"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

— Приготовьтесь. Мы начинаем. — Сообщил учёный.
— Где я?
— Что видите?
— Вроде как белый потолок. — Ответил Яр. — Не могу ничем пошевелить, и ощущения странные. Как будто у меня вообще ничего нет. Ни рук, ни ног.
— Это нормально. — Успокоил его руководитель эксперимента. — Сейчас идёт обмен данными с вашими зондами. Обработка накопленной ими информации и сортировка по подключенным нервным волокнам займёт какое-то время. Не так сильно придётся переучивать вашу нервную систему, если подавать на неё сигналы, сходные с привычными. Больше сложностей доставит ваша оставшаяся рука.
  
— А что с ней не так?
— Отсутствующими конечностями вы не пользуетесь, и навык закреплённый в виртуале, не будет перебиваться в реальной жизни. А с рукой, которая у вас сохранилась, будет происходить постоянный откат в наработанных связях. Я бы предложил её полностью удалить, но вряд ли вы согласитесь.
— Правильно думаете. — Подтвердил Яр, к которому начала возвращаться чувствительность конечностей. — Она мне дорога как память. Я начинаю чувствовать свои руки и ноги, но не могу ими пошевелить. — Добавил он, уходя от неприятной темы.
— Значит, процесс сортировки подходит к концу. — Обрадовался учёный и защёлкал по клавиатуре. — Я включаю вам руки. Можете ими двигать, но старайтесь обойтись без резких движений с большой амплитудой. Помните, что хоть вы и ощущаете конечности, но местонахождение приводов сильно отличается от расположения мышц. Именно эту разницу вам и предстоит нивелировать в результате тренировок.
— Тело, которое я получу. Насколько оно будет идентично виртуальному?
— Модель старались делать один в один, с оригиналом. Учитывали массу, силу приводов и прочие нюансы. Если даже закралась какая-то неточность, то впоследствии вы её устраните во время обычного движения. — Ответил учёный. — Сейчас попробуйте двигать руками.
Яр медленно, как ему казалось, поднял левую руку. В поле зрения мелькнул расплывчатый предмет.
— Попробуйте ещё медленней. — Посоветовал руководитель лаборатории, наблюдающий за происходящим на экране монитора.
* * *
Альбинос, сидя за компьютером, просматривал результаты очередного тестирования нового подопытного. Они удивляли и печалили одновременно. Первоначальные подозрения подтвердились.
Способность располагать к себе людей, вплоть до превращения в фанатиков наподобие религиозных, неожиданно дала сбой. С одной стороны, Альбинос был рад, что подопытный на этот раз имел более стабильную психику, чем предыдущие клиенты, но вот его устойчивость к воздействию могла порушить все планы. Или не могла?
Он задумался, обводя взглядом помещение своего изолированного от почти всех внешних излучений бункера. Ему стоило больших трудов выбить создание этого весьма дорогостоящего объекта. Но именно в нём он смог чувствовать себя уверенно и спокойно работать, без опасений, что за ним ведётся слежка.
Первоначальные тесты подтвердили попадание Ярослава под его влияние. Сегодня же тестирование показало полное отсутствие следов от воздействия Альбиноса. Раньше тоже попадались люди, на которых оно было заметно ниже, чем на остальных. Но именно ниже, а не полностью отсутствовало. Анализы не выявили никаких аномалий в крови. Поэтому фармакологическая версия отпадала. Да и не слышал он о препаратах, вызывающих такие эффекты. Просмотр и прослушивание систем слежения так же ничего нового не показал.
Альбиноса нисколько не волновало, что «хозяева» в курсе слежки, которую он вёл. Это была его маленькая месть за тотальный надзор, который устроили за ним поначалу. Необходимую ему информацию, Альбинос мог узнать, обходя все меры предосторожности «хозяев». Даже их затея с написанием секретных отчётов в полной темноте от руки, его забавляла. Ультразвуковые датчики отслеживали малейшие движения предметов, а компьютер по этим перемещениям, прекрасно восстанавливал текст письма. Правда, замысловатый шифр никак не удавалось разгадать, но основное он понимал. Про поиски «хозяевами» способа бороться с его влиянием, Альбинос тоже прекрасно знал. Как знал и то, что метод, который они с трудом нашли и теперь используют, недостаточно эффективен. Ещё бы! Он попахивал деградацией, а не рывком науки вперёд.
