"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
Почти в центре города стояло огромное здание по форме напоминающее ступенчатую пирамиду из отполированного то ли морем, то ли силами строителей гранита. На вершине его когда-то была башня, но сейчас она валялась у подножья. Мы подплыли туда поближе, Ярис захотел разглядеть разбитый шпиль. Тонкий обелиск из полупрозрачного зеленого камня, похожего на нефрит, от падения раскололся на несколько частей, но я подняла одну из них и подала Ярису. Прикасаться к камню было неприятно.
— Плоть земли, — произнес Ярис уважительно, поглаживая камень. — Когда-то считалось, что он усиливает энергию заклинаний этой стихии. А это, вероятно, храм стихии Земли, — он кивнул на обезглавленную пирамиду, а потом протянул камень мне — положи обратно.
— Зачем? — удивилась я. — А, ты хочешь привести сюда экспедицию историков и все зафиксировать, поэтому надо сохранить все, как есть?
Ярис взглянул на меня удивленно:
— Мы часто находим затерянные древние города в песках, многие из них лучше сохранились, чем этот. Некоторые люди грабят их, но мне это всегда казалось кощунством. А уж сюда, конечно, никто не смог бы добраться без твоей помощи — нашей науки и магии на это не хватит.
— Нет, я про исторические исследования, — пролепетала я, но увидела, что он совсем не понимает. — Узнать, как жили древние люди, чем занимались, как погибли — для этого у нас в мире в исторические места отправляют экспедиции, все рассматривают, изучают, описывают в книгах, показывают в музеях, рассказывают детям на уроках истории...Ты не думаешь, что в этом городе могли остаться какие-то древние научные данные? Сведенья, которые могли бы вам помочь? Ты не хотел бы узнать, как этот город был уничтожен?
— В войне с русалками, очевидно, — пожал плечами Ярис, задумчиво прикасаясь к стенке воздушного кармана. — Кто еще может затопить целый город?
Я поджала губы, мне эта теория не очень нравилась, но возразить было нечего:
— Война есть война, — пожала я плечами. — Зато, кажется, твои предки в ней победили.
— Победили? — он посмотрел на меня с сомнением.
— Ну, вы все еще существуете, а вот русалки исчезли. Значит это люди их уничтожили, разве не так?
Обойдя древний храм Земли, мы увидели сквер, где нашли чудесно сохранившуюся статую изящной танцующей девушки с цветами в волосах из белого мрамора с зелеными прожилками. Ярис сказал, что это статуя Дриады.
— Мы могли бы поставить ее в своем оазисе, — заметила я, нежно касаясь воздетых вверх в танце рук. Она была похожа на римские или греческие статуи, камень передавал и морщинки вокруг глаз, и полупрозрачную ткань, обхватившую изящный стан.
— И как мы это объясним? — нахмурился Ярис.
— Нашли в песках, — я пожала плечами.
— Давай позже, сперва надо все же решить что-то со входом в бухту.
И мы поплыли в сторону того, что все принимали за рифы — развалины крепостной стены. При ближайшем рассмотрении оказалось, что стены с внутренней стороны были везде подперты грудами камней из разобранных окраинных домов, где-то это были отдельные балки, в других местах — целые груды, кое-где казалось, что и вовсе маг земли просто резким движением впечатал несколько домов в стену, смяв их, в попытке удержать и укрепить. А с внешней стороны... с внешней стороны тоже были обломки, проломы, кое-как забаррикадированные камнями, но здесь были видны более отчетливо следы того, чего я не осознавала в центре города.
— Это следы огня, — указала я на стену, подсвечивая кое-как сохранившиеся черные пятна сажи на каменной кладке. — А эти камни были оплавлены... это какая же должна быть температура?
Ярис лишь молча смотрел и задумчиво кусал губы. Прикоснуться к остаткам стен и прочему он был не в силах — высуни он руку из воздушного стакана, его бы расплющило давлением воды. Но то, что произошло с древним городом, оставалось загадкой.
— Русалки не владеют силой огня, — напомнила я.
— Знаю.
— Значит...
— Я попытаюсь что-нибудь поискать в хрониках Халифа, но вряд ли мы когда-нибудь узнаем правду, — качнул головой Ярис. — Слишком древняя история.
