пороге. Еще одно его движения, хоть что — и я выбегу и прибью его к чертовой матери!
  
— Ты не посмеешь, дура старая. — Прошипел орк, впрочем, быстро отняв от старухи руки. — Я выиграю ее руку на бою завтра, и ты мне и слова поперек не скажешь. А если вякнешь — я обвиню тебя в колдовстве и в попрании наших традиций.
— Если бы такая умелая знахарка, как станет ОксТарна, была в твоем племени, твоя мать осталась бы жива, — в голосе ЗалиКруны послышались слезы обиды. У меня сжалось сердце.
— Не смей! — рыкнул орк. — Никогда не смей ничего говорить о моей матери! Она не смогла разродиться, значит она была слаба. А наш отец сделал для нас все возможное, он сам воспитал нас с младенчества и сделал много больше, чем она.
— Она отдала за вас жизнь! — возмутилась ЗалиКруна.
— Она не смогла ради нас и выжить, значит была недостойна. Прощай, знахарка, завтра я заберу у тебя дочь, и ты не посмеешь мне возразить, иначе, поверь на слова, ты пожалеешь.
Махнув небрежно рукой, Медведь развернулся и пошел прочь.
  
Глава 6 
 
ЗалиКруна зашла в шатер, едва не шатаясь. АнлиФаркуда засуетилась вокруг, но женщина лишь отмахнулась. Наверное, в доме она бы шла по стеночке, но в шатре и опереться было некуда, поэтому орчанка, пересилив себя, дошла до гостиной и плюхнулась на подушку. Аня поднесла ей водички.
— Я все слышала, — не стала я разводить тайны, чтобы ЗалиКруне не нужно было думать о том, как мне все рассказать.
— Дура-девка! А если бы я его в шатер пригласила, он бы тебя застал — позорище-то!
— Пока он не начал тебе угрожать, я сидела в своей комнате, мне разговор ветер доносил, — я небрежно махнула рукой, разгоняя воздух по шатру. — Лучше скажи, что делать-то?
— Пир готовить, — буркнула ЗалиКруна. — Завтра бой финальный, так или иначе…
Я упала перед пожилой женщиной на колени:
— Ну, подумай же! Это же дикость какая-то, нужно как-то всего этого избежать!
— Ты сама кашу заварила! — рыкнула ЗалиКруна, — сама бои выбрала.
— Так я же дура молодая, какой с меня спрос, — не стала противоречить я. — Но что-то же делать надо! Этот гад ведь все твои труды в землю закопает, некому твое дело продолжать будет, — решила расставить иначе акценты.
— Вон, Аньку возьму в ученицы, раз Предки так рассудили. Она-то всяко никому в жены не нужна, — буркнула женщина сварливо, но стыдливо отвела глаза.
— Ах, так! — возмутилась я, вскакивая. — Не будет этого, так и знай! Я не дамся, я скорее ураган призову, чем на ритуал соглашусь пойти!
— А ты сможешь? — усомнилась ЗалиКруна.
Ну, да, если б я была уверена… да и вредить женщинам и детям, конечно, у меня рука бы не поднялась, если бы не крайний случай:
— Припрет — сделаю, сдохну, но сделаю, — прорычала я, глядя знахарке прямо в глаза, чтобы она точно не сомневалась в моих словах.
Женщина несколько секунд внимательно разглядывала меня, а потом тяжело вздохнула. АнлиФаркуда и вовсе кинулась мне в ноги:
— Прошу, госпожа, не губите! Неужели вы спасли нас от пожара, чтобы собственной рукой погубить? Здесь же женщины, дети!
— Посмотрим, — неопределенно пробормотала я, — быть может, ЗалиКруна, и так не раз спасавшая членов племени, спасет всех и в этот раз, предложив другой выход.
Но ЗалиКруна молчала, напряженно поджав губы. Наконец, она не выдержала:
— Не дури, девка, каждому должно делать то, что дано и идти туда, куда ведут его Предки.
— Это ваши предки, не мои, — отбрила я. — Подумайте, как выпутаться из этой истории. Может, вы сможете объявить, что я слишком молода еще для брака? Маленькая я, глупая…
— Была б молода — с боями бы не справилась, — качнула головой ЗалиКруна.
«Ага, и тогда стала бы наложницей Шамана как не вошедшая в племя еще быстрее», — закончила за нее я.
