"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

– Бранлиса отнесли в его палатку, – пояснил Халмир, когда я подошла.
– Его же вылечили?..
– Что они там лечат эти орки, залатали на быструю руку. Он же человек, ему по-другому нужно. Он и так только недавно после лихорадки, – он зло махнул рукой.
Меня внутри продрало от чувства вины. Это ведь я виновата. Я знала, что только так можно победить главу Медведей, и подставила Бранлиса, зная, что он будет ранен! Я четко это видела, но заставила его пойти на этот шаг. Я не нашла других путей… а с чего я это взяла?!
  
Я резко остановилась от осознания. А что это вообще такое было?! Что я делала во время боя и как?!! Я сжала голову руками, пытаясь привести мысли в порядок. Это было… это было, будто в голове у меня неожиданно заработал суперкомпьютер, отключив все другие мысли и эмоции. Как это?!
Память немедленно подкинула, что так уже было прежде – когда нужно было вытащить того парня во время переправы через реку с крокодилами. Там тоже я видела опасность, видела движение животных и, рассчитав его, поворачивала, чтобы уберечь человека…
Только в этот раз я никого не уберегала. Я заставила Бранлиса шагнуть под меч, рассчитывая, что тот застрянет в броне. А если бы нет? А если он умрет? И все это ради чего? Ради победы в каком-то дурацком орчьем соревновании?!
«Ради камней», – пролетело в моей голове.
Да, точно, еще ради камней. Желтые камешки приветливо искрились перед моим внутренним взором, маня прикоснуться. Да… нужно…
– Пойдем-пойдем, – приобняв меня за плечи, подтолкнул Халмир, не зная, что творится у меня в голове.
Я и сама прибавила шагу. Нужно идти в палатку к Бранлису. Нужно забрать у него камни… нет, нужно помочь ему! Нужно подумать, что можно сделать. Почему от орчьего лечения не всем становится лучше? В чем может быть проблема?!
К палаткам наших мы почти бежали, я запыхалась, но продолжала упрямо тащить за собой Халмира. Тот косился на меня, но помалкивал. Я первая скользнула внутрь шатра, и тут же замерла шокировано. Бранлис лежал на своей койке, обнаженный по пояс, и один из людей стирал кровь с его тела. Очень много крови. Больной был бледен и тяжело дышал, но раны на нем уже были закрыты, только толстый розовый рубец на боку да алые потеки свидетельствовали о недавнем ранении.
– Как он? – спросил на халифатском, зайдя за мной следом, Халмир.
– Опять жар, – тяжело вздохнул мужчина, имени которого я к стыду своему не помнила. – Я отправил парней поискать каких-нибудь жаропонижающих трав в степи, но…
– Что найдешь ночью, – хмыкнул старик.
Я с ужасом смотрела на тело Бранлиса, на его обметанные корочкой губы, на черные круги вокруг глаз…
– Ему нужен лекарь! Нормальный лекарь, а не это вот все, – я взмахнула раздраженно руками.
– А где его взять? – хмыкнул Халмир невесело.
И тут меня осенило:
– Я скоро вернусь, – бросила я и рванула прочь из палатки.
  