Я огляделась. Для меня было дико оставлять этот город вот так, не отправляя сюда поисковую экспедицию, историков, которые бы все про это узнали и поняли. Тут же столько материалов! Да, конечно, библиотеки тут не найдешь — вода все уничтожила, но, быть может, каменные барельефы, статуи, мозаики или глиняные таблички найдутся!
— Ты знаешь, я могла бы отогнать море отсюда, освободить все до уровня городских стен, чтобы ученые могли бы его изучить...
— Слишком опасно, — качнул Ярис головой. — Таких возможностей не должно быть у обычного мага, возникнет слишком много вопросов. Ты и так привлекаешь к себе слишком много внимания. Пусть прошлое останется в прошлом.
Я скривилась, а потом упрямо добавила:
— Но статую я все-таки подниму! Она красивая, поставлю у питьевого бассейна.
Ярис тяжело вздохнул.
Профессор все же заставил меня подумать о безопасности, поэтому статую мы не стали устанавливать сами, а закопали ее примерно в том месте, где вскорости планировались посадки господина Тупракрува. Я очень волновалась, что ее повредят рабочие, не заметив, поэтому Ярис закопал ее так, чтобы самые важные и хрупкие части: руки, голова, волосы, оказались внизу, а постамент немного выступал из земли, чтобы на него быстрее наткнулись.
Закончили мы с этим практически на рассвете, а, только я успела прилечь, как меня разбудил крик с улицы. Оказалось, что за ночь опресненная вода едва не переполнила канал и не залила равнину, пришлось срочно уменьшать поток, пока не будет вырыта следующая секция канала.
Статую нашли куда быстрее, чем можно было бы рассчитывать. Совсем не рабочие, сажающие растения, а Лариф с Терифом, оклемавшиеся от потери энергии во время рытья канала. Они во время перерыва бегали в том месте с воздушными шарами, которых у них после пребывания во дворце было уже несколько разных цветов и форм, и Лариф споткнулся о каменный выступ. Получилось более чем удачно: мальчишки после моей лекции о работе археологов долго и аккуратно откапывали статую из-под песка, боясь поцарапать, тратили на это все перерывы между гидроизоляцией, которая все еще была на них. А потом с гордостью притащили для нее каменный постамент и установили там, где я и рассчитывала — у питьевого бассейна.
Я же все вертела в голове то, что узнала о древнем городе. Если вспомнить, на подводном храме я видела только следы камней и мне думалось, что его разбомбили либо с помощью машин, либо с помощью магии земли. Этот город уничтожали уже явно с использованием магии воды, но также применялась и огненная. Что же это за война такая была? Кто с кем сражался? Концепция «люди против русалок» как-то не слишком реалистична — магии огня у русалок точно не бывает. Получается, люди сами сражались с собой? Одни использовали магию огня, другие магию земли, а русалки помогали какому-то из древних королевств?
Я сидела у питьевого бассейна, наблюдая, как струя пресной воды наполняет его и вода, журча, падает дальше в канал, а рядом возвышается статуя Дриады из зеленоватого камня — прекрасной девушки с цветами в волосах, похожих на цветочные стебли.
Почему-то мне казалось, что я не права и что-то упускаю в этой истории, что ответ лежит на поверхности, а я его просто не замечаю.
Глава 42
В целом, после запуска основных работ у меня дел осталось мало. Господин Тупракрув после внушения от Яриса перестал тратить все силы на растения за несколько часов. Он сменил тактику и колдовал по вечерам, чтобы сразу поесть и лечь спать, восстанавливая силы. И начал применять не заклятье, которое направлено на каждое отдельное дерево, а другое, которое подходило для работы «по площадям». Обычно его используют на полях, оно делает землю более плодородной для всех посаженных на ней растений. Правда, из-за этого активно растут так же и сорняки, поэтому есть специальные модификации для популярных видов растений, но нам пока как раз нужна была любая растительность. Благодаря этой методе из-под корней посаженных деревьев начала кое-где пробиваться из случайно занесенных семечек трава. В целом я ощущала, что атмосфера в оазисе меняется: повышается влажность благодаря каналу, появляется тень, ветер, несущий жар со стороны пустыни, становится тише. Конечно, это еще самое начало работы, но уже дышалось полегче.