— А если кого-то еще попросить поучаствовать в сражениях? — предположила я. — Только так, чтобы он потом отказался от моей руки…
— Если победивший откажется от руки девушки, которую выиграет, это ее опозорит…
— Так, может, и неплохо, — обрадовалась я.
— Это ее опозорит, но тогда проигравший сможет сделать ее женой. Если же никто из желавших женой взять не согласится, то опять по старшинству выигрыша девушку будут предлагать в наложницы как опозоренную.
— Это же подстава какая-то! — возмутилась я. — А если девушка вообще ничего не сделала…
— Тогда добрый орк бы на ней женился, раз пошел на бои ради нее, — пожала ЗалиКруна плечами.
— А если он специально подлость такую замыслил? — усомнилась я.
— Если бы он замышлял подлость, то Предки не были бы на его стороне в бою, — ответила она как истинная фаталистка.
Я внимательно посмотрела на женщину, пытаясь понять, она действительно так думает или так просто «так должно» отвечать на подобный вопрос.
— Но это же бред. Вот Медведь будет завтра сражаться с Соколом, и второй магией на владеет. Очевидно, что победит первый.
— Значит, Предки благоволят к нему и его роду, — заученно оттарабанила ЗалиКруна.
Мне захотелось зарычать и постучаться лбом о какую-нибудь стену, но стен в округе не было от слова «совсем».
— А это вообще законно — ставить мага против немага? Они же вообще не равны.
— Предки и не создавали всех равными: кто-то орк, кто-то человек, один низок, другой высок, один одарен, другой нет. И в племени каждый на своем месте должен быть, слабый подчиняться сильному, а, если решил выступить против него в бою, так то его выбор.
О том, что делать орку, которому по жребию против мага сражаться выпало, я даже спрашивать не стала — и так очевидно, что это воля Предков и все тут.
Я нервно зашагала по комнате, пытаясь придумать выход.
— А если заявить о подтасовке? Если я знаю, что один из участников боев выиграл нечестно, использовал чужую магию.
— Это невозможно! — возмутилась ЗалиКруна.
— Но предположим!
— Невозможно! Шаманы бы заметили!
— Просто ответьте на вопрос. Если кто-то сжульничает как-то… не знаю… намажет ядом свое оружие. Это ведь запрещено?
— Да, — кивнула ЗалиКруна, а у меня тут же появился план, как можно организовать не разоблачения ставленника Шамана, а хотя бы яд у участников на оружии. — Но тогда тот, кто не жульничал, будет признан победителем.
Значит, и оружие Медведя тоже надо смазать заодно. Я довольно ухмыльнулась.
— Только учти: судить будет суд Тотемов, они знают всю истину обо всем и способны отличить правду ото лжи. — Я с одной стороны чертыхнулась, что эта хрень может признать меня виновной в нанесении яда, но с другой стороны ведь если вызвать на этот Сокола, это может помочь… — И еще за твоего БранЛиса тебе в любом случае не выйти.
— Что⁈ — опешила я. — Как так? А если всех сочтут жульниками либо они сами откажутся? — Пса я надеялась просто уговорить.
— Он ранен, — ответила ЗалиКруна, будто это все объясняло.
— И что⁈ — возмутилась я.
— Не поднялся сразу после лечения, значит слабак, за такого никто не позволит невесту племени отдать, — отрезала знахарка. — А он уже так долго в себя не приходит, и скрыть это не удалось. Дело крупное, все племена замешаны, — она сокрушенно покачала головой. — Не сможет он в этом сезоне жениться вовсе.
  
— А Пес? — уточнила я на всякий случай. — Он же орк, оклемается быстрее даже с такой раной.
— Если к вечеру встанет, может, и сможет жениться на девушке из внешнего круга. Но, если у него рука быстро не заработает, никто за него девицу из рода не отдаст.
— Но это же бред! Просто ранение! Он же орк, здоровый, как бык, оклемается за пару дней.