Ему было известно о намерении «хозяев» закрыть проект, если будет ещё одна неудачная попытка. Тогда с ним точно перестанут мягко работать и перейдут к жёсткому сценарию. Альбинос не тешил себя иллюзиями по поводу сообразительности местных спецслужб, и своей способности противостоять их методам.
Для него новый подопытный был важен не только, как подтверждение возможности работать дальше без помех, но ещё и тем, что Ярослав, в любом случае будет последним подопытным. Потом Альбиносу придётся самому ложиться на его место для послойного считывания. Или умирать. Выбор небольшой.
Отбросив грустные размышления, Альбинос вернулся мыслями к Ярославу. Отсутствие восприимчивости к воздействию создавало проблемы. Нужен был полностью подконтрольный робот. Внедрить программу подчинения в электронную копию мозга у Альбиноса не получилось. Он сам посредственно разбирался в программировании, а местные учёные не смогли предложить никаких осуществимых в сжатые сроки идей. Была надежда на его способность влиять на окружающих. Она себя успешно зарекомендовала на прошлых подопытных. После переноса они также оставались полностью подконтрольны Альбиносу, как и находясь в человеческом теле. Но на Ярослава эта способность влиять перестала.
Были подозрения, что именно его воздействие на психику подопытных приводит к последующему сумасшествию при переносе сознания. Сейчас выпал шанс подтвердить или опровергнуть эту гипотезу. Подчинения можно добиться массой других способов. Например, с помощью встроенной системы самоликвидации или воздействием на определённые центры. Все особенности нервной деятельности сохранялись после переноса. Включая наличие центров боли и удовольствия, а также многих других.
* * *
— На сегодня я думаю, хватит. — Прозвучал голос учёного. — У вас уже неплохо получается двигать руками и ногами.
С Яра сняли шлем и освободили от удерживающих ремней.
— Вы льстите мне. — Недовольно сказал он. — Вряд ли эти судороги можно назвать словом «двигать».
— Вполне осознанные и целенаправленные движения в нужном направлении вы уже производите. На подобный прогресс наши дети затрачивают месяцы! Вы же управились за два часа. Теперь необходимо сделать перерыв. Нужно, чтобы ваша центральная нервная система отдохнула, и наш компьютер успел обработать результаты. Вечером мы обязательно продолжим. — Руководитель эксперимента сделал паузу. — А пока давайте займёмся вашими любимыми тестами.
— Долго ещё эти тесты длиться будут? Начинает уже надоедать, хотя ваши учёные и постарались сделать их в немного развлекательной манере.
— Я передам им вашу похвалу и указание на недоработку. — Улыбнулся учёный. — Ещё несколько дней интенсивность тестов будет сохраняться. Позже сместим акцент на тренировки, но тесты никуда не денутся. По ним легче всего отслеживать изменение ваших когнитивных способностей. — Он задумался и наконец, решился. — К тому же у вас редкий тип реакции на внешнее окружение. И нам бы хотелось его хоть немного исследовать.
— И в чём его редкость?
— Принято считать, что люди делятся на хищников и жертв.
— Слышал я эту теорию. По-моему, притянута за уши.
— К сожалению, нет. И я даже знаю, откуда у вас сомнения в правдоподобности этого разделения. — Учёный пристально смотрел на Яра. — Есть ещё третья категория людей — ассертивные. Такие люди точно не жертвы, но и не хищники. Им не нужно над кем-то доминировать, чтобы чувствовать себя уверенно. Даже в наших силовых структурах, куда происходит строгий психологический отбор, такие люди большая редкость.
  
— Понятно, что разрешения у меня на подобные исследования вы спросить забыли. — Медленно произнёс Яр. — Но всё-таки рассказали о них. Ценю. Но! За вами должок!