Глава 34
 
Единственный, кто мог помочь Лису сейчас – это Кирим. Он ведь маг и излечил тогда мою щеку. И он определенно лучше орков знает, как лечить людей: орчанки после драки были все опухшие, а я выглядела после лечения вполне нормально. Поэтому я поспешно скользила между палатками, стараясь не привлекать к себе внимания. Впрочем, все ведь на празднике на Арене, мужики уже напились, кто меня заметит?
Ночь сегодня выдалась ненастная, перистые облака закрыли звезды, только одна из четырех лун этого мира – желтая и почти полная – мутным пятном проглядывала сквозь пелену облаков. Но в честь праздника многие жители повесили у палаток масляные фонари или даже магические светильники. Идти было недалеко, поэтому я не боялась заблудиться. Конечно, палатки при каждом переезде немного меняли свое положение, кто-то мог переместиться на более почетное место или наоборот уехать дальше от центра, но палатка Кирима всегда оставалась недалеко от шатров Вождя и Шамана, как их подопечного, пусть и не на первой линии. Я уже заметила символ в виде пламени, высвеченный одним из фонарей и прибавила шагу…
Я ничего не поняла, когда черная ткань вдруг закрыла мне лицо. Попыталась сорвать, но меня схватила за руки и за ноги и, спеленав, потащили куда-то. Я задергалась испуганно, но услышала женские смешки и замерла растерянно. Что происходит?!
Тащили меня недолго, очевидно, недалеко, скинули на землю, и я смогла, наконец, кое-как отвести ткань от носа и рта, чтобы вдохнуть:
– Что происходит?! – закричала, пытаясь выпутаться. Но у меня не получалось найти конец ткани.
– Ты сама знаешь, что происходит. Ты опозорила свое племя и заслуживаешь наказания.
– ГладРида?! – узнала я голос. – Что ты говоришь! Я ничего плохого не делала!
– Ты подставила нас своей магией: отвлекла, тянула время, но не справилась. Ты опозорила всех невест племени. Теперь все другие орки будут считать, что среди Соколиц одни неумехи!
Ее поддержали еще голоса, и я поняла, что их здесь не трое, как в прошлый раз, а куда больше, а, может, и все.
– Я старалась изо всех сил! – попыталась возразить я.
– Ты не справилась и навлекла на нас позор.
– Но вы не справились тоже! Это вы проиграли, не смогли выдержать натиск медведиц! – не выдержала я, и в голове пронеслось понимание, что я совершила ошибку.
– Она с ними в сговоре! Я же говорила! Бей ее! – прозвучал другой голос, более высокий и истерический.
А потом на меня посыпались градом удары. Я не видела ничего, ничего не понимала, просто пыталась прикрыть лицо, свернуться калачиком. Они кричали, что я в сговоре с Медведицами, поэтому меня и не побили, как остальных, оскорбляли, выплескивая на меня свою обиду, а я совсем ничего не могла сделать. Только кричала, что не виновата, умоляла меня отпустить, но они уже назначили козла отпущения. Кажется, у меня в груди что-то хрустнуло от очередного пинка, а еще нога разболелась, да и голова, лицо… болело все, никогда в жизни со мной не случалось подобного.
Я надеялась, что кто-то пройдет мимо и остановит это, что кто-то мне поможет. Но никого не было.
Никогда. Ни разу за все время, пока я находилась в этом мире, мне никто не помог просто так, из сострадания. В старом мире я была королевой, никто не смел так себя со мной вести. Никто…
Никто, кроме Артура. Этот гад превратил меня из самоуверенной женщины в испуганную дуру. Почему я никому не сказала? Я знала, помнила, что мне было там к кому обратиться. В полицию хотя бы, в конце-то концов. Но я молчала. Молчала и позволяла делать со мной все, что угодно. Потому что боялась позора… нет, даже не так. Я боялась признаться самой себе, что он меня не любит, не заботится обо мне. Я боялась посмотреть правде в глаза и признаться себе в том, что я дура, влюбленная в морального урода. Боялась признать себе, что не нужна ему как личность, нужна только в качестве банковской карты. И, когда его надежды не оправдались, когда после свадьбы я потеряла доступ к деньгам, он придумал план, как заработать побольше и избавиться от меня, как от ненужной помехи.
Никому, никому, ни в том мире, ни в этом, я не была нужна сама по себе.
В груди заболело не от физической боли, а от жалости к себе. И что-то внутри твердило: «нет, это не так». В том мире был человек, который любил меня за то, что я просто есть. Но я сама его отталкивала ради иллюзорной картины счастья с Артуром. Больше из памяти выудить не удалось. Это прошлое было для меня закрыто.
Но, кем бы он ни был, и какой бы дурой не была я, тот человек меня любил. И он верил в меня. Верил, что я все пойму и со всем справлюсь. И не позволю каким-то тварям забить меня до смерти из-за досады на самих себя.
  
/\/\/\
Я разозлилась и кое-как активировала остатки магических сил и, когда очередная гадина схватила меня за плечо, придерживая, чтобы удобнее ударить, я перехватила ее запястье ледяной рукой. Она взвизгнула испуганно, дернулась, но у меня откуда-то прорезалась такая сила, что я ее не выпустила, хотя она проволокла меня по земле, наверное, с полметра.