"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
— Ладно, — Ярис плюхнулся обратно в кресло. — Не волнуйтесь за меня, Арина, все будет в порядке. Даже если меня уволят из Академии, я легко найду другое место.
— Легко найдете место, аналогичное должности профессора в самой лучшей Академии Империи? — произнесла я с сомнением. — Вы рассчитываете вернуться в Халифат?
— Нет, — он отвел глаза.
— То есть в любом случае вы потеряете и в престиже должности, и в зарплате. И все по моей вине. Чудесно, просто чудесно.
— Арина...
— Почему вы не могли сразу мне все это сказать?
— Какая разница? Вы и так уже сделали больше, чем необходимо. Ваши прекрасные опреснители спасут Халифат от голода и наступления пустыни...
— Но вы же знаете, что я не могу написать по ним научную работу — их никто не сможет повторить, моя русалочья магия — она другая. Даже просто перерисовать схему ее на ровной поверхности просто невозможно, потому что она трехмерная и подвижная!..
— Я знаю, но какое это имеет значение, если вы спасаете людей?
Я сощурилась:
— Неужели Халиф так много платит вам за эти проекты, чтобы вы столь легко относились к возможности потерять профессорскую должность?
— Мне ничего не платят... вообще, Арина, позвольте заметить, что для женщины вы чрезвычайно меркантильны.
— Позвольте заметить, что это нормально для человека, который сам зарабатывает себе на жизнь и на жизнь своей семье, — обиделась я. — А вот ваше легкомыслие мне просто непонятно! — Я сердито подровняла еще одну стопку тетрадей и положила ее на учебники сверху.
Тут в дверь постучали и дверь немедленно открылась, не дожидаясь разрешения:
— Господин Канлерт, можно?
— Что у вас?! — рыкнула я, рассердившись, что нас прервали.
— Эм... я... — низкорослый толстячек растерянно смотрел на меня большими карими глазами. — А вы кто?
— Я ассистентка профессора, госпожа Бороув, — резко развернулась на коляске. — Итак, что у вас?
— У меня тут цифры никак не сходятся по теории Водной магии...
— Так и дите к своему профессору, что вы сюда-то пришли?! — возмутилась я.
— Но... господин Канлерт... вы всегда так хорошо объясняете...
— Значит так, — прервала я это блеянье. — Я хочу, чтобы вы пошли в библиотеку, взяли соответствующие справочники и пересчитали всю работу с начала и до конца. Если цифры все еще не будут сходиться, то я разрешу вам обратиться к профессору.
— Но сдавать уже через два дня, времени совсем нет! — законючил студент. — Чтобы все пересчитать, надо сидеть в библиотеке до ночи...
— А что, лучше пусть профессор сидит до ночи в библиотеке, пока его студенты гуляют на пьянках?! — возмутилась я. — Ну-ка вон отсюда, пока я не рассердилась, — я махнула рукой, создавая водяной хлыст, и парень быстро сбежал из кабинета. — Наглость какая... — пробормотала расстроенно.
— Арина, вы... — произнес Ярис.
— Что «я»? — резко обернулась к нему, готовая услышать очередное оскорбление.
— ... очень оригинальная личность, — закончил профессор, взял с полки какой-то ящик и принялся поспешно собирать в него незаконченные амулеты со своего стола.
Я же подумала, что нужно разузнать, кто тут работает уборщиком и вызвать его в кабинет. Невозможно жить в такой пыли. И вон шторы не стираны, наверное, с момента своего повешенья.
И надо будет подумать все же, что можно сдать в качестве своей научной работы. Что-то такое, или теоретическое, или попроще что изобрести, чтобы Канлерта все же не уволили. Ох, а казался таким взрослым собранным профессором, а на деле!..
Остаток дня пришлось гонять из профессорского кабинета нерадивых студентов-халтурщиков, лишь нескольким я все же поверила, что они действительно старались и пересчитывали несколько раз, а числа не сошлись. С этим я ничем не могла помочь, а вот ошибку в магической схеме Водной стихии нашла с первого взгляда, даже быстрее профессора, чем заслужила влюбленный взгляд какого-то второкурсника с курса углубленного изучения теории магии. Собственно, именно на этом курсе учились те, кто потом двигал магическую науку и изобретал новые схемы и артефакты, он начинался только со второго года обучения, но я решила, что мне определенно нужно походить на их лекции.
Учеба определенно налаживалась.
Глава 58
— Эта схема работать не будет, — бросила я, аккуратно раскладывая по специально купленным и аккуратно подписанным папкам новые поступления на столе профессора: проверочные работы третьекурсников в одну папку, домашки перваков в другую, наметки дипломных работ в отдельную стопку.
