"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
—У меня и так живет в доме куча мужчин: охрана, управляющий...
— Это другое, они ваши подчиненные...
— Но никто ведь не узнает...
— Я буду знать!..
Мне так и не удалось уговорить Яриса остаться на ночь в гостевой комнате. Принципиальный он совершенно чрезмерно. А ведь, как лорд, за гостиницу он обязан платить полновесным золотом при себестоимости в несколько медяков. При этом в отличии от большинства аристократов у него в этом городе нет никаких родственников, у которых можно было бы погостить. А все туда же — лордом себя не зовет, но живет как лорд. На свою профессорскую зарплату, ага.
Но я предложила ему хотя бы переночевать в каюте на корабле, и на это он все же согласился. Правда, Гарт, услышав, что кто-то будет на его ласточке, тоже срочно заселился в капитанскую каюту, но на это я решила не обращать внимание. Обоих я попросила явиться ко мне в дом на завтрак и понадеялась, что все будет нормально, несмотря на то, что Гарт периодически почему-то косился на Яриса с неодобрением и возмущением.
На следующее утро я попросила Жиль все же организовать нам пропуск в библиотеку. Она кивнула и ушла, а вернулась к обеду вместе с Глиренсом Укерверсом. Глава гильдии магов Уркатоса обрадовался Ярису как родному:
— Что же ты сразу не обратился ко мне с просьбой провести тебя в библиотеку Уркатороусов? — возмутился он.
— Я не подумал, что ты это можешь сделать, я написал лорду Уркатороусу, но...
— О, разумеется, этот старый сноб тебя проигнорировал, — хохотнул Глиренс. — Не волнуйся, у меня есть доступ, как у родственника. Пусть я и седьмая вода на киселе, для аристократов кровные узы превыше всего. Когда-то они опекали меня по доброте душевной, а теперь им выгодно упоминать, что их родственник — глава гильдии магов. Да уж.
— Нам нужен доступ в закрытую часть библиотеки, — мягко добавила Жильета, и вот тут Глиренс посерьезнел.
— Но его у меня нет...
— Ничего, мы пройдем, — хмыкнула Жиль, но распространяться не стала.
Поехали после обеда. Меня хотели оставить дома и отправиться втроем, но я настояла. Конечно, в деле тайного проникновения женщина на коляске — не лучший сопровождающий, но тихонько ждать дома у окошка их возвращения я бы не смогла.
К нашему счастью библиотека рода Уркатороус располагалась не в их доме, как у нормальных людей, а в здании на центральной площади города.
— Когда-то все эти дома принадлежали роду, — поясняла Жиль, — но затем стало понятно, что власть аристократов уходит на задний план, а на передний выходят городские власти и купцы. Чтобы не потерять окончательно нити правления, он отдал часть помещений под нужды города, чем заслужил право стать мэром Уркатоса, а его дети заняли самые важные посты в управлении. К тому же, здания все равно являются собственностью Уркатороусов, а город платит за съем их помещений, а некоторые кабинеты так и остались за родом моего отца.
«Хитро», — думала я, оглядывая центральную площадь. Бэрас завез карету к боковому входу в задние гильдии строителей.
— Библиотеку несколько раз собирались вывезти в городской дом Уркатороусов, но каждый раз понимали, что ничего не выйдет. На комнатах наложено столько сложнейших заклинаний для защиты и сохранения книг и свитков, что их невозможно повторить в точности даже десятку лучших магов королевства. Поэтому самые ценные документы и старинные издания остались здесь, хотя большая часть здания передана в пользование гильдии строителей.
Когда мы остановились, Жильета натянула капюшон плаща пониже, хотя на улице было очень тепло, и выпорхнула из кареты. Ярис и Глиренс спешились — они ехали верхом. Бэрас вытащил мою коляску и поставил перед дверью, готовясь меня пересадить, но Ярис оказался первым — подхватил меня на руки и устроил в кресло. А потом приподнял и магией земли аккуратно поставил коляску на высокое крыльцо, игнорируя лестницу.
Следом за мной на крыльцо поднялся Глиренс и решительно постучал металлическим кольцом. Дверь немедленно отворилась.
— Да?
— Здравствуй, Джоус, — улыбнулся Глиренс пожилому мужчине в форменной одежде, как старому другу, — я бы хотел показать гостям из столицы лучшую библиотеку нашего города.
— О, лорд Укерверс, я вас сразу и не признал, — старик подслеповато сощурился. — Что ж, эти двери по приказу лорда Уркатороуса всегда открыты для вас. Прошу, — он распахнул перед нами широкие двустворчатые двери.
Библиотека Уркатороусов представляла собой огромное помещение с окнами от пола до трехметрового, если не больше, потолка. Здесь не было стеллажей с книгами посреди комнаты, только высоченные шкафы по стенам между окнами. Не было и столов, как в читальном зале, но были мягкие на вид диванчики, кресла, столики, много ламп и других осветительных приборов. В углу неожиданно обнаружился какой-то музыкальный инструмент вроде рояля или клавесина, а в центре зала тут и там располагались закрытые стеклом постаменты с какими-то предметами.
— Боже, это же клинок халифатского витязя тысячелетней давности, — ахнул Ярис, увидев что-то. — Какая редкость, особенно в Империи.
— А здесь полный доспех эльфийского война, — Глиренс махнул рукой в сторону, и я увидела на манекене кольчугу, блестящую и серебряную, будто из мифрила, как во Властелине колец; изящной формы шлем с желтым камнем в зоне третьего глаза, колчан со стрелами на плече.
— А тут шпильки темноэльфийки, — подсказала мне Жильета, указывая на весьма непримечательный стенд с простыми на вид палочками коричневого цвета. Она открыла стенд и, нажав на что-то, вытащила из одной из палочек тонкую металлическую спицу треугольного гранения. — Это острейшие кинжалы. Темноэльфийская воительница должна сражаться до последней капли своей крови, а, если понимает, что ее возьмут в плен, должна перерезать себе горло, чтобы не выдать тайн подземелья. Очень редкая вещь.
Я, впечатленная, покивала.
— Дамы, прошу, не трогайте, это очень опасные кинжалы. Не смотрите, что маленькие, ими можно серьезно обрезаться, — заметил нас служитель библиотеки и вдруг осекся: — леди Жильета! Боже! Как я рад вас видеть! — Жиль, поморщившись, поспешила убрать кинжал обратно в крошечные ножны и закрыть витрину.
— Здравствуй, Джоус, — выдавила из себя улыбку она.
— И как я вас сразу-то не признал? Вы всегда любили эти темноэльфийские штучки и зачитывались книгами о них. Несмотря на то, что в тот раз едва не отрезали себе этим кинжалом пальцы, — он с улыбкой погрозил ей трясущимся от старости пальцем. — Меня тогда чуть не уволили.
— Ты преувеличиваешь, — хмыкнула Жильета. — Это был всего лишь небольшой порез.
— До кости! Я помню, я точно видел кость! Чуть в обморок не упал! А она стоит и спокойно так разглядывает. А кровища льется прямо на платице... — старик сам оборвал свои невеселые воспоминания и сменил тему: — так вы, наконец, помирились с родителями? Какая радость!
Жиль поморщилась:
— Не думаю, что мы когда-нибудь сможем наладить отношения...
— Да что же это такое! Где же это видимо, чтобы дети с родителями ссорились из-за какой-то ерунды! Вам просто поговорить нужно по душам. Уверен, ваш отец уже раскаялся, да и вы сами должны были понять, что были слишком-слишком упрямы, — принялся причитать старик.
— Мы просто ненадолго побудем здесь и посмотрим кое-какие вещи в библиотеке, — прервала его Жиль. — Иди отдохни, я сама смогу показать все гостям. Уверяю, мы не испортим книги...
— Конечно-конечно, как можно, — закивал старик. — Оно и понятно. Никогда, никогда вы не вредили книгам. Никогда не рисовали на страницах, не вырывали их... не то что ваши братья... вот я помню... — бормоча, он пошел в сторону стоящего в закутке у дверей диванчика. Там лежал теплый плед, а на столе стояла большая исходящая паром кружка.
— Ладно, идемте, — решительно тряхнула головой Жиль, сбрасывая с себя ненужный уже плащ.
Она направилась к местному аналогу клавесина, стоящему в углу. Ярис и Глиренс подтянулись к нам ближе. Жиль поднялась на возвышение в одну ступеньку, на котором стоял инструмент, но не стала играть, а потерла нервно руки и прикоснулась ими прямо к одному из светящихся торшеров, установленных по кругу и выполненных в виде шара на длинной витой ножке. Свет прошел сквозь ее руки, сделав их красными, как если прижать фонарик к пальцам. Жиль поморщилась, и я увидела, как вокруг нее заструилась магия Воды, смешанная в изящную вязь с силой Земли. Они закружили вокруг в изящном танце из волн и квадратов, куда более изящном, чем в современных заклятьях, а потом пол под ней дрогнул и весь подиум с клавесином отъехал в сторону, открывая проход в подземелье. По бокам лестницы вниз вспыхнули магические светильники, Жильета оторвала руки от светильника и принялась заматывать ладонь белоснежным платком, но я все равно заметила кровь — порезы шли по всем пальцам и соединялись на ладонях. Глиренс шагнул к ней ближе, на его руках светилось заклинание исцеления.