— Но почему? — проныл парень с курса теории магии.
— Не будет и все тут, — только пожала я плечами.
— Но я ведь все просчитал...
— Слушай, не веришь мне — пойди и проверь! А меня оставь в покое.
— Но Арина!.. Ты же знаешь, я совсем не практик, у меня и сил на такое заклятье не хватит.
Я тяжело вздохнула. Еще раз посмотрела на схему, представила, как рисую ее, как она активируется...
— Будет просто взрыв и все зальет водой, — сделала свой вывод.
— Быть такого не может! Мне работу сдавать через три дня!
— Измени тему. Назови это водной миной, прикрути датчик движения — и вот, нормальное заклятье.
— Но я хотел сделать мирную водную горку, а не какой-то взрыв! Все, у кого ничего не получается, делают взрывы и лезвия!
— Ну, это у других не получается, а у тебя получился — будет не какой-то мелкий «пук», хороший мощный взрыв. Небольшой лодке может даже борт пробить.
— Ари-ина! Я серьезно, а ты все шутишь!
Я лишь пожала плечами. Вообще-то я тоже серьезно.
Собрала со стола те работы, которые нужно раздать студентам при случае, положила их в висящую на боку кресла сумку, сверху кинула коробочку с парой заготовок амулетов — практическая часть курсовой работы, которую нужно тоже передать с комментариями преподавателя. Оглядела аккуратный почти-чистый стол Яриса и, вздохнув, поехала к двери:
— Лавочка закрывается, приходи в другой раз.
— Ну, Ари-ина!
— Я бы на твоем месте проверила расположение частей схем для создания идущих вверх и вниз потоков, мне кажется, это они вступают в конфликт. Ну, или подведи их поближе друг к другу, тогда взрыв будет мощнее. Только защитой озаботься, прежде чем тестировать.
— Спасибо! — радостный студент выскочил в коридор, а я заперла дверь на ключ и поехала в противоположную сторону на семинар по углубленной теории магии.
Вообще, учеба в Академии наладилась и стала приносить мне форменное удовольствие после перемены статуса. С бывшими одногруппниками я практически не общалась. Сперва они мое назначение вообще восприняли очень негативно, несколько раз мне высказывали, что я пользуюсь чрезмерной мягкостью профессора, что это подло и все в таком духе. Я молча отодвигала всех водными щитами и ехала дальше, не желая ввязываться в конфликт. Пусть сперва научатся мою защиту пробивать, а потом уже говорят.
Только став ассистенткой преподавателя, я поняла, насколько все студенты любят и ценят профессора Канлерта. И я не назвала бы его мягким и добрым учителем, на голову ему сесть было невозможно, учеников держит в строгости, не дает поблажек. Но объясняет хорошо, к нему всегда можно попроситься на дополнительные занятия, даже по другим дисциплинам. Как учитель он строг, но справедлив, не дает точных и четких ответов в готовом виде, не разжевывает, но заставляет крутить шестеренками в своей черепушке. С парнями заметно жестче, с легкой насмешкой, словами будто по носу щелкает. С девушками мягче, но без перехода четкой границы, никаких заигрываний. Некоторые другие профессора, честно говоря, позволяли себе зачесть девушке провальную работу за красивые глазки и глубокий вырез декольте, но с Ярисом такое не прокатывало, в ответ на любые заигрывания он становился строже или заканчивал урок, мог даже отказать в помощи, чего студенты боялись больше всего.
Еще Ярис проводил специальные дополнительные занятия для студентов из крестьянского сословия, горожан и небогатых купцов, у которых был недостаточный уровень образования. Приходилось ему разжевывать им и ненавистную мною Литературу с Историей, и алгебру с геометрией и черчением. Кстати, с последними и я смогла помочь от нечего делать, а, слушая в пол уха нахватывалась и знаний по другим предметам. Даже прочла несколько самых важных литературных произведений Империи, которые должен знать каждый более-менее образованный человек. Даже стала понимать некоторые отсылки и шутки с цитатами. Поняла, насколько по-лоховски выглядела для местных, как русский, не смотревший ни одной комедии Гайдая, не слышавший ни одной крылатой цитаты из советских мультиков. К тому же, я, наконец, узнала, что литература в Империи базируется на сложной системе символов и отсылок. Что-то подобное я слышала про Японскую культуру — каждый образ многослоен, словно капуста или лук. Это не просто красивая фраза, а отсылка к более древнему тексту, который цитирует еще более древний и так по цепочке. Чем лучше образован человек, тем больше «слоев» ему доступно. Например, дерево посреди поля — это всегда не просто дерево, это символ энергии Земли, древних Дриад — ее духов, отсылка к разным легендам, подземному Храму этой стихии и так далее.